Главная » Иные статьи » Исследования грамматики Кхуздӯла

М.Оберг. Анализ гномьего языка - 3. Перевод с английского

  Анализ гномьего языка. М.Оберг. Третья версия. Перевод с английского Гнома-Полуэльфа (Naugperedhel).  

В настоящее время. выложена на сайте http://forodrim.org/daeron/md_khuzdul.html вместо двух предыдущих.

Введение.

Кхуздул, язык гномов, по естественным причинам трудно проанализировать, т.к. он очень редко употреблялся и фактически никогда не использовался вне гномьих дел. Вала Аулэ создал язык в то же время, когда создал гномов и сделал его трудным и резким, как и те, что на нем говорят. Эта малоподвижность языка, возможно, была причиной, способствующей тому, что он выглядит сейчас практически таким же, каким был создан (а также то, что он использовался главным образом в ритуалах и в архаичных выражениях). По этим причинам нет также никаких диалектных вариантов языка: гномы понимали друг друга, даже если они были из разных регионов, при условии, что говорили друг с другом на кхуздуле.

 

Произношение.

В кхуздуле есть пять классических гласных, a, e, i, o, u. У них были краткие и долгие варианты, и последние записаны с циркумфлексом (^) сверху.  Произношение гласных должно быть подобным произношению гласных в языках эльфов и людей, но в примечаниях относительно рун Даэрона в Приложении Е к «Властелину колец» Толкин намекает, что также были сокращенные гласные среднего ряда (см. ниже). Если так, этот пункт общий с ивритом (среди многих других языков), с которым кхуздул показывает много общих черт в дальнейшем (см. ниже под разделом "Структура"). В иврите есть правила, когда такой гласный произносится и когда он не произносится, но он всегда пишется (знак называется шва и пишется как две вертикальные точки ниже предыдущего согласного).

Слова кхуздула, начинающиеся с гласного, вероятно, произносятся с довольно сильной гортанной смычкой – относительно этого предположения см. ниже раздел "Структура".

Согласные – в принципе такие же, как и в других языках, также как и их произношение, но с несколькими исключениями. Некоторые гномы произносили R как увулярное (язычковое), то есть задней частью рта, как орки. Это кажется единственным диалектным различием в кхуздуле. Также комбинация глухого взрывного и последующего (h) произносится не как фрикативный (щелевой) звук, как в языке эльфов, а как придыхательный звук. Th, kh, и вероятно, ph (нет примеров) действительно обозначают фонемы, отличающиеся от фонем,  записанных t, k, p, но они произносятся как взрывные, сопровождаемые сильным придыханием (более-менее как в backhand, outhouse). Я поэтому предпочитаю писать [th], [kh] и [ph] чтобы избежать путаницы. Комбинация gh с другой стороны, была по видимому (звонким велярным) фрикативным звуком как в чёрном наречии и орочьем, поскольку ничего особо не сказано относительно этого сочетания в контексте кхуздула. Это же касается сочетания sh, которое тогда могло произноситься как в английском языке.

Относительно ударения мало сказано, но в семитских языках ударение часто падает на последний слог. Это могло быть также действительно для кхуздула за исключением группы существительных (второе склонение ниже), у которых в основной форме есть долгий гласный в первом слоге и краткий гласный во втором. Здесь кажется самым естественным что под ударением первый слог и эти существительные были бы тогда по произношению согласовываться с сеголататными существительными – очень частым типом существительных в иврите, с <e> (ивритск. seghol) в обоих слогах и ударением на первом слоге (например, mélek, «король»).

 

Структура.

Кхуздул, как сказано выше, по-разному подобен первичным языкам мира – семитским, и где я испытывал недостаток в примерах, было легко заполнить мой анализ по аналогии с ивритом и всем, что с ним связано. Для начала, слова (по крайней мере, существительные, другие слова недостаточно представлены в доступном материале) в кхуздуле составлены таким же образом, как и глаголы иврита, корень состоит исключительно из трех (или двух) согласных, к которым добавляются промежуточные гласные, чтобы составлять слова. Эти согласные называются радикалами и они – общие для всех слов подобного значения. Пример – радикалы, которые определяют понятия, относящиеся к гномам: Kh-Z-D. Мы видим этот корень в подтвержденных словах Khazad, Khazad-dum, Khuzd и Khuzdul (по видимому, также в названии местности Nulukkhizdin). Слово полностью определяется только когда гласные или любые другие необходимые окончания или приставки добавляются до, после и между радикалов корня.

Я упоминал прежде, что мой анализ в некоторой степени основан на правилах в семитских языках и я теперь рассмотрю самые важные общие черты (подтвержденные и гипотетические) между семитскими языками и кхуздулом, чтобы придать некий вес моему методу по восстановлению парадигм существительных кхуздула и также для пояснения, как парадигмы должны быть прочитаны.

 

Гласный среднего ряда (шва):

В иврите писались первоначально только согласные, но позже начали использоваться знаки гласных. Это стало постоянным – добавлять знаки гласных ко всем согласным, кроме конечных (а иногда и к ним тоже). Гласные часто произносились полностью, но в некотором положении сокращались. Крайней степенью сокращения было шва, представляющее слабый промежуточный гласный среднего ряда, фонетически [ə]. Иногда он произносился, иногда нет. Относительно кхуздула сказано в приложении Е к «Властелину Колец»: «Гласные, такие как те, что слышатся в английском butter, (т.е. гласный среднего подъема заднего ряда  [ʌ] и гласный среднего ряда среднего подъема [ə])… были частыми в гномьем и вестроне. У них действительно есть собственные руны в таблице кирт, сокращенные варианты которых могли использоваться, когда гласные были слабы или исчезали» (приложение Е, II ч.). Но руны для этих звуков не расшифрованы в таблице знаков и вероятно не произносились настолько четко, чтобы вызывать подобную транскрипцию.

 

Гортанная смычка (’alef):

И в иврите, и в арабском языке есть сильная гортанная смычка в начале слов, которые в латинской транскрипции кажутся начинающимися с гласной. Её варианты (звонкий и глухой) имеют свои собственные буквы и служат радикалами. Такой звук, сказано, существовал и в кхуздуле тоже. Некоторые слова, что показывают только две согласные и начинаются с гласной, кажется, соответствуют шаблону таким же образом, как и слова с тремя радикалами. Кроме того, эта гортанная смычка, возможно, ассимилировалась с последующим согласным в стыке между двумя элементами в составном слове – смотрите особый раздел о Nulukkhizdin для большего. Относительно вопроса руны для этого звука, сказано в Приложениях, что одна руна в Ангертас Мория использовалась для «чистого или гортанного начала слова с начальной гласной, что проявляется в кхуздуле» (приложение Е, II ч.). Звук там расшифрован как ` (апостроф) (для дополнительного интереса в этой связи, есть теория, что скандинавские языки также использовали определенную руну для гортанной смычки или по крайней мере, произносили гласный в начале слова с очень ясной гортанной смычкой. Это возможно объяснило бы, почему древнеисландская поэзия использует аллитерацию слов, начинающихся с любого гласного – что в действительности аллитерация - это гортанная смычка). Везде в этой статье я проставлял гортанную смычку, записанную как апостроф, как радикал в словах, которые, кажется, требуют этого. Хотя Приложение Е говорит только о «гортанном начале слова», я ожидаю, что точно также, как и в семитских языках, этот согласный может проявляться как первый, второй и третий радикал, хотя ни один пример не предусматривает гортанную смычку как второй радикал.

 

Сопряженное  состояние:

В иврите владение выражено другим способом, нежели в индоевропейских языках. Слово, что изменяет форму, показывает то, чем обладают, а не слово, обозначающее того, кто обладает, которое во многих европейских языках склоняется в родительном падеже. В иврите существительное, которым обладают, склоняется в том, что известно  как сопряженное состояние и сопровождается обладающим существительным в его основной форме, абсолютном состоянии. В кхуздуле есть по крайней мере один ясный пример подобной конструкции, а именно фраза baruk khazad (топоры гномов). Khazad здесь стоит в его обычной, подтвержденной форме множественного числа, в абсолютном состоянии. Здесь, тем не менее, Толкин заявляет, что baruk такое же как в сопряженном состоянии, так и в абсолютном, таким образом, это не видно по одному отдельному слову, какой это случай. Главным образом, однако, сопряженное состояние могло сокращать гласные абсолютного состояния, иногда до шва – в иврите распространено, что гласные сокращаются в сопряженном состоянии – см. bayith (дом) – beth léhem (дом хлеба, амбар). В таблицы я включил четыре формы: абсолютное состояние множественного числа, абсолютное состояние  единственного числа, сопряженное состояние единственного числа, сопряженное состояние множественного числа. 

 

Составная форма.

В иврите есть составная форма, принимаемая существительными, когда они получают суффикс (например притяжательное местоимение – суффикс в иврите). Это часто более-менее идентично сопряженному состоянию и различие в них определяется контекстом или просто присутствием/отсутствием суффикса. В кхуздуле – кажется, аналогично, была определенная форма для существительных с приложенным аффиксом и в составных словах, и она, кажется, имела такой же шаблон, как и сопряженная форма. Поэтому я предположил здесь, что эти формы – действительно одни и те же, и отличаются только по контексту или возможному аффиксу или составной форме и я использовал термин сопряженное состояние для обеих форм.

Составная форма – форма, очевидно, относящаяся к первому элементу в определительных составных существительных, иногда включающих дефис, например Khazad-dûm (гномов-шахты). Между прочим, использование дефиса также распространено в семитских языках, но не имеет точно такой же функции, как в кхуздуле.

 

II. Грамматический обзор.

Существительные:

Я определил некоторое число различных типов существительных в кхуздуле и из этих примеров я гипотетически и по аналогии восстановил пять склонений. В пяти таблицах склонений ниже я показываю шаблон для каждой формы склонения, используя корни, написанные с цифрами вместо радикалов (например, 1 â 2 a 3). Я дал формы абсолютного состояния единственного числа, абсолютного состояния  множественного числа, сопряженного состояния единственного числа, сопряженного состояния множественного числа, с объектной (составной) формой, добавленной в тех случаях, когда не добавляется просто суффикс –u к исходной форме (см. Аффиксы, –u). После каждой формы я дал один или более подтвержденных или гипотетических примеров этой формы, гипотетические примеры отмечены звездочкой (*). Гипотетический – здесь значит «основанный на логике», которая обычно  является ложной в естественных языках, где управляют психология и случайность. Однако, к кхуздулу логика может быть применена, т.к. он создан мастером структуры и порядка Аулэ.

 1-е склонение, тип А (слова с тремя радикалами):

абсолютное состояние  единственное число

1 u 2 3

rukhs (Орк), *khuzd (Гном)

абсолютное состояние множественное число

1 a 2 â 3 

rakhâs (Орки), khazâd (Гномы)

сопряженное состояние единственное число

1 u 2 a 3

duban (долина чего-то)

сопряженное состояние множественное число

1 a 2 a 3

Khazad-dûm (гномов шахты)


 1-е склонение, тип Б (слова с двумя радикалами):

абсолютное состояние  единственное число

 1 û 2

 dûm/*tûm (шахта/жилище) [d в dûm ассимилировано предшествующим d в Khazad-dûm.], ’ûl (прим.1) (ручьи) [гортанная смычка как первый радикал добавлена мной]

абсолютное состояние множественное число

 1 a 2 â 2 

 *tamâm (шахты/жилища)

сопряженное состояние единственное число

 1 u 2 

   Tumunzahar (Впадинное жилище), Buzundush (Черный корень) [-un- может быть в обоих случаях сокращенной версией –ûn (см. Аффиксы, -ân)]

сопряженное состояние множественное число

 1 a 2 a 2 

 *tamam (шахты/жилища чьи-то)

 Этот тип – первоначально обычный шаблон 1 u 2 3, но так как последние два радикала – одинаковы (*tumm), гласная удлинилась и радикалы сократились до одного (*tum). Это развитие является очевидным в арабском языке.

 

2-е склонение

абсолютное состояние  единственное число

 1 â 2 a 3 

 zâram (озеро), nâla’ (путь, (реки)русло(?)) [гортанная  смычка как третий радикал добавлена мной], *zabad (владыка)

абсолютное состояние множественное число

 1 u 2 û 3

   *nulû’ ((реки) течения) (?) собир. мн.ч.

сопряженное состояние единственное число

 1 ə 2 a 3  

*zəbad (чей-то владыка)

сопряженное состояние множественное число

 1 u 2 u 3

   Nulukkhizdin (Nargothrond) Дальнейшими примерами этого шаблона могут быть отвергнутые формы, ’Udushinbar (позднее Bundushathûr) и ’Uruktharbun (возможно, позднее  Khazad-dûm).

3-е склонение:

 абсолютное состояние  единственное число 

 1 a 2 3

 bark (топор),

абсолютное состояние множественное число

 1 a 2 u/û 3

  baruk (топоры), shathûr (облака)

сопряженное состояние единственное число

 1 a 2 3

 ’aglâb (язык, говор), Tharkun (посох-человек / Gandalf)

сопряженное состояние множественное число

 1 a 2 u 3

 baruk (чьи-то топоры)

Примечание (1): `ûl (ручьи) найдены в «Властелине Колец», «The Reader’s Companion» утверждает, что это фактически окончание прилагательного –ul. Единственное появление слова найдено в названии местности (отметьте форму сопряженного состояния в среднем элементе этого тройного составного слова - `ul, что иначе может быть `ûl, см. отброшенный вариант `Azanûl) относительно этого "The Reader’s Companion" противоречит "The Return of the Shadow". В последнем утверждается, что имя читается как «темных-ручьев-долина», в то время как "The Reader’s Companion"  говорит, что подразумевался элемент «долина» (заявленный как duban), и название должно читаться как «темн-ые ручьи». Я поддерживаю эту гипотезу, т.к.тогда есть новый корень, явно описанный в значении «долина», а именно D-B-N и существование этого слова было бы трудно оправдать, если бы существовало другое слово с этим значением.

 4-е склонение (i-склонение, могло быть, возможно, применено в уменьшительной функции к словам других склонений):

абсолютное состояние  единственное число

 1 i 2 a 3

 zirak (пик)

абсолютное состояние множественное число

 1 i 2 â 3

 bizâr (ручьи)

сопряженное состояние единственное число

 1 i 2 3

  `igl (язык кого-то) [гортанная смычка как первый радикал добавлена мной], Nulukkhizdîn (Nargothrond)

сопряженное состояние множественное число

 1 i 2 i 3

 *khizid ((Малые-) гномы чьи-то) [пример получен из ранней формы Nulukkhizdîn: Nulukhizidûn (см. под Аффиксами, -ân, и отдельный раздел о этом названии).] 


Форма множественного числа сопряженного состояния не подтверждена, но здесь я реконструировал форму, подсказанную ранней формой имени Nulukhizidûn

 5-е склонение (слова с тремя радикалами, собирательные существительные без множественного числа):

Это особая группа существительных, что, кажется, обозначают разнообразные виды материалов и таким образом у них нет (подтвержденной) формы множественного числа.

Два примера этого склонения реконструированы из составных слов названий местности Kibil-nâla и Kheled-zâram. Я предположил, что абсолютная форма такая же как эти подтвержденные конструкции.

 

абсолютное состояние  единственное число

 1 i 2 i 3  и  1 e 2 e 3

 kibil (серебро [металл]), kheled (стекло)

сопряженное состояние единственное число

 1 i 2 i 3  и  1 e 2 e 3 

  Kibil-nala (Серебряная жила), Kheled-zaram (Зеркальное озеро)

Могло быть много больше склонений, чем эти пять. Например, кажется, существовал общий образец 1 a 2, в установленных и гипотетических словах, таких как ’ân (река, от Gabilan, Sirion (Большая река) – в "The War of the Jewels", стp. 336, подразумевается, что простой элемент –ân означает "река"), nâd (возможно (реки) русло), используемое как альтернативное название Kibil-nala’ и, вероятно, означает то же, что и nala’), и  *’âb от слова ’aglâb (язык, говор). Это могло тогда быть своего рода типом Б для третьего склонения. Однако, nâd никогда не использовалось в окончательном тексте и оба других слова рассматриваются как суффиксы ниже, что я также считаю более вероятным.

Также есть у нас имена Mîm and Khîm, которые аналогично могли быть конструкциями гипотетического типа Б четвертого склонения. Иногда другие, не основные (именительного падежа), формы становятся названиями и именами (например название местности Arboga в Швеции), таким образом, возможно, что эти имена могли быть связаны с гипотетическими существительными как *mimam and *khimam, формы конструкции которых давали личные имена малым  гномам, по видимому, небрежным в раскрытии их внутренних имен.

Есть также образцы 1 e 2 a 3, 1 a 2 o 3 и т.д. Относительно последнего см. прилагательное gabil.

 Аффиксы

В кхуздуле есть, отдельно от изменений гласных, возможность изменения значения слова, и возможно, также части речи, использованием суффиксов и префиксов. Большинство этих аффиксов цепляют к сопряженным формам существительных, но также есть много отдельных аффиксов, что могут быть отмечены как почти самостоятельные слова  или, по крайней мере, как очень продуктивные  суффиксы и приставки. Ниже я подготовил алфавитный список аффиксов, для которых я нашел примеры:

 -âb

Значение этого суффикса неясно. Он возможно, мог показывать собирательное (коллективное) множественное число. Он мог приблизительно применяться вместе с образцом множественного числа первого склонения. Это подтверждено в одном месте в слове ’aglâb «говор, язык» (гортанная смычка добавлена мной как первый радикал). Радикалы * `-G-L очевидны из подтвержденного термина ’iglishmêk (гортанная смычка добавлена мной как первый радикал) "язык жестов гномов" и должны обозначать «язык». Радикалы Sh-M-K должны соответственно иметь отношение к знакам или движениям, относительно формы i12ê3 смотрите раздел "Метатеза" ниже.

Различие гласных в ’iglishmêk и ’aglâb заставляет нас предположить, что четвертое склонение, i-склонение, может быть применимо к существительным других склонений и что элемент ’igl происходит из слова третьего склонения *’agl.

Этот элемент мог бы быть параллельно существительным какого-либо склонения вне упомянутых пяти, *’âb, см. "Существительные", часть после последней парадигмы склонения.

 

-âl / -al

Это, возможно, агентивное окончание, добавляемое к глаголам, чтобы обозначать кого-то, кто выполняет действие глагола. Эта гипотеза основана на интерпретации двух имен, Mahal и ’Azaghâl. Предыдущий шаблон – гномье имя для Ауле, но вряд ли оно означает просто «создатель». То, что имя представлено в словах: «Аулэ Творец, которого они зовут Mahal (Сильмариллион, глава 2)», наводит на размышления. Это одно из двух мест в Сильмариллионе, где Ауле назван «Творец». 

Если последнее, ’Azaghâl, является агентивным существительным (действия), корень * ’-Z-Gh мог, возможно, быть источником адунайского глагола azgarâ «вести войну» и иметь подобное значение: или окончание -âl, или весь шаблон 1a2a3-âl тогда произвели бы от этого глагола агентивное существительное «воин», подходящее имя, относящееся к героическому правителю гномов.

Для глагольных корней из двух радикалов, шаблон, кажется, был 1a2-âl, без циркумфлекса, как в Mahal. То, что есть краткие гласные в более коротком слове указывает, что в кхуздуле была скорее гармония гласных чем равновесие. Гармония гласных – явление известное в финском языке (среди других языков), чье влияние на творчество Толкина известно.

К сожалению, это окончание не подтверждено где-нибудь еще, но два этих имени и глаголы в целом ужасающе недостаточно представлены в имеющемся материале, таким образом трудно сказать больше об этой форме.

 

-ân / -în / -ûn

Это персонифицирующее окончание, используемое чтобы получить существительные из других существительных и, возможно, из фактически любого слова. Подтвержденные примеры – только названия Gabilân ("Великая", Sirion, при условии, что не означает "река", как предложено в WJ 336), Nulukkhizdîn ("Место Малых гномов на (русле) реке" ), Tharkûn ("Посох-человек", Гендальф) и Nargûn ("Черная земля", Мордор). ’Uruktharbun, отброшенная версия (вероятно) Khazad-dûm, могло также иметь это окончание, но не рассматривается здесь, т.к. у нас нет указания для значения названия. Само окончание должно быть переведено чтобы соответствовать контексту «человек», «земля» и подобно этому, а основные слова переводятся как разные части речи («Малые гномы» и «посох» - существительные, а «великий», «черный» - прилагательные).

Вариант -în может быть единственным постоянно используемым существительными четвертого склонения. Ранняя форма Nulukhizidûn была отброшена в пользу Nulukkhizdîn, показывая еще один пример присутствия гармонии гласных в кхуздуле, здесь применяемой скорее к виду гласных, чем к их количеству, как это имело место в случае Mahal (см. -âl / -al выше).

Что именно могло использоваться в других случаях, -ân или -ûn могло зависеть от типа основного слова: -ân у устойчивых прилагательных, таких как *gabil с двумя различными гласными, которые могли, поэтому, не сокращаться, и -ûn у существительных и пригодных к сокращению прилагательных с двумя подобными гласными (см. Прилагательные), которые сокращаются, получив этот суффикс.

Можно добавить, что для слов с этим суффиксом нет подтвержденных форм множественного числа и весьма вероятно, что их не существует, т.к. названия мест и имена редко нуждаются в склонении по числам.

Никакие из этих двух окончаний не могут быть, возможно, добавлены к существительным множественного числа, так как Nulukhizidûn было отвергнуто.

-în

см. -ân.

 

ma-

Префиксируется к глагольному корню, по видимому, но могло быть частью полного шаблона глагола ma-1a23.  Возможно, образует причастие совершенного вида. Единственный подтвержденный пример – Mazarbul «относящийся к документации». Если эти слова оканчиваются на окончание или суффикс -ul «относящийся к чему-то» (см. ниже), присоединяемый к трехрадикальному корню *Z-R-B, нас очевидно, оставляют с приставкой ma-. Как это часто случается, префикс иврита для причастий совершенного вида производных глаголов mə- (məkhatev «написанный») и это работает достаточно хорошо, чтобы принять подобную функцию для кхуздульского ma-; *mazarb могло быть (номинальным) собственным причастием совершенного вида «документированный, записанный» и *Z-R-B могло обозначать хранение или документирование.

 

u-

Союз «и» (?). Только один пример этого есть (кроме гипотетического примера Udushinbar, см. прилагательные, dush), но пример необычайно интересный – надпись на саркофаге Балина: Balin Fundinul uzbad Khazad-dûmu - Балин, сын Фундина, (и) повелитель Мории. Радикалы в слове «повелитель» должны быть *Z-B-D и, следовательно, приставка u-. Полное объяснение могло быть тогда следующим: «повелитель» находится в сопряженном состоянии и, хотя оно не является фактически обладаемым последующим словом, а скорее позиционируется им  (соответственно окончанию объектного падежа –u в Khazad-dûmu). Если слово «повелитель» относится ко второму склонению и таким образом, его основная форма *zâbad, фраза «повелитель Мории» могла быть *zəbad Khazad-dûmu, если бы стояло отдельно. Но тут, это – дальнейшее представление Балина, кроме того, что он был сыном Фундина, он был повелителем Мории и потому пригоден союз. Кроме того, слово u-, видимо, сокращает гласный последующего слога (если краткий – к шва, если шва – к непроизносимому звуку), в то время как второй гласный остается, отсюда uzbad. Эту гипотезу я широко основываю на ивритском "wə-/u-" (без гортанной смычки, но со слабым начальным звуком w). Это маленькое слово – оно может рассматриваться как отдельное слово само по себе – близко переводится как «и», но может часто рассматриваться как произносимая запятая. Это более часто используется, чем союз в английском – смотрите любую главу в Ветхом завете и считайте предложения, начинающиеся на «и»! Ивритское ”u-” подобно может сокращать гласный последующего слога в некоторых случаях.

 

-u

Это окончание, которое дает существительному значение объектного или местного падежа. Оно в некоторых случаях скорее инфиксируется, чем суффиксируется (см. парадигмы существительных выше, объектная форма), но в основном просто суффиксируется без иного влияния на слово. Хотя оно иногда заставляет предыдущее слово принимать сопряженное состояние, значение скорее становится значением в объектном падеже, а не притяжательной формы и лучше всего переводится как признак дополнения в родительном падеже или предлог.

Во фразе uzbad Khazad-dûmu из надписи на могиле Балина, Балин – повелитель над Морией или в Мории, окончание -u у Khazad-dûm делает его формой косвенного или местного падежа (скорее так, чем в значении прилагательного или в притяжательном значении) определителем в форме родительного падежа предыдущего слова,  uzbad, которое, очевидно, находится в сопряженном состоянии (см. выше u-). То, что последнее слово становится dûmu - вместо *-dumum – могло быть потому, что название Khazad-dûm склоняется целиком и связь с первоначальным словом *tûm потеряна.

В кхуздульском эпитете для Финрода Felakgundu «Тесатель пещер», буквально «тесатель пещеры», gundu (пещера), является аналогичной объектной формой определителя в родительном падеже существительного felak (тесатель, человек или инструмент). Основная форма, таким образом, должна быть  *gund и склоняться по первому склонению (это слово может проявиться в  Gundabad - о названии  сказано, что оно имеет кхуздульское происхождение в PM). В этом случае тяжелее определить находится ли предыдущее слово, felak, в сопряженном или в абсолютном состоянии (хотя, согласно примеру выше, оно должно быть в сопряженном состоянии), т.к. это – единственное удостоверенное существительное формы 1e2a3. Оно может, возможно, принадлежать варианту четвертого i-склонения, но более вероятно, происходит из глагола felek «рубить скалы» и таким образом сохраняет (е), даже при том, что слово felak стало обозначать глагол «использовать felak».

Название Bundushathûr могло также содержать этот элемент и в этом случае иметь обратный порядок основных слов: слово с суффиксом вначале и последующее существительное находится в абсолютном, а не сопряженном состоянии, возможно потому, что идет вторых, вместо того, чтобы быть первым. Разделенное на *bund-u shathûr – оно могло значить «голова над облаками» или, более понятно, «облака над головой» (В TI174 сказано, что bund(u) должно быть частью, означающей «голову», Толкин упоминал "bund (B N D) - u -Shathur «голова в облаках» ” как вероятный анализ, хотя это могло быть адаптацией к индоевропейскому подходу).

Последний пример -u снова как окончание объектной формы, возможно найден в гномьем боевом кличе Khazad ai-mênu «гномы – на вас». menu, ”вы” оканчивается на -u, и это является кроме того, очевидно, дополнением для префиксированного предлога, также как и к слову «гномы».

 

-ul

Это окончание образует прилагательные, также как английское ”-ish” (-ий, -ский, -ов). В анализе ’Azanulbizar  Толкин определяет это как окончание родительного падежа отчеств, таких как Balin Fundinul (Властелин Колец, The Reader’s Companion, p.269). Это – ссылка на надпись на могиле Балина, где «Балин, сын Фундина» таким образом выражено родительным падежом прилагательного, более менее как «Фундинов Балин». Так как этот второй пример показывает, что окончание может присоединяться к внешним именам гномов, взятых из языка людей Севера, могло быть возможно использовать его с любым кхуздульским словом. Слово непосредственно содержит это окончание и таким образом достаточно естественно означало бы «гномов, гномье, связанное с гномами». В названии ’Azanulbizar, если оно буквально означает «Тёмныее ручьи», т.е. «Долина туманных ручьев», как утверждается во "Властелине Колец", в "The Reader’s Companion", -ul-  фактически это окончание прилагательного, присоединяемое к множественному числу от ’uzn (ошибочно данного как uzu): ’azan-, означающего «тёмность, тусклость,туманность» и согласно моим теориям – сокращенной (сопряженной) форме множественного числа. Это могло значить две вещи: первое – что окончание прилагательного -ul может быть добавлено ка суффикс к форме множественного числа и, кроме того, сопряженного состояния, (с другой стороны мы имеем термин khuzdul, где оно добавляется как суффикс к форме в абсолютном состоянии), и второе - что элемент «долина» не пишется – в том же источнике подразумевается, что этот элемент мог быть duban, очевидно, существительное первого склонения в сопряженном состоянии.

Также у нас есть это окончание в mazarbul «относящееся к задокументированному» (см. выше под ma-).

 

-ûn

See -ân.

 

Прилагательные.

Вообще, кажется, есть два вида прилагательных – приводимые и неизменные. Приводимые напоминают существительные в склонении и главным образом, имеют двое подобных гласных, которые являются объектом сокращения, как в шаблонах существительных. У неизменных прилагательных есть иной шаблон с главным образом двумя различными гласными, которые более устойчивы в составных словах, и с присоединяемыми к ним аффиксами.

Сравнительные формы прилагательных не известны вообще. Склонения по числу у прилагательных, кажется, нет, судя по различным переводам прилагательных zigil и sigin как в единственном, так и во множественном числе соответственно.

Заверенные и гипотетические примеры прилагательных так скудны, что возможно проанализировать каждый из них отдельно.

[*’azan]

«Тусклый, темный, туманный»? Предложен в ’Azanulbizâr «(Долина) тенистых (туманных) ручьев». Это слово (долина) находится в скобках, потому что я не считаю его прилагательным. В «The Lord of the Rings A Reader’s Companion» сказано, что azan - существительное множественного числа, значащее «тенистости, туманности» и становится прилагательным только с суффиксом -ul (см. выше, Аффиксы).

Baraz

«Красный». Подтверждено в названии Barazinbar «Красный рог». Может очевидно, вызывать метатезу следующего слова, как другие прилагательные, даже когда его гласные не сокращаются, как в  Barazinbar (см. "Метатеза" ниже).

*dush

«Черный». Предложено в Buzundush (Черный корень)  и в отвергнутом Udushinbar ради Bundushathûr «Облачная голова». В названии элемент *dush означал бы «черный, темный», напоминая оркское "dushgoi”, описание  Минас Моргул и подразумевая что слово *dush будет означать «черный, темный» и в орочьем тоже. Udushinbar встречается только в списке Barazinbar, Zirakinbar, Udushinbar и если это могло значить гномье традиционное перечисление названий гор, то последнее могло фактически быть *Dushinbar с префиксированным союзом u-; в этом случае нет никаких оснований для добавления начальной гортанной смычки.

*gabil

«Большой, великий». Предложено в Gabilân «Большая река», Sirion, и в Gabilgathol  «Большая крепость», Belegost. В составном слове Gabilgathol есть вероятно игра слов: слово  «крепость» gathol почти идентично ивритскому слову «большой, великий» gadhol. Это также одно из двух появлений гласной о во всем удостоверенном материале и только одно, где этот гласный краткий; так, если Толкин не позволил себе небольшую шутку о подобии между gathol и gadhol , краткого "о", возможно, не существовало в лексиконе вообще.

Gamil

«Старый»? Из имени Gamil Zirak «Старый пик»? Значение этого слова ясно обозначено появлением параллельного названия «Старый Zirak» в «The Lost Road and Other Writings». Здесь у нас также есть возможность игры слов в подобии между gamil и поэтическим древнеанглийским ”gamol” (современное шведское ”gammal”), «старый».

Narag

«Черный»? Засвидетельствовано в Narag-zâram («Черное озеро»?, отвергнутое название для Kheledzâram) и Nargûn («Черная земля»), . Вот пример двух различных форм с одним и тем же корнем (прилагательного), с радикалами 1 a 2 a 3 и 1 a 2 3. Очевидно, получая суффикс -ûn, прилагательные приводимого типа принимают модель склонения существительных третьего типа. Однако, дело обстоит не так для названия Gabilân, которое является неизменным, т.к. у него есть двое разных гласных и могли сохраняться оба гласных и добавится окончание -ân.

sigin

«Длинные», множественное число. Засвидетельствовано в кхуздульском названии рода Дурина – Долгобородов (sigin tarâg). Это – единственный пример прилагательного, переведенного множественным числом, но невозможно увидеть из этого единственного  примера, является ли он специальной формой для множественного числа или в кхуздуле нет склонения прилагательных по числу. Однако, подобие zigil, которое переводится в единственном числе, показывает, что не было никакой особой формы множественного числа у прилагательных.

*sharah

«Лысый»? Подразумевается в названии Sharbhund «Лысая голова (?)», названии Амон руд у Малых гномов. Это чрезвычайно гипотетично, но одно может подсказать что гномье название может включать то же значение, что и эльфийское название; но появление гномьего слова bund «голова», кажется очевидным. В этом составном слове вторая гласная сокращена и как возможный результат этого образовывается сочетание согласных -rhb-, имеет место метатеза, см. раздел «Метатеза».

*zahar

«Впадинный, глубинный». Выведено из названия Tumunzahar («Глубинное жилище»). Элементы здесь, очевидно, находятся в обратном порядке, по отношению к английскому языку: прилагательное таким образом идет последним в названиях наподобие Zirakzigil (см. zigil). У существительного Tum- есть аффикс, краткая версия –ûn, и оно находится поэтому в сопряженном состоянии, что может показывать что когда существительное предшествует прилагательному – используется сопряженная форма. Почему в Zirakzigil нет этого, - обсуждено ниже, см. zigil

Zigil

«Серебряный» (как цвет). Подтверждено в названии местности Zirakzigil (Серебряный пик). Это название было пересмотрено Толкином от «серебристый+пик» до «пик+серебристый». Я считаю, что последняя интерпретация более вероятная, т.к. превращает zirak в существительное, соответствующее шаблону четвертого склонения. Zigil становится прилагательным, согласовывается по шаблону с известным прилагательным sigin и также показан в альтернативном названии для Kibil-nala’ - Zigilnad, вероятно, означающем то же самое (Серебряная жила). Также перевод названия Gamil Zirak «Старый пик» кажется более логичным мне, чем «Старое серебро», т.к. «пик» мог относится и к значению «на вершине», или «мастер». Название Zirakzigil, как и Tumunzahar, указывает возможность следования  прилагательного за существительным (не соединяя их дефисом – форма Zirak-zigil была отвергнута). Обычно существительное в таком случае должно принимать сопряженное состояние (см. выше *zahar), образуя название *Zirkzigil. Однако, более используемая сокращенная форма названия горы, Zirak, возможно, действует как полное название и сопряженная форма существительного в этом составном слове была отброшена.

Всё это относится к описательным прилагательным, т.к. прилагательные, выступающие как сказуемое, подтверждены в целых предложениях, которых не хватает кхуздулу. Но так как там не было частицы "быть" (как в Khazâd ai-mênu, "гномы на вас"), в кхуздуле должно было быть различие между. прилагательными в качестве описания, и в качестве сказуемого, в порядке различия между фразами "длинные бороды" и "бороды - длинны". Возможно, прилагательные в роли сказуемого,образуются, очевидно, с очень продуктивным окончанием прилагательных -ul (см. Аффиксы ниже).


Глаголы

Глаголы, что занимают большую часть грамматики других языков, даже не заполняют 1/20 часть этого отчета. Причина – конечно, чрезвычайно скудный подтвержденный лексикон, тем более, что касается полных классов. В целом, есть три подтвержденных глагола, из которых два – почти одно и то же, или по крайней мере, имеют одну и ту же основу. Слова – felek (рубить скалу), felak (использовать тесло, felak), gunud  (делать пещеру). Есть также, подтвержденный в последнее время корень S-L-N (стремительно падать); утверждается, что "название, такое как salôn или sulûn, могло быть правильной формой (Виньяр тенгвар 48-24)". Что представляют шаблоны гласных - не объяснено, исключая то, что мы имеем дело с образованием производных существительных (возможное происхождение названия Lhun), и т.к. они не напоминают никакой другой шаблон, тяжело, если не невозможно, что-либо предпложить.  

Анализ труден, не в последнюю очередь потому, что нет никаких примеров различных форм одного и того же глагола. Тем не менее, мы можем рассмотреть слово felak, которое таким образом является с одной стороны существительным (своего рода инструмент для тесателей), с другой – глагол (использование инструмента). Корень *F-L-K – очевидно тот же, что и в felek, таким образом, возможно, глагол с двумя подобными гласными мог преобразоваться в существительное, изменяя один или двое гласных. Существительное могло образовать отдельное склонение, не соответствующее ни одному из данных выше, шаблон существительного для этого слова -  единственный в подтвержденном лексиконе. Более того, существительное может, очевидно, использоваться как глагол и таким образом, корень *F-L-K в форме felak может изменяться обратно в глагол и означать "использовать felak". Факт того, что основная форма могла также использоваться как глагол, указывает на то, что глаголы определялись по контексту или порядку слов, а не их отдельным формам. Свободные границы между частями речи делают делают кхуздул довольно простым и функциональным языком в отношении глагольных предложений, это также разумно представить себе, с точки зрения того, как и почему был создан язык.  


Метатеза (взаимная перестановка звуков или слогов в словах на почве ассимиляции или диссимиляции – прим. перев.)  

В трех подтвержденных составных словах, кажется, возникает метатеза, изменяя место первого радикала во втором элементе составного слова. Это – Barazinbar (Красный рог), ’iglishmêk (язык жестов) и Sharbhund (Лысый холм). Barazinbar составлен из прилагательного baraz (красный) и существительного inbar (рог). Последнее слово находится, по видимому, не в основной форме. Если нужно было только соединить слова для получения составного слова, то это название должно было быть *Baraznibar, при условии, что существительное с радикалами N-B-R (подтвержденные радикалы для существительного «рог» - Толкин фактически сделал опечатку, давая радикалы M-B-R), принадлежит четвертому склонению. Но теперь там есть метатеза, включающая в себя первый радикал и первый гласный второго элемента, образующего форму Barazinbar.  

Второй пример, ’iglishmêk очевидно, имеет метатезу в той же позиции. Могло быть по простому принципу *’iglshimâk, если второй элемент – существительное четвертого склонения (и находится здесь в форме множественного числа), метатеза тогда приводит к *’iglishmâk. Изменение гласной [â] –> [ê] может быть другим свидетельством созвучия гласных, и изменение гласных в метатезе в отдельности.  

Sharbhund отличается от других примеров, т.к. кажется, показывает метатезу, включающую только согласные, *sharhbund -sharbhund. Наиболее вероятно, первое существительное имеет третье склонение, абсолютную и сопряженную форму *sharh и когда соединяется с bund (здесь возможно с особым значением «лысая голова»), имеет место метатеза и *sharhbund становится sharbhund, «Холм Лысой головы».  

О причине метатезы и правиле для её появления можно только догадываться. В двух последних примерах можно было бы сказать в защиту метатезы – трудность произношения группы согласных *-glsh- , которая появляется по шаблону 1 i 2 3 и *-rhb- в точке соединения между *sharh- и -bund. Таким образом, эти примеры подразумевают правило, что в ситуации нахождения трех согласных рядом друг с другом (возникшей из-за сокращения гласных в существительных и приводимых прилагательных), может вызвать какую-либо разновидность метатезы, ради удобства произношения.  

Тяжелее сформулировать правило, которое объясняет, почему Barazinbar допускает метатезу, а Gabilgathol – нет, т.к. эти два слова довольно подобны в строении. Но в baraz есть две подобные гласные, оно кажется приводимым прилагательным, в то время как Gabilgathol включает устойчивое прилагательное, гласные которого устойчивы, и таким образом не могли вызвать группу из трех согласных, сокращаясь. Даже если в этом случае в baraz не сокращались гласные, это мог сделать это в первую очередь, образуя название *Barznibar, которое с помощью метатезы стало *Barzinbar. Тогда, вдохновленные часто используемым прозвищем для горы, Baraz, гномы возможно, восстановили полное имя, Barazinbar, сохраняя метатезу из запомнившейся формы *Barzinbar.  


Пример процесса моей работы: Nulukkhizdin  

Название местности Nulukkhizdîn (Nargothrond) показывает типичный пример моей работы по восстановлению форм и грамматических правил кхуздула. Я в этом случае, как и во многих других, имел добрую помощь от Джея Лоусона, который меня первым уведомил о подобии радикалов Nuluk и nala’. Если это слова действительно произошли от одного и того же корня, можно было бы прийти к выводу, что гортанная смычка могла ассимилироваться со следующим согласным, выступая в качестве последнего радикала первого элемента в составном слове. Гортанная смычка в арабском языке может действительно ассимилироваться к следующему согласному, таким образом, это не является надуманным.  

Теория кроме того указывает на раннюю форму названия местности Nulukhizidûn, где есть только одно (к), которое несомненно принадлежит второму элементу. Этот ранний вариант, помимо указания, что суффиксы -ân, -în и -ûn в действительно одни и те же, также поддерживает моё предположение, что форма абсолютного состояния множественного числа от четвертого склонения 1 i 2 i 3, т.к. этот суффикс, очевидно, по правилу, добавляется к существительному в сопряженном состоянии, которое, в основном, является абсолютной формой с сокращенными гласными. То, что это название было изменено в Nulukkhizdîn, может быть объяснено в соответствии со следующим предположением: 1 i 2 i 3 было формой множественного числа (сопряженного состояния) и суффиксы, такие как -în не будут присоединятся к форме множественного числа, т.к. они указывают имя собственное или географическое название.  

Мы можем таким образом, выделить радикалы *N-L-’ из существительного nala’ и радикалы *Kh-Z-D из существительного Khazad. Это оставляет нас с вопросом относительно шаблонов гласных 1 u 2 u 3 – 1 i 2 3-in. Это порождает предположения, что шаблон 1 u 2 u 3 является сопряженной формой множественного (собирательного) числа существительного второго склонения nala’, шаблон 1 i 2 3 - это форма сопряженного состояния единственного числа от существительного четвертого склонения *khizad и адаптированная форма -în – это персонифицированное окончание -ûn, согласованное по гласному с элементом -khizd.

Предположив, что у ранее упомянутого корня *N-L-’ есть значение «река, русло» и что четвертое склонение указывает уменьшительное значение, название местности Nulukkhizdîn могло означать «Земля Малых гномов на реке». Природа в окрестностях Нарготронда подтверждает такую интерпретацию, т.к. дворцы расположены вблизи реки Нарог.  


Заключение.

То, что было представлено здесь – это в основной части весьма гипотетические теории или даже логические догадки, но даже в этом случае я думаю, что я достаточно квалифицирован, чтобы строить догадки благодаря опыту создания языков в дополнение к начальному изучению библейского иврита в университете. В моем поиске подтвержденных примеров мне очень помогла интернет-страница Хельге Февскангера о кхуздуле (Ардаламбион), относительно форматирования и редактирования я благодарен Гилдиру (Перу Линдбергу) и Элросу (Монсу Бьоркману), мастеру гильдии и секретарю Братства Даэрона (Mellonath Daeron). Большая часть перевода на английский язык и множество редактур были сделаны Берегондом (А. Штенстрёмом). Относительно многих идей и теорий в этом эссе, особенно о Nulukkhizdîn и Tumunzahar, мне сильно помог Джей Лоусон, с которым у меня было много долгих дискуссий об этом исследовании и вообще о кхуздуле.  

Пиппин - Магнус Оберг  


Категория: Исследования грамматики Кхуздӯла | Добавил: Naugperedhel (19.04.2013) | Автор: Магнус Оберг E W
Просмотров: 1439 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]