222 отказ в возбуждении уголовного дела

ПОСТАНОВЛЕНИЕ об отказе в возбуждении уголовного дела

УУМ УВД по Центральному району ст. лейтенант милиции рассмотрев материал КУСП № 3338 от 16.03.2009г. по факту обнаружения огнестрельного оружия гр-кой Пахомовой В.Н.

16.03.2009г. в УВД по Центральному району обратилась гр-ка Пахомова Валентина Николаевна, 29.05.1952 г.р. проживающая ул. Кропоткина д. 269/1 кв. 170 и добровольно выдала охотничье ружье БМ-16 к. 16 № 82083-63 г.в. и 60 патронов к нему.

Проведенной проверкой установлено, что данное оружие ранее принадлежало родственнику гр. Пахомовой В.Н. гр-ну Тараеву Игорю Николаевичу, прож. ул. Гоголя, 9-37, который скончался.

Данное оружие и патроны к нему находятся в исправном состоянии, на учете в ОВД не состоит.

Таким образом, в действиях гр. Тараева И.Н. усматриваются признаки преступления ч. 1 ст. 222 УК РФ, «незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств». Однако в связи с тем, что он скончался, уголовное дело возбуждению не подлежит.

В действиях гр-ки Пахомовой В.Н. отсутствует состав преступления ч. 1 ст. 222 УК РФ, так как она, согласно примечания к ст. 222 УК РФ после обнаружения оружия и патронов, добровольно выдала их сотрудникам милиции, что исключает привлечение ее к уголовной ответственности.

На основании вышеизложенного, руководствуясь п. 4 части первой ст. 24 УПК РФ и руководствуясь ст. 144,145, ст.148 УПК,

Прокуратура Саратовской области

Прокуратурой Заводского района признано законным возбуждение уголовного дела в отношении бывшего сотрудника полиции

Участковый уполномоченный полиции незаконно приобрел и хранил патроны.

Прокуратурой Заводского района при осуществлении надзора за процессуальной деятельностью сотрудников отдела полиции № 2 в составе УМВД России по г. Саратову при рассмотрении сообщений о преступлениях выявлен факт фальсификации материалов проверки, послуживших основанием для возбуждения уголовного дела.

При проверке законности возбуждения уголовного дела по ч.1 ст. 222 УК РФ прокуратурой установлено, что участковый отдела полиции с целью улучшения показателей в работе предложил гражданину за денежное вознаграждение оговорить себя в незаконном обороте патронов и признаться в совершении преступления.

Незаконное решение о возбуждении уголовного дела отменено, в отношении гражданина вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Прокуратурой района в порядке ст. 37 УПК РФ в следственный отдел по Заводскому району г. Саратова СУ СК РФ по Саратовской области направлен материал проверки для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудника полиции по факту превышения должностных полномочий.

28 мая 2015 года следователем отдела в отношении участкового возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286 УК РФ.

Следствием установлены обстоятельства приобретения и хранения в участковом пункте полиции 35 патронов.

В связи с чем, 27 июля 2015 года следователем на законных основаниях возбуждено еще одно уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ.

Таким образом, результатом прокурорской проверки явилось возбуждение двух уголовных дел о преступлениях, совершенных должностным лицом отдела полиции.

Кроме того, прокурором в адрес начальника УМВД России по г. Саратову внесено представление с постановкой вопроса о дисциплинарной ответственности руководства бывшего сотрудника полиции.

Расследование уголовного дела и рассмотрение представления контролируется прокурором района.

Дело: 22-1233/2013

Дата опубликования: 10 апреля 2013 г.

Томский областной суд

Судья Ирисова Т.Б. дело № 22-1233\2013

г. Томск 27 марта 2013 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего: Руди А.А.,

судей: Уткиной С.С., Простомолотова О.В.,

при секретаре Копновой Н.А.

с участием прокурора Зайнулина Р.А.

обвиняемого Яконена Д.Н.

защитника обвиняемого – адвоката Сурда Е.А.

рассмотрев в судебном заседании дело по апелляционному представлению старшего помощника прокурора района А.С. Жеравина на постановление Каргасокского районного суда Томской области от 23 января 2013 г., которым прекращено уголовное дело и уголовное преследование в отношении Яконена Д. Н., /__/, ранее не судимого, проживающего по адресу /__/, обвиняемого в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ в соответствии с примечанием к ст. 222 УК РФ с признанием за ним права на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Простомолотова О.В., выступление обвиняемого Яконена Д.Н., адвоката Сурда Е.А., просивших оставить постановление без изменения, а апелляционное представление без удовлетворения, прокурора Зайнулина Р.А поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего необходимым отменить постановление в том числе в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, судебная коллегия,

Согласно представленным материалам, постановлением Каргасокского районного суда Томской области от 23.01.2013 г. производство по уголовному делу и уголовное преследование в отношении Яконена Д.Н. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ прекращено в соответствии с примечанием к ст. 222 УК РФ. Этим же постановлением за Яконеным Д.Н. признано право на реабилитацию.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора района А.С. Жеравин, не оспаривая факта добровольной выдачи оружия и фактических обстоятельств дела установленных судом, выражает несогласие с принятым решение. Считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно – процессуального закона, поскольку за Яконеным Д.Н судом необоснованно признано право на реабилитацию. В обоснование доводов представления гособвинитель указывает, что суд пришёл к выводу о том, что в период с июня 2009 года до момента добровольной выдачи Яконеным оружия в его действиях имел место состав преступления, предусмотренный ч.1 ст. 222 УК РФ. Не смотря на наличие в действиях Яконена Д.Н состава преступления, суд признал за ним право на реабилитацию. Прокурор указывает, что указанное решение противоречит положениям ч.2 ст.133 УПК РФ. Поскольку такого основания признания права на реабилитацию ч.2ст. 133 УПК РФ не содержит. Суд, кроме того, в своём постановлении вообще не указал на основании каких положений ст. 133 УПК РФ о признал за Яконеным Д.Н. право на реабилитацию. На основании изложенного гособвинитель просит постановление отменить, вынести по делу новое аналогичное решение исключив из него указание на признание за Яконеным Д.Н права на реабилитацию.

В ходе судебного заседании прокурор Зайнулин Р.А поддержал доводы представления и указал, что фактически суд прекратил уголовное дело в связи с деятельным раскаянием. В данном случае, по мнению прокурора, постановление должно было содержать ссылку на процессуальное основание прекращения дела — ст. 28 УПК РФ. Однако в нарушение закона, процессуальное основание прекращения дела в постановлении, не указано, поскольку примечание к ст. 222 УК РФ таковым, по его мнению, не является. В связи с изложенным прокурор в ходе судебного заседания просил постановление отменить и вынести по делу новое решение о прекращении уголовного дела в отношении Яконена Д.Н. по основаниям ст. 28 УПК РФ, без признания за ним права на реабилитацию.

Обвиняемый Яконен Д.Н и его защитник адвокат Сурда Е.А в ходе судебного заседания возражали против удовлетворения апелляционного представления и просили оставить постановление без изменения. При этом защитник обвиняемого указала, что о факте добровольной выдачи оружия органам предварительного следствия было известно задолго до возбуждения уголовного дела Незаконность возбуждения уголовного дела подтверждена 11 постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Яконена Д.Н имеющиеся в материалах уголовного дела. Поскольку обстоятельства добровольной выдачи были установлены ещё до возбуждения уголовное дело по её мнению не могло быть возбуждено в силу п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, а следовательно признание права на реабилитацию за Яконеным Д.Н. основано на законе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Действительно в соответствии ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, осуждённый – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, — в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

В тоже время Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причинённого ущерба (статья 52) и государственную, в том числе, судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46).

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5), Протокола N 7 к данной Конвенции (статья 3) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт «a» пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9 и пункт 6 статьи 14.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, исходя из необходимости охраны прав и свобод человека и гражданина в сфере уголовного судопроизводства, устанавливает, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением не только защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, но и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения её прав и свобод (часть первая статьи 6); при этом отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и уголовное преследование, и назначение виновным справедливого наказания (часть вторая статьи 6).

Как следует из смысла п. 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2011 N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» если уголовное дело было возбуждено, несмотря на наличие обстоятельств исключающих возбуждение уголовного дела, либо вред причинен вследствие продолжения уголовного преследования после возникновения или установления таких обстоятельств, лицо имеет право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ.

Частью 3 ст. 133 УПК РФ также предусмотрена возможность признания права на реабилитацию в отношении любого лица, незаконно подвергнутого мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Согласно материалам дела и постановления суда первой инстанции факт добровольной выдачи был установлен и задокументирован ещё 10.08.2009 года (л.д. т.1 л.д. 194, 195, 196) в связи, с чем 19.08.2009г., 05.11.2009 года по настоящему делу было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п.2 ч.1ст.24 УПК РФ. 19 ноября 2009г. и.о. дознавателя Каргасокского РОВД по делу было принято решение о возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, в отношении Яконена Д.Н.. 09.08.2010 года указанное постановление о возбуждении уголовного дела было отменено прокурором Каргасокского района Томской области как незаконное (л.д. 1 т.2). Впоследствии по делу неоднократно принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п.2 ч.1ст.24 УК РФ (л.д. 18-20,32-33, 51-53, 64-67, 73-76, 79-82, 86-88, 93-95 т.2).Вновь решение о возбуждении уголовного дела было принято лишь 26.12.2011года (л.д. 1 т.1).

Таким образом, наличие препятствий для возбуждения уголовного дела и уголовного преследования Яконена Д.Н предусмотренных примечанием к ст. 222 УК РФ было очевидно для органа уголовного преследования ещё на момент принятия решения о возбуждении уголовного дела.

С учётом изложенного решение суда о признании за Яконеным Д.Н. права на реабилитацию основано на законе и фактических обстоятельствах дела и не противоречит положениям ст. 133 УПК РФ.

Доводы прокурора о необходимости отмены постановления в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, по мнению судебной коллегии необоснованны. При этом коллегия исходит из следующего.

В соответствии с п.16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.1996 N 1 «О судебном приговоре» при установлении в судебном заседании обстоятельств, влекущих освобождение лица от уголовной ответственности в случаях, предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса (например, к ст. ст. 291, 222 УК РФ), дело прекращается на основании примечания к той или иной статье уголовного закона.

Таким образом, доводы прокурора об отмене постановления и необходимости прекращения уголовного дела на основании положенийст.28 УПК РФ не основаны на законе.

При изложенных обстоятельствах оснований для отмены судебного решения, судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, судебная коллегия

Постановление Каргасокского районного суда Томской области от 23 января 2013 года о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении Яконена Д. Н. оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя старшего помощника прокурора Каргасокского района Томской области Жеравина А.С. – без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в президиум Томского областного суда.

Дата опубликования: 6 октября 2011 г.

Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики

Судья Тешелеева Д.А. Дело № 22-372/11

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего Хачирова М.Х.,

судей Маковой Н.М. и Гербекова И.И.,

при секретаре Лайпанове И.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению помощника прокурора района 4 на приговор районного суда от , которым

Остроухов С. И. , года рождения, уроженец , ранее не судимый,

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 223 УК РФ за отсутствием состава преступления,

Емельченко С. Н. , года рождения, уроженец , ранее не судимый,

Оправдан по ч.2 ст. 223 УК РФ за отсутствием состава преступления, по ч.1 ст. 222 УК РФ, ч.1 ст.228 УК РФ за непричастностью к совершению преступления.

Осужден по ч.1 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ и установлением испытательного срока в 3 года.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Хачирова М.М., мнение прокурора Гринько Ж.В., полагавшей, что приговор следует отменить и направить дело на новое рассмотрение, судебная коллегия

Приговором суда Остроухов С.И. оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 223 УК РФ за отсутствием состава преступления, Емельченко С.Н. оправдан по ч.2 ст. 223 УК РФ за отсутствием состава преступления, по ч.1 ст. 222 УК РФ и ч.1 ст.228 УК РФ за непричастностью к совершению преступления, осужден по ч.1 ст. 222 УК РФ.

Емельченко С.Н. был признан виновным в незаконном хранении и сбыте огнестрельного оружия при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Остроухов С.И. вину в предъявленном ему обвинении признал в полном объеме, Емельченко С.Н. свою вину в незаконном изготовлении обреза охотничьего ружья и в его незаконном хранении и сбыте признал, вину в незаконном хранении и приобретении боеприпасов и незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере не признал.

В своем кассационном представлении государственный обвинитель по делу – помощник прокурора КЧР 4 просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое рассмотрение в виду незаконности приговора.

По мнению государственного обвинителя, судом было установлено, что Остроухов С.И. и Емельченко С.Н. совершили инкриминируемые им органом предварительного расследования преступления, однако суд, за основание оправдания сослался на разъяснения, изложенные в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. N 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» (с изменениями и дополнениями) указав, что видоизменение в обрез, также являющийся огнестрельным оружием, состава преступления — изготовление оружия — не образует. В то же время в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. N 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» (с изменениями и дополнениями) указано, что под незаконным изготовлением огнестрельного оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, влекущим уголовную ответственность, следует понимать их создание без полученной в установленном порядке лицензии или восстановление утраченных поражающих свойств, а также переделку каких-либо предметов (например, ракетниц, газовых, пневматических, стартовых и строительно-монтажных пистолетов, предметов бытового назначения или спортивного инвентаря), в результате чего они приобретают свойства огнестрельного, газового или холодного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств. При квалификации последующих незаконных действий с изготовленным оружием (боеприпасами) необходимо исходить из тех тактико-технических характеристик, которыми стало реально обладать переделанное виновным оружие, а не те предметы, которые подверглись переделке.

Таким образом, суд, правильно установив обстоятельства дела и виновность подсудимых, сделал неверные выводы об отсутствии состава преступления в деяниях подсудимых и неправильно применил уголовный закон.

Кроме того, суд не дал оценку показаниям подсудимого Емельченко С.Н. и допрошенных в качестве свидетелей понятых 7, 8, сотрудников милиции 9 и 10 на стадии предварительного следствия, в ходе которых был установлен факт обнаружения 13 патронов в спальне Емельченко С.Н., а также факт обнаружения черного полимерного пакета с измельченным растительным веществом в сарае Емельченко С.Н.

Из первоначальных показаний подсудимого Емельченко С.Н. и допрошенных в качестве свидетелей понятых 7, 8, сотрудников милиции 9 и 10 следует, что Емельченко С.Н. при проведении обыска в его домовладении и при обнаружении у него 13 патронов, в присутствии понятых пояснил, что он в земле нашел пакет с 13 заржавевшими патронами калибра 7.62 мм, которые он принес домой, залил керосином, чтобы удалить ржавчину, и хранил их у себя в домовладении. Также Емельченко С.Н. при обнаружении пакета с коноплей, в присутствии понятых пояснил, что он собрал части растения конопли, принес их домой, высушил и оставил их в пакете, положив его в сарай, где части растения конопли незаконно хранились.

Суд, сославшись на то, что в отношении Емельченко С.Н. было применено физическое воздействие со стороны сотрудника милиции, в результате чего Емельченко С.Н. дал признательные показания в ходе предварительного следствия.

По данному факту следователем следственного отдела СУ СК РФ по КЧР была проведена проверка в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ для установления события преступления и виновности сотрудника МОВД

Однако следователем было установлено, что кроме голословных, ничем не подтвержденных пояснений Емельченко С.Н. о применении к нему физического насилия со стороны сотрудника МОВД « » в ходе проведения проверки не нашло своего подтверждения, в связи с чем в возбуждении уголовного дела было отказано по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела со стороны подсудимого Емельченко С.Н. обжаловано не было. Заключения судебно-медицинской экспертизы, подтверждающие наличие телесных повреждений на теле Емельченко С.Н. суду в качестве доказательства представлены не были.

Данные обстоятельства судом не были исследованы и учтены.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В описательно-мотивировочной части приговора должно быть также отражено отношение подсудимого к предъявленному обвинению и дана оценка доводам, приведенным им в свою защиту. В случае изменения подсудимым показаний, данных им при производстве дознания или предварительного следствия, суд обязан тщательно проверить те и другие его показания, выяснить причины изменения показаний и дать им оценку в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

По мнению кассатора указанные требования закона судом при постановлении приговора были нарушены.

В возражениях на кассационное представление прокурора, адвокат Каитов У.С-М., осуществляющий защиту Остроухова С.И., просит приговор оставить в силе, а кассационное представление прокурора без удовлетворения.

Адвокат указал, что по смыслу ст. 223 УК РФ, состав преступления имеется, если лицо создает огнестрельное оружие без полученной в установленном порядке лицензии или восстанавливает утраченные поражающие свойства, а также переделывает какие-либо предметы, в результате чего они приобретают свойства огнестрельного оружия.

Остроухов С.И. и Емельченко С.Н. не имели лицензии, но они не изготавливали оружие без получения лицензии, не восстанавливали утраченных поражающих свойств, не переделывали какие — либо предметы охотничьего ружья, не производили ремонт охотничьего ружья, в результате чего имевшееся у Емельченко С.Н. гладкоствольное охотничье ружье приобрело бы свойства, присущие огнестрельному оружию. Остроухов С.И. и Емельченко С.Н. укоротили ствол и приклад гладкоствольного охотничьего ружья, которое до их действий имело поражающее свойство, которое присуще такому оружию, то есть из него можно было стрелять. Емельченко С.Н. стрелял из этого ружья и знал, что оно пригодно к использованию по назначению. Следовательно, охотничье ружье и до его укорачивания было пригодно к стрельбе из него, это свойство таковым и осталось после действий подсудимых.

Из заключения эксперта следует, что изменения имели только лишь в виде отпиливания части приклада и ствола, что оно пригодно к производству выстрелов. В заключении эксперта не указано, что детали и механизм ружья не заводского изготовления. Иных доказательств по данному эпизоду обвинения не имеется. Органом предварительного следствия не представлены доказательства, подтверждающие, что подсудимые Остроухов С.И. и Емельченко С.Н. из охотничьего ружья, непригодного к производству выстрелов, путем каких-то действий восстановили свойства, присущие огнестрельному оружию.

По обвинениям подсудимого Емельченко С.Н. в незаконном приобретении, хранении 13 патронов и растения конопли (наркотическое вещество) суд принял все предусмотренные законом меры для тщательного исследования всех обстоятельств, дал объективную оценку представленным стороной обвинения доказательствам. Суд пришел к обоснованным выводам о недоказанности причастности Емельченко С.Н. к совершению вмененных ему этих преступных деяний. Один лишь факт обнаружения в доме патронов, в сарае растений конопли, не может быть доказательством того, что именно владелец этого дома принес (приобрел) их и именно он хранил их в своем домовладении.

Суд правильно указал в приговоре существенные нарушения уголовно-процессуального закона при проведении предварительного следствия по уголовному делу. Проведение обыска в жилище без письменного поручения следователя, в производстве которого находится уголовное дело, подтверждено при исследовании доказательств не только по этому делу, но и по другому уголовному делу о краже, по которому проводился обыск в доме Емельченко С.Н. Суд пришел в однозначному выводу об отсутствии письменного поручения следователя органу дознания на проведение этого обыска. Проведение обыска неуполномоченным лицом означает, что доказательства, полученные при таком обыске являются порочными и должны быть исключены из числа доказательств.

В судебном заседании были исследованы показания допрошенных на предварительном следствии понятых 7 и 8, следователя 12 и дознавателя 13, допрашивавших понятых, дана правильная оценка показаниям этих лиц. Поэтому доводы гособвинителя об отсутствии оценки показаниям этих лиц является результатом невнимательного отношения к рассмотренному делу.

Суд дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, устранил имевшиеся противоречия в доказательствах, обеспечил участникам уголовного процесса возможность в предоставлении доказательств и даче оценки сторонами доказательствам по делу, чем восполнил неполноту предварительного следствия по делу. Все сомнения, которые возникали, были устранены, а неустранимые сомнения были как положено по УПК РФ и по Конституции РФ правомерно истолкованы в пользу подсудимых.

Проверив материалы дела, заслушав прокурора, обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Виновность Емельченко С.Н. в установленном судом преступлении подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, анализ которых подробно приведен в приговоре, ни государственным обвинением, ни самим осужденным и его защитником не оспаривается.

Кроме того, судом обоснованно оправдан Емельченко С.Н. по обвинению в незаконном хранении и приобретении боеприпасов ( ч.1 ст. 222 УК РФ) и незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере (ч.1 ст. 228 УК РФ).

Судом при вынесении приговора дана надлежащая оценка действиям Емельченко С.Н. и работников правоохранительных органов, доводы кассационного представления об отсутствии этой оценки нельзя признать обоснованными.

Материалы уголовного дела в этой части исследованы с достаточной полнотой, нарушений норм уголовно-процессуального закона по делу не имеется, дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно. Вывод суда о наличии в действиях Емельченко С.Н. состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ по эпизоду незаконного хранения и сбыта обреза ружья и непричастности к незаконному хранению и приобретению боеприпасов (ч.1 ст. 222 УК РФ) и незаконному приобретению и хранению без цели сбыта наркотического средства в крупном размере (ч.1 ст. 228 УК РФ) основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, подробно проанализированных судом в приговоре и получивших оценку в соответствии со ст. 88 УПК РФ. При этом суд учел все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, оценивая показания свидетелей со стороны обвинения и защиты, суд в приговоре мотивированно указал, почему принял их в качестве правдивых и достоверных, в основных деталях — они последовательны, логичны, дополняют друг друга и согласуются как между собой, так и с письменными доказательствами. Поэтому доводы кассационного представления в части необъективной оценки судом показаний свидетелей по делу являются несостоятельными.

Суд первой инстанции при вынесении приговора мотивировал по какой причине он признал показания некоторых свидетелей по делу недостоверными, обосновал свой вывод.

Доказательства, исследованные судом, получили надлежащую оценку при постановлении приговора, выводы суда являются правильными и мотивированными.

Судебная коллегия соглашается с критической оценкой суда первой инстанции о причастности Емельченко С.Н. к незаконному хранению и приобретению боеприпасов и незаконному приобретению и хранению без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.

Правовая оценка действиям Емельченко С.Н. в этой части соответствует установленным в судебном заседании обстоятельствам.

Вопреки доводам кассационного представления о том, что судом якобы было установлено, что Остроухов С.И. и Емельченко С.Н. совершили инкриминируемые им органом предварительного расследования преступления, из приговора следует, что было установлено лишь то, что Емельченко С.Н. совершил преступление, предусмотренное ч.1 ст. 222 УК РФ.

Вместе с тем, судом при рассмотрении дела были нарушены нормы материального права при рассмотрении инкриминируемого подсудимым эпизода по незаконному изготовлению оружия.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. N 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» под незаконным изготовлением огнестрельного оружия, влекущим уголовную ответственность, следует понимать его создание без полученной в установленном порядке лицензии или восстановление утраченных поражающих свойств, а также переделку каких-либо предметов в результате чего они приобретают свойства огнестрельного, газового или холодного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств. При квалификации последующих незаконных действий с изготовленным оружием (боеприпасами) необходимо исходить из тех тактико-технических характеристик, которыми стало реально обладать переделанное виновным оружие, а не те предметы, которые подверглись переделке.

Как следует из материалов дела, подсудимыми подверглось переделке охотничье гражданское гладкоствольное длинноствольное ружье, уголовная ответственность за незаконное приобретение, хранение которого действующим законодательством в настоящее время не предусмотрена, то есть лицо не несет уголовной ответственности за незаконный оборот такого оружия. (п.1 и п. 3 Постановления), ч.1 ст. 222 УК РФ.

После того, как гражданское гладкоствольное длинноствольное ружье подверглось переделке, оно стало обрезом, приобрело иные тактико-технические характеристики и стало предметом преступных действий.

В соответствии с п.3 ч.1 ст. 379 УПК РФ неправильное применение уголовного закона является основанием для отмены судебного решения в кассационном порядке.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 377, ст. 378, ст. 379, ст. 382, ст. 385, ст. 386, ст. 388 УПК РФ, судебная коллегия

Приговор районного суда от в отношении Остроухова С. И. и Емельченко С. Н. отменить в части оправдания Остроухова С. И. по предъявленному ему обвинению по ч.2 ст. 223 УК РФ и Емельченко С. Н. по предъявленному ему обвинению по ч. 2 ст. 223 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, а кассационное представление прокурора — без удовлетворения.

Направить уголовное дело в отношении Остроухова С. И. и Емельченко С. Н. в данной части на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе.

Избрать в отношении Остроухова С.И. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную ранее в отношении Емельченко С.Н. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения.

Председательствующий /подпись/ Хачиров М.Х.

Особенности возбуждения уголовных дел о преступлениях террористического характера, совершаемых путем взрывов (статья)

Процесс расследования преступлений традиционно подразделяется на первоначальный и последующий этапы. В последнее время некоторые криминалисты взамен традиционного деления процесса расследования стали говорить о трех, четырех и более этапах. В частности, Е.П. Ищенко подразделяет расследование на три этапа: первоначальный, когда происходит разрешение проблемной ситуации, связанной с реагированием на совершенное преступление, установлением и изобличением виновного, выяснением важных обстоятельств происшедшего; последующий, на котором разрешаются вопросы, связанные с установлением всех обстоятельств содеянного; заключительный, основное содержание которого -систематизация доказательств, их оценка и принятие по делу окончательного решения. Действительно, в зависимости от характера уголовного дела число этапов может быть и более двух.

Для расследования преступлений террористического характера, совершаемых путем взрывов, обязательным является этап возбуждения уголовного дела. Это первая стадия уголовного процесса, на которой закладываются основы последующего успешного расследования и справедливого разрешения уголовного дела. Известный российский юрист А.Ф.Кони по этому поводу справедливо отмечал: «Уголовное преследование слишком серьезная вещь, чтобы не вызывать самой тщательной обдуманности. Ни последующее оправдание судом, ни даже прекращение дела до предания суду очень часто не могут изгладить материального и нравственного вреда, причиненного человеку поспешным и неосновательным привлечением его к уголовному делу».

В юридической науке высказывались и до сих пор высказываются сомнения по вопросу о процессуальном характере деятельности участников данной стадии и возникающих между ними правовых отношений. Некоторые юристы считают, что уголовно-процессуальная деятельность начинается не с принятия информации о преступлении, а после возбуждения уголовного дела. Они полагают, что деятельность уполномоченных на то должностных лиц по приему, рассмотрению и проверке сообщений о преступлении вплоть до принятия соответствующего решения носит не процессуальный, а административный характер и, следовательно, отношения между участниками этой деятельности не являются уголовно-процессуальными. Данная позиция не нашла широкой поддержки среди ученых — юристов, большинство из которых считает, что стадия возбуждения уголовного дела является первоначальным этапом уголовного процесса и осуществляемая в ней деятельность носит процессуальный характер. На этой стадии составляется целый ряд процессуальных документов: протокол устного заявления (ч.З ст. 141 УПК РФ), протокол явки с повинной (ч.2 ст. 142 УПК РФ), рапорт об обнаружении признаков преступления (ст. 143 УПК РФ), документ о принятии сообщения о преступлении (ч.4 ст. 144 УПК РФ), протокол осмотра места происшествия, постановление о назначении судебной экспертизы, постановление о производстве освидетельствования, протокол освидетельствования (ч. 4 ст. 146 УПК РФ). Завершает эту стадию одно из следующих процессуальных решений: постановление о возбуждении уголовного дела или постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Может быть принято еще одно — промежуточное решение — о передаче заявления (сообщения) о преступлении по подследственности или подсудности (ст. 145 УПК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 21 УПК РФ в каждом случае обнаружения признаков преступления уполномоченные на то органы обязаны принимать предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в его совершении. Указанная деятельность должностных лиц обеспечивает обязательность уголовного преследования и отличает их от других участников стороны обвинения (потерпевших, гражданских истцов, их представителей).

Вместе с тем реализация норм УПК РФ, регулирующих возбуждение уголовного дела о преступлении террористического характера, совершаемого путем взрыва, имеет свою специфику и своеобразие.

Так, уголовное дело может быть возбуждено только при наличии предусмотренных законом повода и основания, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. Поводами к возбуждению уголовного дела являются те установленные законом источники, из которых уполномоченные на то правоохранительные органы получают сведения о преступлениях и которые влекут для этих органов обязанность принять решение о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела. По сравнению с УПК РСФСР, новое уголовно-процессуальное законодательство сократило количество поводов к возбуждению уголовного дела с шести до трех. В соответствии с ч. 1 ст. 140 УПК РФ ими являются заявление о преступлении, явка с повинной, сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников. Перечень указанных процессуальных поводов для возбуждения уголовного дела является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Приступая к исследованию и оценке полученных материалов доследственной проверки, следователь должен рассмотреть весь круг вопросов, определяющих законность и обоснованность возбуждения уголовного дела. Кроме установления повода, уголовно-процессуальный закон к их числу относит определение достаточных оснований к возбуждению уголовного дела (ч. 2 ст. 140 УПК РФ), проверку наличия или отсутствия оснований отказа в возбуждении уголовного дела, исчерпывающий перечень которых дан в ст. 24 УПК РФ.

Следователь также должен принимать во внимание то обстоятельство, что понятие основания к возбуждению уголовного дела содержит два неразрывно связанных требования:

— наличие признаков преступления в событии, ставшем известном должностному лицу, компетентному решить вопрос о возбуждении уголовного дела (юридический критерий);

— достаточность данных, на основе которых устанавливается наличие этих признаков преступления (фактический критерий).

В то же время, уголовно-процессуальный закон не содержит требования о необходимости полного установления всех элементов состава преступления, что составляет задачу последующих стадий уголовного судопроизводства. Тем не менее, констатация наличия признаков преступления в деянии, по поводу которого производилась предварительная проверка, предполагает установление достаточных данных, указывающих на признаки общественно опасного, уголовно наказуемого деяния для квалификации по конкретной статье Особенной части Уголовного кодекса РФ.

Рассмотрим ряд наиболее значимых уголовно-процессуальных и криминалистических проблем, которых возникают при возбуждении уголовных дел в отношении преступлений террористического характера, совершаемых путем взрывов.

При оценке материалов предварительной проверки для решения вопроса о возбуждении уголовного дела следователь должен проверить их по следующим направлениям.

1. Соответствие материалов требованиям Закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

На основании ст. 11 указанного Закона результаты оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе могут быть использованы:

— как повод и основание для возбуждения уголовного дела (сведения о том, где, когда и какие признаки деяния обнаружены; о лице (лицах) совершивших преступление; о любых других фактах и обстоятельствах, имеющих значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела);

— для подготовки и осуществления неотложных следственных действий (сведения о скрывающихся от органов расследования лицах; о возможных источниках доказательств; о лицах, которым известны обстоятельства и факты, имеющие значение для дела, о других фактах и обстоятельствах, позволяющих определить эффективную тактику проведения отдельных следственных действий). В подобных ситуациях данные сведения имеют значение ориентирующей информации и их процессуальное оформление не обязательно;

— для использования в доказывании по уголовным делам в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством (должны соответствовать требованиям допустимости, относимости, достоверности). В этом случае их процессуальное оформление необходимо.

Исходные данные о преступлении террористического характера, совершаемого путем взрыва, могут быть получены оперативно-розыскным путем в ходе проведения первоначальных оперативно-розыскных мероприятий, которые, как правило, включают в себя:

— опросы очевидцев с целью выяснения точного времени и характера планируемого или совершенного взрыва;

— выявление следов подозреваемых в совершении преступления, установление их личности, изучение их образа жизни, проверка связей;

— воссоздание обстановки места происшествия, сложившейся до взрыва, установление примет лиц, возможно, причастных к его организации;

— уточнение предполагаемого круга лиц, которые стали жертвами взрыва, установление их личности, характера полученных ими повреждений и мест госпитализации;

— проверка транспортных средств, находившихся на месте происшествия до и после применения взрывного устройства;

— установление возможных направлений отхода преступника с места взрыва;

— получение вещественных доказательства у потерпевших (в том числе госпитализированных в лечебные учреждения) и др.

Оперативные работники, как правило, получают необходимую информацию из следующих источников:

— документов, отражающих результаты наблюдения, контроля телефонных переговоров и иных оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ст. 6 Федерального закона об ОРД;

— заявлений, писем и иных сообщений (в том числе по телефону доверия) граждан (жителей различных районов, сотрудников организаций и учреждений, должностных лиц, общественности), представителей средств массовой информации и т. п.

Мы не будем подробно останавливаться на проведении оперативно-розыскных мероприятий, применяемых в ходе раскрытия преступлений террористического характера, совершаемых путем взрывов, так как они достаточно подробно раскрыты в предыдущих исследованиях. Отдельными авторами разработаны специальные программы по изучению события акта терроризма с применением взрывного устройства и поиска виновного.

Закон об ОРД закрепляет систему гарантий законности при проведении оперативно-розыскных мероприятий, направленных на решение вышеуказанных и иных задач. В связи с чем, следователь, оценивая материалы предварительной проверки, должен обращать внимание на соблюдение требований Закона при сборе материала о рассматриваемом преступлении.

Представление результатов оперативно-розыскной деятельности следователю осуществляется в соответствии с «Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд».

Необходимо отметить, что, оценивая результаты оперативно-розыскной деятельности, следователь должен исходить из того, что они могут быть использованы в процессе доказывания только в том случае, если отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законодательством (ст. 89 УПК РФ).

2. Изучение материалов доследственной проверки на предмет наличия в них признаков состава преступления.

При оценке материалов доследственной проверки в уголовно-правовом аспекте следователь решает вопрос о наличии в действиях виновных признаков преступления террористического характера, совершаемого путем взрыва. Оценку рекомендуется производить непосредственно по элементам состава преступления:

2.1. Объект преступления. Статья 205 помещена в главу 24 УК РФ «Преступления против общественной безопасности», следовательно, в качестве объекта посягательства при терроризме выступает общественная безопасность. В специальной литературе имеются различные толкования указанного термина. Однако большинство авторов дают сходное определения с тем, что которое закреплено в Законе РФ от 18.03.92 г. «О безопасности». Согласно данному нормативно-правовому акту под общественной безопасностью понимается состояние защищенности жизненно важных интересов общества (т.е. совокупности потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможность прогрессивного развития общества). Объектами безопасности выступают: личность — ее права и свободы; общество — его материальные и духовные ценности; государство — его конституционный строй, суверенитет и территориальная целостность.

2.2. Объективная сторона преступления террористического характера, совершаемого с применением взрывного устройства, состоит: а) в совершении взрыва, создающего опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий; б) в угрозе совершения указанных действий.

Определение размера причиненного имущественного ущерба зависит от объема и стоимости этого ущерба с учетом реальной значимости уничтоженных или поврежденных материальных ценностей. При этом для классификации деяния по ст. 205 УК РФ по признаку «значительного имущественного ущерба» определяющим моментом будет являться скорее не столько определенная материальная стоимость объекта, а сколько степень возможности повлиять актом уничтожения такого имущества на сознание населения или на действия органов власти.

Понятием «иные общественно опасные последствия» охватываются лишь те последствия, опасность которых сопоставима с опасностью гибели людей и значительного имущественного ущерба, иначе терроризмом следовало бы признавать любое умышленное преступление, совершенное с целью нарушить общественную безопасность. Об этом свидетельствует, в том числе и законодательное «разведение» таких составов, как заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207 УК РФ) и заведомо ложное сообщение о преступлении (ст. 306 УК РФ). Таким образом, последствиями террористического акта, совершаемого путем взрыва, могут быть длительное нарушение работы предприятий, общественного транспорта, связи, значительное заражение местности, дезорганизация работы органов власти и управления и т.д.

По конструкции объективной стороны терроризм является формальным составом, то есть не предусматривает наступления общественно опасных последствий. Для оконченного состава терроризма не требуется фактического наступления указанных в ч. 1 ст. 205 УК РФ последствий. Необходимо лишь, чтобы террористические действия создали реальную опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий.

Ответственность за угрозу совершить акт терроризма наступает независимо от возможности ее реализации, а также от намерения лица привести ее в исполнение. Главное, чтобы она вызывала у объекта запугивания опасения ее осуществления, для чего необходимо, как правило, приведение в угрозе недвусмысленной информации о намериваемых действиях и (или) последствиях их совершения. При этом форма выражения такой угрозы может быть весьма разнообразна (в виде непосредственного устного обращения, обращения через СМИ, с помощью телефона или радиосвязи и т.д.) и в конечном итоге не имеет значения для квалификации деяния по признакам ст. 205 УК РФ.

Рассматриваемое преступление связано с нарушением правил обращения с взрывчатыми веществами. Для того, чтобы совершить подобный акт терроризма, необходимо либо похитить взрывчатые вещества или взрывные устройства, либо незаконно их приобрести, хранить и перевозить, либо изготовить. Таким образом, при совершении рассматриваемого преступления действия преступника будут охватываться не только ст. 205 УК РФ, но и ст. 222 УК РФ, либо ст. 226 УК РФ, либо ст. 223 УК РФ.

2.3. Субъективная сторона преступления террористического характера, совершаемого путем взрыва, характеризуется прямым умыслом (лицо осознает общественную опасность совершаемых им действий, предвидит возможность или неизбежность указанных в ч. 1 ст. 205 последствий и желает их наступления) и наличием специальной цели — нарушение общественной безопасности, устрашение населения, оказание воздействия на принятие решения органами власти.

По внешним признакам и наступающим общественно опасным последствиям терроризм схож с некоторыми иными преступлениями против жизни и здоровья, общественной безопасности, безопасности движения и эксплуатации транспорта (например, с преступлениями, предусмотренными ст. 109, 119, 215 — 220, 263, 268 УК РФ). Однако субъективная сторона последних, в отличие от субъективной стороны терроризма, характеризуется неосторожностью.

Правильное определение цели совершаемого деяния является весьма важным моментом для его уголовно-правовой квалификации, непосредственно влияющим на последующие выдвижение обвинения и назначение наказания.

Специфическая цель выступает в качестве основного фактора и в отграничении терроризма от преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 167, ст. 346, п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Преступление, предусмотренное ст. 281 УК РФ (диверсия), отличается от терроризма по следующим объективным и субъективным признакам. Во-первых, объектом диверсии являются общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование основ безопасности государства. Во-вторых, диверсия по конструкции объективной стороны относится к преступлениям с материальным составом. Кроме того, диверсия не предполагает обязательного создания опасности гибели людей, серьезного вреда их здоровью. В третьих, цель диверсии состоит не в нарушении общественной безопасности, а в подрыве экономической безопасности и обороноспособности государства.

2.4. Субъектом данного преступления может быть любое вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 14 лет.

В ч. 2 ст. 205 УК РФ предусматриваются квалифицирующие признаки терроризма, к которым относится совершение деяния:

а) группой лиц по предварительному сговору;

в) с применением огнестрельного оружия.

Особо квалифицирующими признаками терроризма в ч. 3 ст. 205 УК РФ выступает совершение деяния организованной группой, а также наступление (по неосторожности) смерти человека ли иных тяжких последствий.

Субъективная сторона терроризма, повлекшего по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, характеризуется двойной формой вины — прямым умыслом по отношению к террористическим действиям и неосторожностью (как легкомыслием, так и небрежностью) по отношению к указанным последствиям. Это означает, что любые реальные последствия, причиненные умышленно (с прямым или косвенным умыслом), даже легкие телесные повреждения, ущерб имуществу, требуют квалификации по совокупности ст. 115 УК РФ или ст. 167 УК РФ с терроризмом. С подобным подходом законодателя не согласны отдельные ученые.

В примечании к ст. 205 УК установлены основания освобождения от уголовной ответственности за данное преступление лица, участвовавшего в подготовке акта терроризма:

а) своевременное (т.е. предоставляющее возможность для предотвращения преступления) предупреждение органов власти (только тех органов власти, которые в состоянии принять меры для предотвращения акта терроризма);

б) способствование предотвращению осуществления акта терроризма иным способом (обезвреживание средств его совершения, психическое и физическое воздействие на других его участников, привлечение к предотвращению акта терроризма граждан, и т.д.).

Необходимо иметь в виду, что указанное примечание относится только к тем актам терроризма, которые подготавливаются группой лиц. Если же лицо самостоятельно готовится к совершению такого акта, но добровольно отказалось от исполнения своего намерения, оно не подлежит уголовной ответственности на основании ст. 31 УК РФ.

3. Изучение материалов предварительного исследования вещественных доказательств.

Предварительное исследование материальных объектов относится к числу непроцессуальных форм использования специальных знаний и применяется для выдвижения и проверки следственных версий, при розыске скрывшихся преступников, выявления признаков готовящегося или совершенного террористического акта.

К предварительному исследованию материальных объектов может быть привлечен широкий круг специалистов в разнообразных областях познаний, имеющих определенный опыт, связанный с взрывом и оценкой его последствий. Результаты предварительного исследования оформляется справкой специалиста установленного образца, где он фиксирует объекты исследования и суть криминалистической информации.

Основными задачами предварительного исследования материальных объектов являются:

— определение относимости обнаруженных следов к расследуемому событию;

— получение данных о механизме следообразования; выявление свойств и признаков следа (объекта, предмета, вещества); получение информации о личности преступников и потерпевших; решение вопроса о целесообразности назначения экспертизы определение вида экспертизы, необходимых образцов для проведения сравнительного исследования, круга вопросов для разрешения эксперту.

Предварительное исследование на месте происшествия, проводимое специалистом взрывотехником также позволяет:

— определить природу взрыва, его центр, тротиловый эквивалент;

— установить вид взорванного взрывчатого вещества и геометрические размеры взрывного устройства;

— определить вид средства инициирования и способа взрывания;

— установить способ изготовления и принцип функционирования взрывного устройства;

— выявить следы инструмента и оборудования, использованных для изготовления взрывного устройства, а также информацию о лице, изготовившем взрывное устройство и (или) осуществившим взрыв.

Таковы основные направления оценки следователем материалов предварительной проверки для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

По результатам оценки материалов предварительной проверки может быть сделан вывод о том, что данных, указывающих на признаки преступления, нет или их явно недостаточно для возбуждения дела, либо имеются обстоятельства, исключающие возбуждение уголовного дела.

Если поступившая следователю информация является неполной и из нее не усматриваются признаки преступления, возникает необходимость ее проверки, которая представляет собой деятельность уполномоченных уголовно-процессуальным законом лиц, направленную на обнаружение признаков преступления и иных обстоятельств. Случаи проведения проверок при полной ясности вопроса о совершенном уголовно наказуемом деянии следует признать противоречащими закону.

К сожалению, ст. 144 УПК РФ, предусматривающая порядок рассмотрения сообщения о преступлении, не устанавливает перечня тех действий, которые могут быть использованы в ходе его проверки. В ходе осуществления проверки материалов следователь вправе получить объяснения. При необходимости проводится истребование документов. В соответствии с ч. 4 ст. 21 УПК РФ требования, поручения и запросы следователя, предъявленные в пределах его полномочий, обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами.

На основании ч. 4 ст. 146 УПК РФ в ходе предварительной проверки до получения согласия прокурора на возбуждение уголовного дела могут быть произведены осмотр места происшествия и освидетельствование, направленные на закрепление следов преступления и установление лица, его совершившего. До возбуждения уголовного дела допускается и назначение судебной экспертизы. Речь идет о тех случаях, когда без заключения эксперта невозможно сделать обоснованный вывод о наличии или отсутствии состава преступления, как основания для возбуждения уголовного дела или отказа в нем. На особенностях тактики производства данных следственных действий мы более подробно остановимся на последующих страницах нашего исследования. Иные следственные действия до возбуждения уголовного дела по общему правилу не производятся.

Указанная деятельность следователя по проверке сообщения о преступлении должна осуществляться в установленные уголовно-процессуальным законом сроки. В новом УПК РФ срок принятия процессуального решения на стадии возбуждения уголовного дела оставлен прежним — трое суток. Дальнейшее его продление строго регламентировано. Так, ч. 3 ст. 144 УПК РФ предусматривает продление срока принятия решения до десяти суток прокурором, начальником следственного отдела или органом дознания. Хотя при этом законодатель не определил форму этого решения. Это может быть либо специальное постановление, если решение принимает надзирающий прокурор, либо резолюция на рапорте, если решение принимается в порядке непосредственной подчиненности вышестоящим начальником (например, дознаватель — начальник органа дознания).

Если имеются обстоятельства, исключающие возбуждение уголовного дела, следователь выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в порядке ст. 148 УПК РФ. Перечень обстоятельств, исключающих производство по уголовному делу, содержится в ст. 24 УПК РФ. Законодатель определил, что принять решение об отказе в возбуждении уголовного дела по основаниям отсутствия в деянии состава преступления (п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) можно только в том случае, если по делу установлено конкретное лицо, совершившее деяние, которое не является преступлением.

В новом УПК предусмотрены и некоторые реабилитационные обязательства лица, принимающего решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Так, информация об отказе в возбуждении уголовного дела по результатам проверки ложного сообщения о преступлении, распространенного средством массовой информации, подлежит обязательному опубликованию. В то же время в законе не указано, какое именно средство массовой информации это должно сделать.

Копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в течение 24 часов с момента его вынесения направляется заявителю и прокурору. При этом заявителю разъясняются, что постановление может быть обжаловано прокурору или в суд в порядке, предусмотренном ст. 124 и 125 УПК РФ. В новом уголовно-процессуальном законодательстве заинтересованным лицам, перечень которых приведен в ч. 2 ст. 125 УПК, предоставлена возможность самостоятельно выбирать орган обжалования без каких-либо ограничений.

Следует отметить, что законодателем не определен круг обстоятельств, подлежащих установлению при отказе в возбуждении уголовного дела, а ст. 148 УПК РФ, не указывает, что постановление должно быть мотивированным, не определяет, что именно должно быть изложено в соответствующем постановлении. На наш взгляд, первое предложение части 1 ст. 148 УПК необходимо изложить в следующей редакции:

«При отсутствии оснований к возбуждению уголовного дела прокурор, следователь или дознаватель выносит мотивированное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором должно быть указано дата, время, место, и кем оно составлено; данные, подтверждающие отсутствие события или состава преступления либо наличие обстоятельств, освобождающих лицо от уголовной ответственности».

При наличии предусмотренных законом повода и основания, предусмотренных ст. 140 УПК РФ, следователь выносит постановление о возбуждении уголовного дела, которое должно быть незамедлительно направлено прокурору. К постановлению прилагаются материалы предварительной проверки, а в случае производства следственных действий по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего (осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы), — соответствующие протоколы и постановления.

После получения постановления, прокурор незамедлительно дает согласие на возбуждение уголовного дела либо выносит постановление об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела или о возвращении материалов для дополнительной проверки. О решении прокурора соответствующие должностные лица уведомляют заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

К сожалению, закон не раскрывает значение термина «незамедлительно». Применительно к предписаниям ст. 146 УПК РФ представляется, что постановление о возбуждении уголовного дела должно быть безотлагательно направлено прокурору сразу же после его вынесения. Прокурор, получив представленные ему материалы, безотлагательно проверяет их и принимает по ним решение. В связи с этим, временной промежуток между вынесением постановления о возбуждении уголовного дела и получением соответствующего решения от прокурора должен быть незначительным.

В том случае, если прокурор пришел к выводу о необходимости проведения дополнительной проверки, он в постановлении отражает конкретные обстоятельства, которые подлежит установить в ходе ее проведения. В постановлении прокурор также определяет срок осуществления дополнительной проверки, который не должен превышать 5-ти суток со дня принятия вышеуказанного решения.

Когда в результате дополнительной проверки установлены основания для возбуждения уголовного дела, по смыслу закона должно выноситься новое постановление о возбуждении уголовного дела и вновь направляться совместно со всеми имеющимися материалами прокурору для дачи согласия на возбуждение уголовного дела. Следует отметить, что доказательства, полученные в результате осмотра места происшествия, освидетельствования, назначения судебной экспертизы до проведения дополнительной проверки, являются допустимыми.

Уголовное дело считается возбужденным с момента получения согласия прокурора на его возбуждение. При получении такого согласия срок предварительного расследования исчисляется с даты вынесения постановления о возбуждении уголовного дела.

Постановление о возбуждении уголовного дела должно быть подписано лицом, которым оно вынесено. Отсутствие такой подписи на бланке постановления судебной практикой признается существенным нарушением уголовно-процессуального закона и влечет признание всех собранных по делу доказательств недопустимыми.

В статье 46 УПК РФ отмечается, что подозреваемый вправе знать, в чем он подозревается и получить копию постановления о возбуждении против него уголовного дела. Однако в ст. 146 УПК РФ, предусматривающей порядок возбуждения уголовного дела, лишь сказано, что о принятом решении уведомляется лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело. Таким образом, законодатель совершенно запутал ситуацию. Совершенно неясно, когда же и каким образом подозреваемый сможет получить копию постановления о возбуждении уголовного дела, правом на получение которой он обладает?

Мы считаем, что в целях обеспечения лица, в отношении которого возбуждено уголовное дело, полноценным правом на защиту целесообразно в части 4 статьи 146 УПК РФ четвертое предложение изложить в следующей редакции: «О решении прокурора следователь, дознаватель в тот же день уведомляет заявителя, а лицу, в отношении которого возбуждено уголовное дело, направляется копия постановления о возбуждении уголовного дела в течение двадцати четырех часов с момента принятия решения прокурором».