Конвенция против коррупции статья 20

Статья 20 Конвенции ООН против коррупции

Нератификация Россией статьи 20 Конвенции ООН против коррупции — широко распространенный у оппозиции миф. По ее мнению Россия не ратифицировала данную статью, так как власть якобы не хотела осложнять жизнь влиятельным коррупционерам. На самом деле, это не так: ни формально, ни по сути.

Содержание

[править] Почему статья 20 не внедрена в законодательство РФ

Напомним текст данной статьи:

Россия ратифицировала данную конвенцию еще в 2006 году. Была ратифицирована вся конвенция, так как частичная ратификация международного документа невозможна в принципе. Иными словами, статья 20 Конвенции была ратифицирована ещё тогда, и требовать ратификации этой статьи бессмысленно: она уже ратифицирована[2].

[править] Противоречие законодательству

При этом статья 20 в России не применяется, так как у России отсутствуют правовые основания для ее применения. В законе о ратификации Конвенции прямо перечислены статьи, по которым Россия располагает необходимыми карательными механизмами:

Статья 20 не входит в этот список по причине ее противоречия законодательству РФ. Министерство Юстиции РФ отметило[3], что данная статья носит диспозитивный характер, то есть государствам-участникам предлагается самим определиться относительно путей ее реализации с учетом своих конституций и основополагающих принципов своих правовых систем. Иными словами, в статье черным по белому говорится о необходимости следования статьи законодательству стран-подписантов.

Противоречие законодательству РФ выражается, прежде всего, в отсутствии в российском праве юридического определения «незаконного обогащения». То есть, применение антикоррупционного законодательства будет иметь серьезные проблемы при попытках определить и разграничить понятия вроде «значительное увеличение активов», «законные доходы» и «разумным образом». И это не говоря про проблему доказать наличие умысла, особенно при установлении причинно-следственной связи.

И вторая причина — глава 30 УК РФ. Ее положения позволяют вести борьбу с коррупцией почти по всем составам данного типа преступлений — злоупотребление должностными полномочиями, нецелевое расходование бюджетных средств, превышение должностных полномочий и так далее. Даже простой отказ предоставления информации Федеральному Собранию или Счетной Палате наказуем (статья 287). Объединение множества конкретных статей из этой главы УК в одну мутную статью «незаконное обогащение» никак не помогло бы работе правоохранительных органов.

Таким образом, если бы даже состав преступления «незаконное обогащение» и был бы введён в наш УК, применять его на практике было бы крайне сложно и неудобно.

[править] Наличие собственной законодательной базы

Для борьбы с коррупцией и одновременно реализации данной Конвенции ООН у России имеется арсенал антикоррупционных законов, в том числе и для борьбы с незаконным обогащением.

Банки обязаны предоставлять информацию о движении денег на счетах чиновников.

Тем не менее, антикоррупционное законодательство в России далеко до идеала и требует дальнейшего развития, ибо существующие меры недостаточно эффективны, что бы можно было считать проблему коррупции решенной[4].

[править] Реальное применение законодательства

Чиновникам и политикам, у которых в декларациях обнаруживаются «пробелы», приходится уходить в отставку, в противном случае их увольняют. Самый известный пример такого рода — история депутата Пехтина, которому пришлось покинуть Госдуму после обнаружения у него недвижимости в США. Также в октябре 2013 года был вынужден уйти в отставку заместитель директора Рособоронзаказа, которого уличили в недостоверной декларации о доходах. [5]

Всего, по заявлению главы администрации президента Сергея Иванова, после проверки деклараций в 2013 году были уволены 200 госслужащих, из них восемь высокопоставленных. К трём тысячам применены меры юридической ответственности[6].

[править] Законопроекты о внедрении статьи «Незаконное обогащение»

[править] Проект КПРФ

В 2011 году коммунисты внесли законопроект, согласно которому УК РФ надо было дополнить статьёй 290.1, в следующем виде:

1. Незаконное обогащение, то есть приобретение должностным лицом имущества, стоимость которого значительно превосходит его законные доходы и происхождение которого он не может объяснить разумным образом, — наказывается лишением свободы до пяти лет с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.
2. То же деяние, совершенное в крупном размере, — наказывается лишением свободы до семи лет с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.
3. То же деяние, совершенное в особо крупном размере, — наказывается лишением свободы до десяти лет лишения свободы с конфискацией имущества, приобретенного в результате незаконного обогащения.

Примечания:
1. Под имуществом в настоящей статье понимается: вещи (движимые и недвижимые), деньги и ценные бумаги, имущественные права.
2. Под значительным размером понимается незаконное обогащение в размере не менее пятисот тысяч рублей.
3. Под крупным размером в настоящей статье понимается сумма активов незаконного обогащения в размере не менее миллиона рублей.

4. Под особо крупным размером в настоящей статье понимается сумма активов незаконного обогащения в размере свыше миллиона рублей[7]

Данный законопроект был подвергнут критике ввиду своей юридической несостоятельности. Так 26 мая 2011 года Верховный Суд в своем отзыве[8] указал следующие недостатки данного законопроекта:

  • Подписание Россией Конвенции ООН против коррупции не обязывает её принимать такой закон
  • Согласно Конституции (часть вторая статьи 49) возложение на обвиняемого в преступлении бремени доказывания своей невиновности недопустимо. Одним из принципов уголовного судопроизводства в Российской Федерации является презумпция невиновности (статья 14 УПК РФ).
  • В соответствии с положениями статьи 44 «Виды наказаний» и главы 15.1 УК РФ конфискация имущества не является видом наказания, а относится к «иным мерам уголовно-правового характера». Указание в санкции статьи 290.1 УК РФ на конфискацию имущества не согласуется с положениями Общей части УК РФ.
  • Незаконное обогащение, безусловно, является следствием конкретных, в том числе должностных, преступлений корыстной направленности, таких как получение взятки (статья 290 УК РФ), злоупотребление должностными полномочиями (статья 285 УК РФ), незаконное участие в предпринимательской деятельности (статья 289 УК РФ) и иных. Однако в пояснительной записке к законопроекту не приведены причины, по которым лицо не может быть (не должно быть) привлечено к уголовной ответственности за само деяние, послужившее основанием незаконного обогащения.

На те же проблемы указало в своем отзыве[9] Правительство РФ, добавив при этом, что законопроект содержит мутные определения, которые могут привести к произвольному его применению:

Не поддержал законопроект и Комитет Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству[10]. В мае 2012 года законопроект был рассмотрен Думой и по совокупности неустранимых недостатков отклонён[11].

И наконец, в пояснительной записке[12] содержится ссылка на индекс восприятия коррупции:

Справедливости ради отметим, что Россия действительно занимала эти места в рейтинге. При этом очевидные недостатки данного рейтинга были проигнорированы, в частности, построение рейтинга на основе мнений о коррупции, собираемых у безымянных «экспертов», а не на реальных фактах наличия коррупции. Плюс организация Transparency International прославилась своей необъективностью при работе над данный рейтингом.

[править] Проект Зорькина

В 2013 году глава Конституционного суда РФ Валерий Зорькин в своей речи мимоходом упомянул в положительном ключе статью 20 Конвенции ООН против коррупции:

К сожалению, в своей речи Зорькин не пояснил, каким образом Россия должна внедрить данную статью в законодательство и как именно нужно будет решать те юридические коллизии, на которые указали Верховный Суд, Правительство и Госдума при анализе законопроекта КПРФ.

Также он употребил термин «ратификация», употребление которого в отношении данной статьи не корректно, так как невозможно ратифицировать конвенцию частично. С учетом этого, напрашивается подозрение, что судья Зорькин не прорабатывал глубоко этот вопрос и задал в своей речи только желаемый вектор развития нашего антикоррупционного законодательства.

Ремарка: пока не будет найдено источника, в котором господин Зорькин более развернуто объясняет свою позицию, разумно будет остановиться на этом толковании.

[править] Проект Навального

Законодательная инициатива Навального предлагает внести следующее изменения в законодательство[14]:

  1. Внести 20-ю статью в список статей конвенции ООН, в отношении которых Россия имеет юрисдикцию. Делать это предлагается, изменив Федеральный закон «О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции» [15].
  2. Ввести понятие «незаконное обогащение» в Федерального закона «О противодействии коррупции»
  3. Значительно ужесточить требования выдвигаемые к декларациям о доходах чиновников. Например, предлагаются такие шаги, как: обязать включать в декларацию сведения о доходах/расходах совершеннолетних детей чиновников, обязать чиновника подавать декларацию в течении 3-х лет после увольнения с гос. службы.
  4. Введение уголовной ответственности для должностных лиц за незаконное обогащение: значительное превышение стоимости активов должностного лица над размером законных доходов такого лица.

Как утверждают сторонники Навального, предложенный законопроект не вступает в противоречие с презумпцией невиновности, так как обязанность доказывать несоответствие декларации должностных лиц с реальными доходами/расходами целиком ложится на следствие[16].

В принципе, антикоррупционная стратегия Кремля следует линии ужесточения требований к декларациям чиновников, а уголовная ответственность за коррупцию не является неприемлемым явлением — за одно лишь получение взятки налагается уголовная ответственность, равно как и за дачу оной.

Вместе с этим, законопроект Навального является непроходимым и популистским, ибо нет смысла вносить столь противоречивые изменения в законодательство, если можно того же самого эффекта достичь введением уголовной ответственности за неверную декларацию.

Если бы команда Навального действительно хотела пролоббировать данный закон, то они бы поработали над юридическими формулировками для дополнения и изменения уже существующих антикоррупционных норм. Например, предложения можно было бы сформулировать таким образом:

  1. Значительно ужесточить требования выдвигаемые к декларациям о доходах чиновников. Например: обязать включать в декларацию сведения о доходах/расходах совершеннолетних детей чиновников, обязать чиновника подавать декларацию в течении 3-х лет после увольнения с гос. службы.
  2. Введение уголовной ответственности для должностных лиц за подачу неверной декларации, в которой не будет отражена значительная часть активов или доходов такого лица.

Такие изменения давали бы тот же антикоррупционный эффект, и при этом не создавали бы существенных правовых коллизий.

[править] Опыт других государств

Ряд государств ратифицировал Конвенцию ООН против коррупции намного позже России — например Германия (2014), Индия (2011), Швейцария (2009)[17]. По состоянию на декабрь 2016 года конвенцию не ратифицировали Япония, Барбадос и Сирия[18].

Несколько государств фактически не реализовали требования 20 статьи[19], в том числе США, Нидерланды, Италия, Португалия, Швейцария, Финляндия, Норвегия, Франция, Испания, Швеция. Те же США не сделали этого по причине наличия в Конституции презумпции невиновности обвиняемого, о чем написано на сайте Госдепартамента в документе «UNODC — United Nations Convention against Corruption» (страница 46).

При этом даже в ратифицировавших Конвенцию государствах статья «незаконное обогащение» не вводится в законодательство. Состав преступления «незаконное обогащение» или подобный ему отсутствует как минимум в следующих государствах[20]:

  • Нидерланды [3]
  • Бельгия
  • Италия
  • Португалия
  • Швейцария
  • Финляндия
  • Норвегия
  • Франция
  • США
  • Испания
  • Швеция
  • Дания

Представители этих стран указывают три причины, по которым статья 20 не вводится в их законодательство.

  1. Понятие «незаконное обогащение» противоречит конституциям большинства стран, так как подразумевает презумпцию виновности.
  2. В этих странах обычно есть статьи, которые подразумевают автоматическое признание преступными доходов лиц, которые уже уличены в каком-нибудь серьёзном преступлении вроде наркоторговли или сутенёрства.
  3. Выполнение духа статьи 20 обеспечивается в этих странах через механизм обязательной декларации доходов чиновников и наказания за неверные данные в декларациях. Россия идёт по тому же пути — ужесточает контроль за имуществом чиновников.

Следует также отметить, что состава преступления «незаконное обогащение» не было даже в СССР. Вопреки распространённому заблуждению, при советской власти тоже могли посадить только за конкретное преступление: вроде спекуляции или валютных операций.

[править] Бельгия и Литва

В Бельгии предусмотрена уголовная ответственность за несоответствие стоимости имущества декларируемым доходам. В Литве в 2010 году внесли новую статью (189-1) в уголовный кодекс, которая фактически вводит наказание за незаконное обогащение. Любой гражданин, который владеет активами дороже 500 минимальных прожиточных минимумов (около 65 000 литов или 24 000 $), зная что они не могли быть приобретены на законные доходы, может получить большой штраф и до 4 лет лишения свободы. Отдельно стоит отметить, что статья распространяется не только на чиновников. Осенью этого года литовский суд приговорил студентку, которая не смогла объяснить происхождение средств на квартиру, к штрафу и обязал ее вернуть в казну стоимость недвижимости (около 100 000 евро). По утверждению следователей, купить жилье девушке помог ее отец, связанный с торговлей наркотиками.

[править] Франция

Примером страны, где незаконное обогащение не является полностью самостоятельным нарушением, но существует в связке с другими преступлениями является Франция. Там реализована следующая схема ответственности: если человек не может объяснить происхождение активов, то предполагается, что средства получены незаконным путем и подозреваемый об этом знает. На основании этого предположения прокуратуре не нужно доказывать финансовую связь между активами и совершенным преступлением. В итоге человек может быть привлечен к ответственности за незаконное обогащение. Такая схема работает если преступление было совершено другим человеком, например, родственником подозреваемого: чиновник будет наказан за коррупцию, а его теща за незаконное обогащение, поскольку не смогла объяснить происхождение активов.

[править] Финляндия, Испания, Польша и США

В большинстве западных стран прямого наказания за незаконное обогащение нет. При этом введен строгий порядок декларирования, а специальные службы, СМИ и общественные организации следят за достоверностью сведений. Например, в Польше министр транспорта ушел в отставку за отсутствие в декларации часов стоимостью около $5,5 тыс. Экс-чиновнику предъявили официальное обвинение, по которому ему грозит до трех лет тюрьмы.

В США нет прямого наказания за незаконное обогащение, однако в соответствии с Законом об Этике для Государственных Служащих, принятом в 1978 году, чиновники законодательной, исполнительной и судебной власти обязаны подавать ежегодные отчеты о своем финансовом состоянии. Намеренное внесение недостоверных данных является уголовным преступлением и наказывается штрафом и тюремным заключением до пяти лет. Также отчеты могут быть использованы как косвенные доказательства незаконного обогащения в уголовном деле о коррупции и служить основанием для конфискации незадекларированных активов.

[править] Гонконг

Среди стран, которые выбрали самую жесткую реализацию наказания незаконного обогащения можно выделить Гонконг. Здесь в 70-х годах приняли антикоррупционные законы, в которых была предусмотрена уголовная ответственность для чиновника, если он не сможет объяснить суду, почему его уровень жизни и стоимость активов не соответствует официальному доходу.

Статья о незаконном обогащении широко использовалась только в начале формирования антикоррупционного законодательства. По мере того, как начали функционировать другие механизмы борьбы с коррупции, например, строгое декларирование доходов и готовность граждан сообщать о вымогательстве взяток, она стала применяться все реже и с середины 90-х годов почти не используется.

[править] Дискуссии

Как правило, уровень знаний горячих сторонников внедрения Статьи 20 в законодательство очень низок, поэтому простое указание на факты обычно позволяет одержать лёгкую победу в дискуссии. Вот ответы на самые распространённые «подъезды» троллей.

И снова о 20-й статье Конвенции ООН

Что мешает борьбе с коррупцией в России

В предвыборной гонке вновь всплыла тема, будто бы Россия до сих пор не ратифицировала 20-ю статью Конвенции ООН против коррупции. Похоже, этот вопрос поднимается из-за недостаточной информированности в сути дела. Давайте разберемся. На самом деле, Россия ратифицировала эту конвенцию Федеральным законом № 40-ФЗ от 8 марта 2006 года, причем целиком, без исключения каких бы то ни было статей. Но с оговорками, о которых ниже.

Сначала о самой конвенции. В ней, помимо 20-й, ещё 70 статей. ООН приняла эту конвенцию 31 октября 2003 г., Россия её подписала 9 декабря того же года, а ратифицировала в 2006-м. В статье 5-й конвенции сказано, что «каждое государство-участник, в соответствии с основополагающими принципами своей правовой системы, разрабатывает и осуществляет или проводит эффективную и скоординированную политику противодействия коррупции». То есть та или иная страна борется с коррупцией на основе собственного законодательства.

Теперь о пресловутой 20-й статье. Домыслов о ней великое множество, а вот сам текст этой статьи мало кто читал. Поэтому стоит процитировать её целиком:

«При условии соблюдения своей конституции и основополагающих принципов своей правовой системы каждое государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно совершается умышленно, незаконное обогащение, т.е. значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать».

МОК заявил, а наши чиновники подтвердили, что государства «Российская Федерация» не существует

В 3-й главе конвенции, помимо 20-й статьи, предлагающей признать самостоятельным составом преступления незаконное обогащение, есть и немало других, в которых предлагают считать преступными подкуп должностных лиц, злоупотребление влиянием или служебным положением, хищение имущества, отмывание доходов от преступлений, воспрепятствование осуществлению правосудия и т. д.

Теперь об оговорках. В пункте 1 статьи 1-й закона о ратификации было сделано заявление, что «Российская Федерация обладает юрисдикцией в отношении деяний, признанных преступными согласно статье 15, пункту 1 статьи 16, статьям 17 — 19, 21 и 22, пункту 1 статьи 23, статьям 24, 25 и 27 Конвенции, в случаях, предусмотренных пунктами 1 и 3 статьи 42 Конвенции». Как видим, из конкретных составов преступлений пропущены пресловутая 20-я статья, а также 26-я. Но о второй никто не вспоминает. Отчего?

Дело в том, что 26-я статья предлагает признавать преступной коррупционную деятельность не людей, а юридических лиц. Однако по российскому законодательству юридическое лицо, как искусственное образование, не может привлекаться к уголовной ответственности. Проще говоря, целый завод или агрокомплекс нельзя отправить за решётку. И это у нас никого не беспокоит.

Почему же именно 20-я статья служит поводом для таких ожесточенных дискуссий? Дело в том, что большинство составов преступлений, упомянутых в 3-й главе конвенции, в российском уголовном законодательстве уже есть. Но вот такого преступления, как «незаконное обогащение» у нас нет. И это не случайно. Но вовсе не потому, что коррупционеров кто-то покрывает.

Во-первых, согласно отечественному уголовному и гражданскому праву любое имущество и денежные средства, полученные в результате совершения корыстных преступлений, уже являются незаконными и подлежат конфискации в доход государства (см., например, ст. 104.1 УК РФ). Следовательно, такое обогащение и сейчас в России считается преступным.

Во-вторых, предложение считать отдельным преступлением «необоснованное обогащение», как оно прописано в конвенции, посягает на конституционный принцип: никто не должен доказывать свою невиновность. Проще говоря, если «компетентные органы» не могут доказать, что имярек разбогател преступным путем, значит, он считается невиновным. И вовсе не обязан убеждать доблестных правоохранителей, что он не коррупционер.

Да и само понятие «незаконное обогащение», сформулированное в 20-й статье, слишком неконкретно, размыто и содержит оценочные суждения. Скажем, что считать «значительным увеличением активов» или «разумным обоснованием»? Здесь сколько людей, столько же и мнений. При такой конструкции правовой нормы под подозрением может оказаться любой, кто живет богаче соседа. А люди в погонах получат ещё один инструмент для возможных злоупотреблений.

Кампания по дискредитации кандидатов в президенты РФ набирает обороты

Чтобы понять субъективность термина «незаконное обогащение» достаточно вспомнить нашу недавнюю историю. Немногим более 30 лет назад, пришедший на вершину власти в СССР Михаил Горбачев отметился борьбой не только с пьянством, но и с «нетрудовыми доходами». Тогда был принят ряд указов и постановлений, после чего, скажем, каждый купивший два десятка досок, пару банок краски или килограмм гвоздей должен был хранить и предъявлять милиции и дружинникам товарные чеки — доказывать, мол, не украл на ближайшей стройке. И что в итоге? Да ничего — гора родила мышь! Зато спустя несколько лет настоящие жулики вышли из тени и смогли за бесценок скупать целые заводы, которые строила вся страна. Теперь они олигархи и «уважаемые люди», к которым никто не пристает с «глупыми вопросами»…

В российском законодательстве и сейчас вполне достаточно правомочий для борьбы с коррупцией. Это и глава 30-я в Уголовном кодексе РФ, и обязанность государственных чиновников отчитываться о доходах. Но кто сказал, что хороших и строгих законов уже достаточно для наведения порядка? К примеру, в последние годы серьёзно ужесточили ответственность за нарушение правил дорожного движения. Но, положа руку на сердце, кто осмелится утверждать, будто на наших улицах и дорогах порядка стало намного больше? Значит, дело не в правильных и суровых законах, а в людях, которые должны их соблюдать. То есть в нас с вами…

Реакция общества на поступки Мамаева и Кокорина: вектор изменился?

Печально известная 282-я статья УК обескровлена, но не убита

Трагедия в Керчи: Россия начала резко умнеть задним числом

Михаил Абызов обещает рассмотреть инициативу фонда Алексея Навального о «незаконном обогащении»

Министр по связям с «Открытым правительством» Михаил Абызов обещал рассмотреть инициативу Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального о ратификации ст. 20 Конвенции ООН против коррупции и включении в Уголовный кодекс статьи «Незаконное обогащение». В Госдуме с марта 2010 года лежит без движения внесенный коммунистами законопроект о ратификации этой статьи. Эксперты считают, что, даже если Госдума ратифицирует статью, все равно никто не будет проверять соответствие расходов чиновников их доходам.

Как заявил министр по связям с «Открытым правительством» Михаил Абызов 10 декабря, фонд Алексея Навального собрал 100 тыс. голосов в поддержку инициативы о «распространении юрисдикции на ст. 20 Конвенции ООН против коррупции» и внесении в УК статьи о «незаконном обогащении». Документы переданы в «экспертную рабочую группу федерального уровня», которая должна рассмотреть инициативу в течение двух месяцев, пояснил министр.

Конвенция ООН была ратифицирована Россией в 2006 году не полностью. В частности, в список не вошла ст. 20, по которой незаконное обогащение — «превышение расходов над доходами публичного должностного лица», которое он «не может разумным образом обосновать»,— признается уголовным преступлением, если оно совершено «умышленно». Отказ от ратификации статьи российская сторона объясняла, в частности, несоответствием этого требования Конституции РФ.

«Снижение числа коррупционных дел не обязательно говорит об уменьшении числа правонарушений»

Россия пошла по законодательному пути борьбы с коррупцией. В 2008 году по инициативе президента был принят пакет антикоррупционных законов, которые, в частности, обязали чиновников с 2010 года подавать декларации о своих доходах и имуществе, а также о доходах и имуществе супруги и несовершеннолетних детей. С 2013 года, согласно постановлению правительства, чиновники подают также декларации о расходах. В конце октября 2013 года глава администрации президента Сергей Иванов огласил итоги кампании по проверке деклараций, отметив, что в отношении 20 чиновников, не отчитавшихся или некорректно отчитавшихся по расходам, проводились дополнительные проверки. А после оценки деклараций по доходам и имуществу 200 чиновников разного уровня власти были уволены в связи с утратой доверия. Осенью 2014 года Госдума приняла закон, по которому чиновники обязываются с 2015 года отчитываться «по каждой сделке о приобретении недвижимости, транспорта, ценных бумаг», если «общая сумма сделок превышает трехлетний доход семьи» (см. “Ъ” от 23 сентября).

Россия заняла 134-е место из 197 по уровню коррупционных рисков для бизнеса

Еще в марте 2010 года фракция КПРФ внесла в Госдуму законопроект о ратификации ст. 20 Конвенции ООН против коррупции, но все эти годы он пролежал без движения. По словам главы юрслужбы КПРФ Вадима Соловьева, на него нет даже заключений правительства и профильных комитетов. В апреле 2013 года коммунисты собрали более 100 тыс. подписей граждан в поддержку этого проекта и передали спикеру Госдумы Сергею Нарышкину. С тех пор, по словам секретаря ЦК КПРФ Сергея Обухова, «с ними никто не говорил». Сейчас у коммунистов «есть уже 200 тыс. голосов в поддержку 20-й статьи», заявил “Ъ” господин Соловьев, и они готовы «отдать их Навальному». Но он не уверен в том, что законопроект будет принят, потому что, по его словам, «реальный механизм борьбы с коррупцией ООН может зацепить многих чиновников и депутатов». «Для этого нет политической воли. Возможно, законопроект примет новая Госдума»,— сказал коммунист.

Гендиректор российского отделения Transparency International Антон Поминов надеется, что «депутаты серьезно отнесутся к инициативе Навального и появится законопроект о ратификации ст. 20 конвенции». Хотя, отметил он, даже если закон примут, «вряд ли кто-то будет проверять декларации чиновников на соответствие расходов доходам». «Коснется эта статья в первую очередь должностных лиц высокого уровня, и Следственный комитет не решится начать проверку»,— считает господин Поминов.

Наталья Городецкая, Дарья Зеленская

Как коррупционным деньгам затрудняют движение

В сентябре глава администрации президента (АП) Сергей Иванов заявил об очередном ужесточении в борьбе с коррупцией, в том числе предстоящем отчете чиновников о движении крупных денежных средств на их счетах. Со следующего года схема отчетности чиновников о собственности вновь изменится. Читайте подробнее

Как КПРФ собрала подписи за ратификацию 20-й статьи Конвенции ООН

В феврале прошлого года КПРФ удалось собрать 100 тыс. подписей за ратификацию ст. 20 Конвенции ООН против коррупции, которая предусматривает наказание за незаконное обогащение чиновников. В партии намеревались передать подписи Владимиру Путину, который и предложил учитывать публичные петиции. В «Единой России» тогда заявили “Ъ”, что все необходимое антикоррупционное законодательство уже принято. Читайте подробнее

Конвенция против коррупции статья 20

#20 Давайте разберем, как Кремль морочит нам голову насчет борьбы с коррупцией и 20-й статьи

Хорошая новость в том, что мы всё ещё на этапе сбора подписей за законопроект на РОИ, а кремлешушера начала проявлять явные признаки беспокойства.

Как мы видим, задействованы уже основные механизмы «контрработы» типа СК.

Но, что ещё более важно, они стали задействовать медийно-идеологические механизмы, то есть вести (пока ещё не с нами, а вообще в пространство) спор на тему необходимости криминализации «незаконного обогащения».

В самом массовом прокремлёвском таблоиде — «Комсомольской правде» — появилась пространная «юридическая» статья о том, что ничего ратифицировать не надо. Пошли всякие публикации у платных блогеров, а самое главное, мы увидели расчехление довольно крупной рыбы.

2 октября аж заместитель начальника Управления Президента РФ по вопросам противодействия коррупции В.И. Михайлов выступил в «Высшей школе государственного управления» с публичной лекцией на тему «Дураки все те, кто поддерживает ратификацию 20-й статьи».

Тезисы этой лекции можно посмотреть здесь. Впечатления студента с лекции тоже почитайте.

В принципе, надо признать, что сделана она довольно толково и достигает своей цели: применить академический формат для того, чтобы навесить лапши на уши людям, которые слабо ориентируются в предмете.

Так как в лекции были собраны все аргументы, приводимые противниками ратификации 20-й статьи, нам показалось важным написать для всех текст-разъяснение, который помог бы каждому из нас убедительно подтверждать свою правоту и несостоятельность «доказательств» Кремля, страшащегося криминализации «незаконного обогащения».

Итак, разбираем кремлёвское враньё (передёргивание) по пунктам:

Аргумент 1. Статья 20 появилась из-за настойчивой позиции делегации одной из стран Южной Америки (в лекции Михайлов говорит о Перу), которая преследовала сугубо политические цели. Это была единственная возможность посадить бывшего президента Фухимори. Другие страны не хотели принимать эту статью, так как она нарушает презумпцию невиновности и не самим деянием, а его результатом. В итоге статья была принята в «мягкой форме» — она не обязывает криминализировать незаконное обогащение, а лишь предлагает странам рассмотреть такую возможность.

Ответ. Незаконное обогащение как преступление не было придумано перед конвенцией ООН какой-либо одной страной. В Аргентине еще в 1964 году был принят закон, по которому преступлением считалось «обладание ресурсами, происхождение которых должностное лицо не может объяснить». Отсылка к Перу и свергнутому правителю этой страны Альберто Фухимори, из-за которого государство якобы лоббировала 20 статью, — несостоятельна. Как одна страна, тем более Перу, может пролоббировать принятие статьи всем составом ООН? Также стоит обратить внимание, что Фухимори был осужден также за создание «эскадронов смерти» (на 25 лет), взятку главе национальной разведывательной службы, незаконное прослушивание разговоров, подкуп журналистов на бюджетные деньги и злоупотребление полномочиями.

20-я статья ООН действительно не обязывает государства внести незаконное обогащение в свой уголовный кодекс. Создания международных конвенций — сложный переговорный процесс. Особенно это касается конвенций такого масштаба. Мы знаем, что существует особый дипломатический язык, со своими оборотами, выражениями и формулировками. Это разумный подход.
Криминализация незаконного обогащения — это в какой-то степени вынужденная мера для активизации борьбы с коррупцией. Именно поэтому оно в различных формах применялось в коррумпированных странах — Аргентина, Гонконг и Сингапур (в 70-х были крайне коррумпированными государствами), Китай, Колумбия и многие другие. В развитых странах с низким уровнем коррупции, таких как Финляндия или Швеция, в этом просто нет необходимости — культура соблюдения закона позволяет обходится другими способами (обязательное декларирование, свободная пресса, развитая демократия и сменяемость власти, независимость правоохранительных органов, их четкая и своевременная работа и так далее). Россия находится на 127 месте по уровню коррупции и гораздо ближе к Аргентине и Гонконгу 70-х, чем к Финляндии. Нам нужно принять эту статью не потому, что это обязывает нас сделать конвенция ООН. Она нужна нам самим, как эффективный метод борьбы с коррупцией.

Аргумент 2. При рассмотрении международных законов нужно учитывать «разность культур» между странами и обществами. Привнесенные извне положения могут стать нормой для большинства членов общества, разделяться ими и поддерживаться лишь при приложении существенных усилий со стороны национальной элиты в виде следования этим нормам и разъяснительной работы. Для формирования в обществе определенного отношения к новым моделям поведения необходимо время.

Ответ. «Разность культур» не может быть оправданием того, что чиновники воруют. С «укладом», который оправдывает воровство, надо бороться, а не поощрять его. Россия заслуживает того, чтобы быть честной и современной страной, а не жить в полуфеодальном мире, где согласно укладу чиновники должны воровать.

С цитатой из Михайлова «привнесенные извне положения могут стать нормой для большинства членов общества, разделяться ими и поддерживаться лишь при приложении существенных усилий со стороны национальной элиты в виде следования этим нормам и разъяснительной работы» — хочется полностью согласиться. Именно чиновники, депутаты и топменеджеры госкомпаний должны стать эталоном открытости и готовности рассказать о происхождении своих средств. Если граждане России увидят, что у них честные чиновники — то коррупция снизится повсеместно. А вот если они видят, что депутат при официальной зарплате в 2 млн руб живет в доме ценой в 100 млн руб и при этом говорит, что на него заработала тёща, то все понимают, что врать и воровать можно. Для борьбы с такой ситуацией и нужен закон об уголовном наказании за незаконное обогащение.

Аргумент 3. Россия ратифицировала конвенцию ООН без каких-либо изъятий или оговорок. Поэтому все разговоры о необходимости ратификации 20-й статьи беспочвенны. В заявлении по итогам принятия документа исключена 20-я статья, но это обусловлено сугубо техническими причинами.

Ответ. В России приняли закон о ратификации Конвенции ООН, в нем перечислены статьи, в отношении которых у нашей страны есть юрисдикция. Двадцатой статьи там нет. То есть Россия исключила 20 статью из дальнейшего применения, хотя и ратифицировала конвенцию. В этой ситуации требования принять 20-ю статью не беспочвенны, а обоснованны — сейчас Россия ее не применяет. Федеральный закон — это не технический документ, именно он определяет статьи, которые наша страна будет исполнять, и 20-й статьи там нет. Мы считаем, что надо принять эту статью к реализации, включить ее в федеральный закон и согласно ей внести в уголовный кодекс наказание за незаконное обогащение.

Аргументы 4 — 5. Статья 20 Конвенции ООН не обязывает страну ввести в уголовный кодекс наказание за незаконное обогащение, а лишь призывает рассмотреть такую возможность. В России такую возможность рассмотрели и пришли к выводу, что она противоречит ст. 49 Конституции РФ о презумпции невиновности.

Ответ. Конвенция ООН не содержит строгой законодательной формулировки. Каждая страна вводит наказание за незаконное обогащение исходя из условий в стране и остального законодательства. Именно поэтому мы предлагаем закон о незаконном обогащении, который не противоречит конституции. Преступлением считается значительное превышение стоимости активов чиновников над законными (т.е. внесенными в декларации) доходами. Следствие анализирует рыночную цену собственности, реальный порядок ее приобретения, предвыборные декларации. В итоге бремя поиска доказательств лежит на следствии. Презумпция невиновности не нарушается.

Чтобы окончательно закрыть тему с крайне популярным аргументом «20-я статья противоречит Конституции» я привожу цитату из интервью одного сторонника ратификации 20-й статьи:

Как вы думаете, чьи это слова? Какого-то злостного оппозиционера, презирающего конституцию? Нет, это председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин, известный фанат крепостного права и автор миллиона совершенно реакционных статей. То есть вот уж кто не оппозиционер ни разу. Поэтому, если Кремль хочет поспорить о конституционности 20-й статьи, то пусть с Зорькиным спорит, а мы с ним согласны по этому вопросу.

Аргумент 6. Уголовное законодательство России вообще не может обеспечить реализацию 20-й статьи, так как по ней преступлением признается какое-то итоговое положение, а не конкретное деяние. А по российским законам преступным должно признаваться какое-то конкретное действие.

Ответ. Это не совсем верная интерпретация. По 20-й статье преступным деянием является отсутствие объяснений происхождение активов, а не само их наличие. По нашему закону преступлением должно стать значительное превышение стоимости активов над указанными в декларации доходами. Т.е. здесь преступное действие тоже налицо — человек не указал в декларации доходы, достаточные для объяснения происхождения активов, и при этом пользовался или владел этими активами.

Аргумент 7. В России уже установлена уголовная ответственность за различные виды незаконного обогащения, в частности, в гл. 21 «Преступления против собственности» и гл. 30 «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» . Также для цели наказания за незаконное обогащение следует использовать ст. 169 ГК РФ, которая позволяет признать ничтожной сделку, если она совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Ответ. Здесь происходит манипуляция понятиями. В 20-й статье и нашем законе под незаконным обогащением понимается конкретное явление, а именно превышение стоимости активов над доходами должностного лица. Автор же толкует это понятие на бытовом уровне и предлагает признать незаконным обогащением, например, кражу. Конечно, деньги, полученные в результате кражи, — незаконны, а человек становится богаче. Но такое толкование — заведомая манипуляция, понятие незаконного обогащения, которое предлагается криминализировать, точно определено и кражей не является.

Ст.169 ГК позволяет признать ничтожной сделку, если она противоречит основам правопорядка и нравственности. Например, такой сделкой можно признать дарение доли в квартире большому количеству лиц с целью потом осуществить какую-либо мошенническую схему. Как это поможет с незаконным обогащением — непонятно. Ведь в этом случае вам все равно надо доказать основное преступление — мошенничество.
Смысл введения в УК незаконного обогащения именно в том, что нам не надо доказывать исходное преступление (взятка, хищение), мы ловим взяточника на его необъяснимых активах.

Аргумент 8. Задачу наказания за незаконное обогащение также решают установленные законом штрафы за коррупционные преступления.

Здесь снова происходит подмена понятий — под незаконным обогащением понимается не описанные в 20-й статье Конвенции ООН и нашем законе явление, а любое приобретение средств с нарушением закона, например, взятку. Взятки могут наказываться кратным штрафом, это направлено на борьбу с взятками. К наказанию за незаконное обогащение, как это описано в 20 статье и в нашем законе, это не имеет прямого отношения.
Ну и, кроме того, как мы видим на практике, все медведевские «антикоррупционные» нормы типа штрафов борьбе с коррупцией не помогли.

Аргумент 9. Многие страны ратифицировали Конвенцию ООН без оговорок, но при этом не внесли в свой уголовный кодекс. В других странах наказание за незаконное обогащение реализуется через гражданский кодекс и закон о госслужбе.

Ответ. Здесь автор приводит в пример европейские страны, в частности, Финляндию, Данию, Норвегию и Швецию. Однако достаточно посмотреть на рейтинг восприятия коррупции, чтобы понять, почему эти страны не спешат вводит незаконное обогащение в уголовный кодекс:

1 место — Дания и Новая Зеландия

3 место — Финляндия

4 место — Швеция

5 место — Норвегия

Они входят в первую пятерку рейтинга, в них — самый низкий уровень коррупции в мире. Им просто нет необходимости вводить в уголовный кодекс такую статью как незаконное обогащение, которая является во многом специальным и чрезвычайным способом борьбы с коррупцией. В России ситуация обратная. Мы на 127 месте, рядом Эфиопией и Мозамбиком. Введение в уголовный кодекс наказания незаконное обогащение вместе с другими жесткими методами по контролю над чиновниками позволит нам покинуть это позорное место.

Все другие страны, приведенные в качестве примера, также значительно лучше нас по уровню коррупции: Бельгия — 15 место, США — 19 место, Франция — 22 место, Португалия — 33 место. При этом автор пишет, что в Бельгии есть наказание за расхождение между стоимостью активов и доходами в декларации. Других примеров, где эта статья принята, автор не рассматривает. Например, он не говорит, что благодаря жестким мерам по отношению к чиновникам успеха в борьбе с коррупцией достиг Гонконг, а в законодательстве Литвы есть ответственность за незаконное обогащение (ст.189-1), причем распространяется оно не только на чиновников.

Аргумент 10. В России идея наказания за незаконное обогащение реализуется благодаря закону о противодействии коррупции. Он позволяет увольнять чиновников в связи с утратой доверия за недостоверные декларации, конфликт интересов, осуществление предпринимательской деятельности.

Ответ. Такой закон действительно существует, однако, он не наказывает за незаконное обогащение. Он регламентирует порядок подачи деклараций. По закону чиновнику ничего не мешает владеть домом за 100 млн руб при официальном доходе в 1 млн. руб. Во-вторых, даже за ошибки в декларации устанавливается очень слабое наказание (увольнение, причем без запрета на дальнейшую госслужбу), это не стимулирует чиновников избегать этого наказания. В-третьих, проверять декларации и конфликт интересов должны сами госорганы, а они часто в этом вообще не заинтересованы. Эти меры не обеспечивают полноценного наказания за незаконное обогащение. Например, депутат заявляет, что арендует землю за 30 тыс руб, что в сотни раз ниже рыночной цены, и комиссия госдумы ему верит. А оснований даже для доследственной проверки нет, ведь незаконное обогащение в России в настоящий момент не криминализировано.

Введение уголовного наказания за незаконное обогащение позволит увеличить ответственность, а значит, чиновники будут бояться жить не по средствам. Кроме того, проверкой будут заниматься правоохранительные органы, что позволит избежать ситуации, когда, например, в отношении депутата есть серьёзные обвинения, но решение принимает комиссия Госдумы, где большинство у его же коллег по фракции.

Аргумент 11. С незаконным обогащением чиновников борется закон, обязывающий предоставлять сведения о расходах, если сделка по покупке собственности превышает сумму дохода за три года.

Ответ. Такой закон действительно существует, но он не устанавливает уголовной ответственности за незаконное обогащение. Если сумма покупки чиновника будет выше его доходов, его уволят, а данные об этом передадут в прокуратуру. При этом прокуратура должна начать расследование о том, как именно чиновник нажил эти средства. Никакой дополнительной статьи не вводится.

Кроме того, по этому закону декларации анализируют органы проверки, где работает чиновник, а не правоохранительные органы. При этом часто они не заинтересованы в этом. Например, комиссия госдумы может оправдать депутата просто потому что он их товарищ по партии.

Данные о расходах скрыты от общества в отличии от деклараций. При принятии нашего закона об уголовной ответственности за незаконное обогащении граждане, общественные организации и СМИ могут сравнить стоимость особняка чиновника с его задекларированными доходами и на основании этого требовать уголовного преследования. Сейчас о расходах чиновников данные не публикуются и даже не предоставляются по запросу. Работа СМИ и общества сильно затруднена, что снижает вероятность наказания. Кроме того, такая скрытность позволяет чиновникам занижать сумму сделки, а органы проверки не могут или не хотят подвергать эти данные подробной проверке.

Т.е. этот закон в принципе содержит некое движение в пользу большего контроля за активами чиновников, но на самом деле ни к чему не приводит. Введение уголовной ответственности за незаконное обогащение позволит гораздо эффективнее осуществлять контроль за активами чиновников, подключить к этому общество и СМИ, увеличит вероятность привлечения чиновников к ответственности. В итоге, это позволит, наконец, заняться реальной борьбой с коррупцией.

Вот. Я надеюсь, что этот небольшой ликбез укрепит аргументацию любого сторонника кампании Двадцать и поможет вести разъяснительную работу.

Я напоминаю о том, что нам очень важно как можно скорее собрать 100 тысяч подписей на РОИ. Пока их 41 тысяча. Давайте активизироваться. Если уже проголосовали — сагитируйте пару человек.

Под лежачий камень вода не течёт. Власть будет реагировать только под давлением общества. Давайте выталкивать жуликов из зоны комфорта.