Написать письмо раскольникову

Письмо Раскольникову (по роману Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»)

Я хотел бы поделиться с тобой своими мыслями о твоей теории и жизненной позиции. На первый взгляд, твоя теория мне показалась абсурдной. Разве можно разделять людей на «тварей дражащих» и «право имеющих»! Ведь куда только не забрасывает судьба людей, перед какими только преградами не ставит столько судеб, столько характеров, столько убеждений… Каждый наделен своими талантами, у каждого своя дорога. Человек не может быть только плохим или хорошим, просто под влиянием конкретных ситуаций и обстоятельств, положительные или негативные черты берут верх. И до последнего вздоха у людей есть право выбора, есть их собственная жизнь. Есть шанс.. Шанс стать лучше, добрее, шанс сделать то, что давно собирался, но не хватало смелости или терпения, шанс подарить тепло и любовь ближнему, помочь тем, кому приходится еще сложнее; шанс осознать то, что каждая минута жизни – это все-таки счастье. И никакие идеи общего блага не могут быть оправданием для лишения такого шанса другого человека, пусть даже злого, жестокого и бесполезного. Ведь такие люди уже наказаны, так как невозможно быть счастливыми и истинно свободными с тяжелым и злым сердцем.
Поразмыслив над твоей теорией, я увидел в ней интересную мысль о том, что с обстоятельствами нужно бороться, а не склонять голову перед судьбой, требующий страшных жертв, отказывающий человеку в праве на свободу и счастье. Я согласен с твоей позицией, что нужно «действовать, жить и любить». Вот только пробивать себе дорогу нужно не тобою предложенными методами, которые навязала тебе жестокость, безнадежность, нищета и грязь окружающего мира. Ты глубокая, ищущая, любящая и мыслящая личность. Я думаю, что ты еще найдешь достойное применение своим способностям.

Ты пишешь в своей теории, что многие правители, которыми ты восхищаешься, возвышались над толпой, принося в жертву других людей. Но ты не учел тот факт, что выделиться и стать интересным, небанальным, воплотить свои способности в жизнь можно и другими способами, как это делали великие художники, писатели, предводители. Ведь у тебя есть образование, ум, настойчивость. Ты молодой и смелый. Нужно только захотеть действовать, и у тебя все получится.
Я расцениваю твой поступок как бунт, как восстание против зла, несправедливости, пороков, царствующих в мире. Это неприятие и отвращение к трагическому фарсу жизни отразилось в твоей теории, холодной и расчетливой. Идея о том, что во имя нового, лучшего можно переступить закон, а если потребуется, то и «дать себе разрешение перешагнуть через кровь», овладела тобой и нашла свое воплощение в убийстве дряхлой, мелочной, бесполезной старушонки-ростовщицы. Но, перешагнув через жизнь человека, ты стал рабом своих убеждений. Я рад, что ты восстал и понял несостоятельность своей идеи, осознал и раскаялся в своем поступке.

Я верю, что ты сможешь использовать тот шанс, о котором я тебе говорил. Ведь преграды и сражения нашей жизни нужны для того, чтобы чему-то нас научить, даже те, которые мы проигрываем. Поэтому не забывай о своих намерениях, целях, о своей мечте. Все в твоих руках, секрет удачи таков: не сдавайся!

С пожеланиями счастья, твой друг……!

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Моё письмо Родиону Раскольникову

Здравствуйте, Родион Романович!
Конечно, я опоздала уже к вам со своим письмом. Но тем не менее. Безусловно, я не в праве осуждать ваш поступок.
Но то, что произошло с вами, то , что вы попали на каторгу, только ваша вина в этом.
Скажите мне, зачем нужно было убивать эту старуху-процентщицу? Я не спорю, что она вела себя очень жестоко по отношению к бедным людям, и в частности к вам. Родион Романович, я, конечно, понимаю, что вы отчаялись в тот момент, но кто вам давал право убивать старуху и её сестру Лизавету, ведь вы не Бог,вы не дали им жизнь, вы и не имеете никакого права забирать её? Получается, Родион Романович, что вы эгоист! И дело не только в том, что вы совершили убийства, но и поломали жизни живым людям! Вспомните, как страдала ваша мама, как она мучилась, когда ждала вас. Заслужила она этого?Конечно же нет! А Софья? Ей и так мачеха жизнь сломала, еще ей пришлось и за вами на каторгу ехать. Жестокий вы человек, Родион Романович!
Еще, Родион Романович, меня удивляет ваша идеология о разделении людей на два слоя.Вы понимаете о чем я веду речь. Могу сказать, что это ваше право, ваши мысли, но опять же вы не можете решать чужие судьбы. Перед закон равны абсолютно все, будь это крестьянин или помещик. Это не важно.
Родион Романович, я думаю, что вы, находясь на каторге, осознали то, что совершили. Конечно, если бы не жизненные трудности, вряд ли бы вы это всё совершили. Но нельзя всё «спирать» на эти трудности. У вас есть своя голова на плечах, и вы должны думать о том, как поступить правильно, а не только себе во благо.
Простите, Родион Романович, если что не так,если чем-то вас я обидела, но это моё личное мнение и отношение к вашим поступкам.
С уважением, Елена Дьяконова

50302 человека просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Достоевский Ф.М. / Преступление и наказание / Моё письмо Родиону Раскольникову

Смотрите также по произведению «Преступление и наказание»:

письмо к Раскольникову

ПРЕДИСЛОВИЕ
Случилось так, что однажды, когда господин N проводил свое время в одном из архивов в поиске некоторых материалов, он совершенно случайно обнаружил в некой газете заметку, начав которую читать, он уж не смог остановиться, так заинтересовал его предмет и точка зрения на этот предмет, изложенная в заметке. Господин N перечитал заметку трижды. И хоть прошло уже довольно много времени с момента написания статьи, он все же решился написать автору. Оказалось большой проблемой выяснить, кто же автор, так как заметка была подписана лишь одной буковкой. Но господин N был человеком настойчивым. Поиски его увенчались успехом, и он сумел-таки выяснить, что автор так заинтересовавшей его статьи именуется Раскольниковым Родионом Романовичем.
Боюсь не смогу рассказать здесь историю о том, как автор письма искал адрес г-на Раскольникова. Не ведаю я также и о том, дошло ли письмо до получателя или так и затерялось где-то. Но текст самого письма могу привести, что и делаю ниже.

Здравствуйте, многоуважаемый Родион Романович!

Простите меня великодушно за то, что осмеливаюсь писать к Вам. Меня вынуждает к этому невозможность скрывать мои чувства. Но к делу. Третьего дня я прочел Вашу статью «О преступлении» в газете «Периодическая речь», совершенно случайно найденной мной в одном архиве. Статья эта меня сильно поразила и подвигла на различного рода размышления. В связи с чем и решился я написать Вам лично, как автору.
Конечно, прежде всего, меня поразило то, с каким откровением Вы говорите о разделении людей на две категории. Ведь и не страшно Вам было писать так прямо Ваши мысли! Я искренне восхищаюсь честностью Вашей, уважаемый Родион Романович! Но письмо это пишется не только для того, чтобы выразить Вам, как автору, мое почтение. С Вашего позволенья, я изложу вопросы, которые взволновали меня с момента прочтения статьи.
Вы говорите о людях, являющихся как бы материалом, и людях, двигающих мир. И получается, что люди разных категорий всегда некоторым образом разделены. Но может же быть такое, что сам «материал» будет двигать мир вперед? То есть, подразумеваю я, человечество вершит историю в независимости оттого, есть ли среди них великий, или его нет. Просто занимаясь домашним хозяйством, обучаясь в университетах, прогуливаясь по аллеям – то есть, занимаясь самыми обыкновенными делами, в которых и не нужно присутствие необыкновенного человека, общество уже создает историю и двигает мир вперед.
И наоборот, возможно ли такое, что человек необыкновенный, исключительный не ведет мир никуда? То есть, этот человек, выполняя свою функцию, например, делает какой-либо просчет, в результате ничего не достигая. Гений может сделать по истине необыкновенное открытие или создать какое-нибудь этакое изобретение, но по каким-то причинам, не зависящим от него, изобретение это, или открытие теряется в пучине истории. И получается, что гений был, а результата нет. То есть исключительный человек в своей исключительности бесплоден.
И вновь задаю я Вам вопрос, уважаемый Родион Романович! Обязательно ли разделены «материал» и особенные люди между собой? Ведь исключительный человек может подвигнуть массы на что-то необыкновенные, тогда уж не только он сам будет необыкновенным, но и целое множество людей. Так как он вдохнет в жилы их свою оригинальную идею. И убивать и умирать они будут за нечто великое. Жить они будут не ради прежних канонов. А значит, сами уже станут эти люди необыкновенными. Так значит ли это, что теперь каждый из них может позволять своей совести переходить какую-то грань? Дозволяется ли им выходить из колеи? Ведь если они не будут преступать границы, то так и останутся обывателями. А коль скоро они так ими и останутся, то и наш необыкновенный человек тоже ничем и никак не преобразится, и идея его падет прахом. Как же прикажете поступать в таком случае?
Прошу извинить мне этот дерзкий тон, в котором задаю я вопросы. Тон этот не из неуважения к Вам, а по причине моего пыла, который охватил меня при изучении предмета.
Но вернемся к вопросу о людях обыкновенных и необыкновенных. Ведь здесь важны еще и масштабы. Поясню свою мысль. В каждом обществе – малом или большом – есть свой кумир. Человек, который привносит что-то совершенно новое в обычаи общества, породившего его. Но получается что это человек тоже исключительный. Однако, можно ли сказать что кумир небольшой деревушки является «материалом» перед например Наполеоном?
Или может существовать такой гений, который создал нечто, какое-то изобретение, не несущее никакой пользы массам. Но для небольшого, ограниченного круга лиц сия вещ необычайно важна и интересна. Так что же, будет он для великого гения, изобретение которого принесло пользу всему человечеству, ничтожным человеком, «материалом»? Или он будет занимать именно позиции гения, то есть человека исключительного?
Ведь в своем роде он именно исключителен.
Но пойдем дальше. Возникли вопросы у меня и по поводу преступления грани. Из вашей статьи мне не стало до конца ясно, в чем заключается преступление. Обязательно ли это кровопролитие? И вообще убийство? Ведь преступлением можно так же считать и грабеж, и осмеяние святынь, а кроме того, насилие над личностью и многое другое. Может ли человек исключительный позволять себе такие вещи? Ведь если он преступил уж грань, то его более ничего не сдерживает. Например, известно, что многие великие правители, были очень падки до женского пола. И для достижения удовлетворения плотских желаний не считались ни с чем. Так можно ли человеку исключительному, который ведет вес
ь мир к добру прощать такие вещи? Имеет ли он право дозволять себе такие поступки? Пусть они и не несут в себе явной цели преобразить мир, но могут расцениваться, как побочный эффект преодоления грани.
А вообще, должен ли человек необыкновенный преступать эту грань? Ведь с одной стороны, преступление для такого человека может считаться самоутверждением. И потом, может же произойти такая ситуация. Предположим, гению для достижения его целей мешают некоторые люди, и ему необходимо, то есть он просто обязан, убить их. Чтобы, принеся их, таким образом, в жертву, продвинуть целый мир вперед. Но человек этот так мягок и добр, что не может этого сделать. Значит ли это, что он человек отнюдь не исключительный, а, напротив, самый обыкновенный?
Теперь, если позволите, вопрос непосредственно к Вам, многоуважаемый Родион Романович. Только прошу, не сочтите такой вопрос за нахальный или компрометирующий. Могли бы Вы, находясь в позиции вышеозначенного исключительного человека, убить?
В Вашей статье, не смотря на то, что она меня необычайно заинтересовала, все-таки есть некоторые неточности, на мой взгляд. Конечно, я могу быть и неправым. Но все же, с Вашего позволения, выскажу свою точку зрения.
Суть в том, что хоть я и согласен с вами в том вопросе, что бывают люди исключительные, а все остатние – лишь «материал», как Вы изволили выразиться. Но все же, мое мнение таково, что люди не всегда, даже, наверное сказать, крайне редко, рождаются такими. То есть люди редко рождаются уже принадлежащими к той или иной категории. И даже порой, очень часто случается, что человек переходит из одной категории в другую в силу обстоятельств. Например, один, кажется, всю жизнь живет человеком самым что ни на есть обыкновенным, но вдруг, по стечению обстоятельств, он оказывается в той позиции, что, если он сейчас же, сию минуту не проявит исключительности, не решит какую-то проблему самым исключительным образом, то может погибнуть великое множество людей. Довольно часто обыкновенные, казалось бы, люди попадают в такие ситуации, например, во время воин, революций, восстаний. И что же остается делать этому бедняге? Ему приходится волей-неволей брать на себя всю ответственность и принимать необыкновенно сложные решения. И таким образом, такой человек, который еще недавно был «материалом», становится в позицию человека, двигающего мир.
И наоборот. То же самое общество, тот самый «материал» порой влияет на человека необыкновенного. Делает его самым обыкновенным представителем большинства. Заметьте себе, я говорю не о проявлении слабости в сильной личности. Никак нет! Я подразумеваю лишь то, что общество способно порой быть сильнее самой великой личности. То есть, возникают такие ситуации, когда влияние масс, публики так велико, так могущественно, что личность просто не способна справиться. Исключительному человеку приходится поддаться этому обществу. И вот он на одну секунду становится тем самым «материалом». И секунда эта затягивается на целую вечность. Потому что, слиться с обыкновенными людьми, для необыкновенного человека – смерть. Исключительный человек перестает существовать. Он уже та же самая масса. Серая масса людей, из которой ему уже нет никакой возможности выбраться.
Вот и получается такой вот, с позволения сказать, каламбур. Люди обыкновенные, в силу обстоятельств, становятся людьми необыкновенными, и, наоборот, заурядные личности, превращаются в людей незаурядных, в силу все тех же обстоятельств.
Прошу Вас об одном, Родион Романович! Не воспринимайте мои слова и предположения в качестве выпадов в Ваш адрес. Это отнюдь не так. Я лишь высказываю в этом письме свои мысли, которыми мне так хочется поделиться с Вами.

Но, то, что я сейчас пытался разобрать, вопросы все поверхностные, так как я уловил в вашей статье гораздо более глубокий смысл. Вы ведь статьей своей вносите настоящий раскол в установившиеся понятия и мнения общественности.
С опаской говорю я о столь высоких материях, но постараюсь изложить мысль мою наиболее аккуратно, дабы никого не задеть. Основная мысль Христианства ведь заключается в чем? — Возлюби ближнего своего. И если понимать Вашу статью, уважаемый автор, буквально, то есть, не вдаваясь в размышления над скрытым смыслом, получается, что идея Ваша несет более глубокий смысл, чем разделение общества на людей, имеющих право и не имеющих. То есть, как мне показалось, Вы изволите задавать обществу такой вопрос: «А может быть это ты и есть право имеющий? Может ты и есть исключительный человек? Ну, так тебе следует доказать это и преступить грань. Вот коли сможешь ты преступить эту грань, совершить преступление, тем и докажешь ты свою исключительность!» Но преступление грани-то вовсе не должно быть убийством или грабежом! Идея-то исключительности не в том, чтобы убить, а в том, чтобы помочь. Если хотите, то даже в том, чтобы полюбить! Ведь убить-то из десяти девятеро, а то и все десять способны, а помочь ближнему, полюбить его был всего один способен, и имя его — Христос. Так как же может основная идея исключительности заключаться лишь в том, чтобы преступить грань? Когда самое главное в исключительном человеке то, чтобы он мир повел в будущее, в доброе будущее. Потому, если будущее не будет исполнено добра, то и не нужно оно человечеству.
Я буду премного благодарен Вам, дорогой автор, если Вы пришлете мне ответ, где сообщите, правильно ли я понял мысли, изложенные в статье. И верно ли я уловил скрытый смысл идей, которые Вы изволили объяснить. Мне очень важно узнать ответы на вопросы, так как эти размышления не дают мне покоя и требуют разрешения.
Желаю Вам доброго здоровья!

Искренне Ваш, г-н N.

КАК ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Нельзя отрицать того, что Раскольников – говорящая фамилия. Вопрос заключается в следующем – во что вносит раскол Родион Романович? В догматы того времени, в христианскую идею, в череп старушки или во взаимоотношения людей?
Мне представляется наиболее вероятным то, что Ф.М. Достоевский не мог быть настолько жестоким, чтобы ни с того, ни с сего обременить своего героя убийством и всеми последующими страданиями просто так. А потому, идея Раскольникова о людях двух категорий является как бы провокационной идеей, основанной на отрицании опошления идеи христианства. И Раскольников выступает в роли такого козла отпущения, на примере которого Ф.М. Достоевский внедряется в душу каждого верующего и не только человека, с целью дать понять глубины добра и зла.

БИБЛИОГРАФИЯ.
1. Ф.М. Достоевский «Преступление и наказание». Москва «ЭКСМО» 2004
2. Шестов Лев «Достоевский и Ницше».
3. Ф. Ницше «Антихристианин. Проклятие христианству». Перевод В.А. Флерова.
4. Л.Н. Толстой «Война и мир».

Сочинение «Письмо Родиону Раскольникову»

Сочинение на конкурс «Диалог с классиком» написала обучающаяся 11-Б класса.

Предварительный просмотр:

Диалог с классиком

Письмо Родиону Раскольникову

Здравствуйте, Родион Романович! Я узнала о Вас из романа Фёдора Михайловича Достоевского «Преступление и Наказание». Какие чувства вызвал Ваш проступок, а вернее, совершенное преступление, у меня? Удивление, страх, осуждение… чего больше? Сначала я действительно осуждала Вас. Вы — добрый человек, любящий сестру и мать, сумели понять брошенного на дно Мармеладова и сочувственно отнеслись к пьяной девушке на улице. Как же Вы смогли с такой жестокостью убить человека, и не одного?

Даже познакомившись с Вами, Родион, ближе и узнав причину, подтолкнувшую Вас на убийство, я всё равно не до конца смогла понять и принять Ваш поступок. Вы и сами до конца не осознали содеянного, потому что в Вашем сознании плотно засела идея «сверхчеловека». Я, в свою очередь, не могу с вами согласиться: человек есть человек и никаких «сверхлюдей» быть не может. Есть талантливые, одаренные, владеющие ораторским искусством и подобным люди, но они такие же обычные люди, как и Вы.

Вы только посмотрите, до чего Вы себя довели! Стоило ли это преступление страданий Ваших и Ваших родных? Вы «оторвали» себя от людей и оказались в одиночестве. Ради чего? Однако я очень рада, что рядом с Вами оказалась Соня, сумевшая понять и поддержать Вас. Она, наконец, обрела счастье. Рада, что Вы, пусть не сразу, осознали свою вину и раскаялись, признав ошибку. Значит, Вы — сильная личность.

Я, находясь на пороге самостоятельной жизни, хочу спросить у Вас, что главное в жизни? К чему стоит стремиться и как следует жить? Я думаю, что, если бы мы встретились, то вы сказали бы мне слова, сказанные Пьером Безуховым Андрею Болконскому. Они звучат так: надо не только не делать зла другим, но и еще делать добро. Согласитесь, в этой фазе заключена человеческая мудрость: относись к людям так, как хотел бы, чтобы относились к тебе.

Прощаясь с Вами, я надеюсь, что здравый смысл победил, и Ваша душа, Родион, готова жить, любить и творить…

«Письмо Раскольникову»

Здравствуйте, Родион Романович!

Я понимаю, что сейчас Вы находитесь в замешательстве, не понимая, кто пишет Вам это письмо. Представлюсь: Ольга Казакова, студентка. Я услышала вашу историю (у нас теперь только об этом и говорят). Меня очень поразили все эти происшествия, и я отважилась Вам написать.

Дело в том, что я теперь снимаю комнату там же, где раньше жили Вы. И… Я нашла Ваш дневник. Нижайше прошу прощения за овладевшее мною любопытство, но я не смогла удержаться и прочла его. Меня просто потрясли Ваши записи! Родион Романович, Вы очень неоднозначный человек! Представляю, как тяжело Вам было… Хотя, это трудно, пожалуй, представить. Но все же, мне бы очень хотелось познакомиться с Вами поближе!

Позвольте поделиться с Вами своими мыслями по поводу некоторых Ваших записей.

«Июня 2-го дня 18. года. Всю ночь не спал — мысли разные одолевали… Днем встретил профессора Ц., звал обратно на факультет, говорил, что не гоже таким способностям пропадать… Нет, не хочу! Вообще не хочу никого видеть!

…А денег все нет. Сижу весь день в комнате и трясусь. Как все это противно и гадко! Все чаще в голову закрадывается мысль: неужто я рожден был, чтоб по углам трястись и всю жизнь в нищете прозябать? Я ведь всего однажды живу, я ведь тоже хочу…»

Мне кажется, что я Вас очень хорошо понимаю. Ведь я тоже одолеваема бедностью, не всегда есть возможность платить за квартиру. Такое положение, конечно, очень унизительно, но я пока нахожу в себе силы справляться с собой, не давать воли отчаянию… А позже Вы пишете:

«Вчера получил от маменьки письмо. Невероятно расстроился: у них совсем нет денег. Дуня вынуждена была пойти работать. И ведь сколько раз им говорил: не шлите мне денег, сам о себе позабочусь! Так нет же, упрямятся…»

Ох, Родион Романович, как знакома мне подобная ситуация! Самой бы еще ничего, можно перетерпеть бедность и даже нищету. А вот видеть, как близкие и дорогие люди для тебя последней копейкой жертвуют… Это просто невыносимо! У меня мать и отец живут в маленьком городишке. Отец гроши зарабатывает, мать трудится с утра до ночи, да что толку… Этих денег им-то на еду не хватает, а они еще мне отсылают постоянно. Сколько раз ругалась, да ведь не слушают! В такой ситуации не долго и на преступление пойти, лишь бы знать, что мать и отец живут нормально, едят вдоволь, да отдыхать себе позволяют! Да и я ведь не сижу без дела никогда. Пытаюсь подработать, где только можно. А мать переживает, что это пойдет в ущерб учебе. Но я ведь молода, могу справиться.

Позже в своем дневнике Вы пишете:

«Маменька в письме написала, что вышла на нашей улице история. Убили одного мерзавца из-за денег. Началось расследование и тут же прекратилось, потому что убийца сам пришел с повинной. Я думаю, это оттого, что он слабый человек…»

Родион Романович, очень мне стало любопытно, не эта ли история послужила толчком для развития Вашей «теории»? Потому что, представляя себя на Вашем месте, могу сказать, что меня бы эта история подстегнула. Тем более, наложилась бы она на озлобленность и ущемленное самолюбие. И следующая Ваша запись меня наводит на такие же размышления:

«Сегодня получил еще одно письмо от маменьки. Дунечка собралась замуж! За мерзавца, которого не любит! Этот ангел, чтобы кусок хлеба в доме был… Ради денег! Нет, не бывать этому никогда! Не позволю ей жизнь свою губить!

Того же дня, позже. Меня кошмары по ночам мучают… Такие странные… Вижу то, чего бы в жизни ни за что не испугался, а во сне так и столбенею. Вот как-то приснилось мне, будто лошадь секут. Вижу, что насмерть забивают, кричу, пытаюсь остановить, спасти ее. Не получается. Не успеваю. Я плачу, аж слезами захлебываюсь, целую ее, целую, да только все без толку… Господи, тяжело-то как!»

Вы знаете, я не смею Вас осуждать за совершенное. Но… Мне трудно понять мотив. Точнее, я его понимаю, но не до конца. Ведь на самом деле Вами двигала не жажда помочь семье, выручить себя из такого унизительного положения. Ведь Вы просто теорию свою хотели доказать! Ах, если бы Вы вовремя спохватились! Если бы действительно подумали о своей семье: им-то каково! Ведь я уверена, что были иные способы помочь своей матери и сестре! И на самом-то деле Вы добрый и отзывчивый человек!

Вот Вы упоминаете о своем жутком сне про лошадь. Ведь жалость к этому бедному животному — это и есть Ваша настоящая сущность! Будь Вы черствым человеком, никогда бы Вам это не приснилось! И совесть бы Вас так потом не мучила! Ведь запись Ваша, сделанная после убийства, просто… Невозможно ее читать без содрогания!

«Что-то на меня нашло, и вдруг ночью принялся молиться… Видно, нужно смириться с тем, что я обычный человек, не лучше всех остальных… Старуха была только болезнь… я переступить поскорее хотел… я не человека убил, я принцип убил! Принцип-то я убил, а переступить-то не переступил, на этой стороне остался…

Того же дня, позже. Нервы расстроены до предела… А вдруг меня найдут? Вычислят? Поймут, на лице прочитают содеянное? Сегодня произошел странный (или страшный?) случай. Меня искал один мещанин, спрашивал обо мне у дворника. Он назвал меня „убивцем“…

Кто этот вышедший из-под земли человек? Он видел все, это несомненно. Почему он только теперь выходит из-под полу? Да, господи, муха летала, она видела! Разве этак можно?»

Вы ведь хотели доказать себе, что вы не «тварь дрожащая», что «право имеете». А что вышло? Ведь нельзя же через натуру свою, свою суть переступить! Ведь на какие муки Вы себя обрекли! Невыносимо, как пытаюсь себе представить Ваше состояние!

Ах. Родион Романович, как бы мне хотелось с Вами познакомиться! Как было бы здорово, если бы Вы ответили на мое письмо! Но смею ли я надеяться? Мне так важно с Вами поговорить! У меня столько мыслей разных в голове крутится. И могу ими поделиться я только с Вами.

Письмо Родиону Раскольникову (Школьные сочинения)

«Здравствуй, Родион! Пишет тебе Сергей Матяскин из двадцать первого века. В этом письме я бы хотел изложить тебе свои мысли по поводу твоей теории, а также позиции в жизни.

Начну с твоего разделения людей на «право имеющих» и «тварей дрожащих». Я считаю его не совсем корректным. Человек по своей природе не может быть только плохим или же абсолютно хорошим. Всё ведь зависит от него самого, он сам решает каким ему стать, право выбора у человека есть на протяжении всей жизни. И всегда есть возможность стать лучше, добрее, решиться на какой-нибудь отчаянный поступок во благо другим. Никому нельзя лишать других этого шанса, пускай даже и под предлогом общего счастья, даже самых жестоких, злых. Ведь, если подумать, то они уже наказаны не имея возможности быть счастливыми.

Однако, только критиковать тебя я не могу.

В твоей теории ведь существует весьма интересная мысль, мол, с обстоятельствами надо бороться, а не повиноваться воле случая, которая в свою очередь будет требовать возможно даже каких-то жертв. Здесь я безусловно соглашаюсь с твоим мнением, что нужно «действовать, жить и любить». Вот только действовать нужно, не теми способами, которые использовал ты. Родион, ты же умный, любящий человек, ты с легкостью сможете найти выход из любой ситуации, нужно просто смотреть шире, не обращая внимания на обстоятельства, которые навязала тебе судьба.

А как же великие правители, такие как Наполеон? Знаю, ты восхищаешься ими, однако нужно ли было тебе величие, добытое ценой жизни другого человека? Можно стать великим и без всего этого, приложив максимум возможных усилий.

В завершении сего письма хочу сказать, Родион, мне жаль, что ты пошёл на убийство из-за корысти, но несмотря на это, я прекрасно понимаю, что ты делал это не только для себя. И всё-таки я рад, что ты раскаялся и осознал вину. Ты через многое прошёл, но несмотря на это, у тебя ещё есть та самая возможность! У тебя всё получится, главное верь в себя и не сдавайся! С наилучшими пожеланиями, Сергей Матяскин.»

Эффективная подготовка к ЕГЭ (все предметы) — начать подготовку