Неосновательное обогащение это убытки

Неосновательное обогащение и убытки

НЕОСНОВАТЕЛЬНОЕ ОБОГАЩЕНИЕ И УБЫТКИ

Убытки и неосновательное обогащение имеют характерные признаки, позволяющие отличать данные различные правовые явления друг от друга. По мнению юрисконсульта ООО «Проф-Инжиниринг» (г. Краснодар) Д. В. Добрачева, убытки, о которых речь идет речь в главе 60 ГК РФ — своего рода ответственность за то, что приобретатель не возвратил полученное немедленно после того, как узнал о неосновательности своего обогащения. Регулируется эта ответственность специальными нормами главы 60 ГК РФ.

Согласно пункту 1 ст. 1104 Гражданского кодекса РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре в случаях, когда неосновательное обогащение имеет материальную форму и сохранилось у приобретателя (см. Постановление ФАС Московского округа от 3 июня 2004 г. по делу N КГ-А40/4214-04). В соответствии с пунктом 1 ст. 1105 ГК РФ при невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения. По смыслу названной нормы размер возмещения определяется действительной стоимостью имущества на момент его приобретения в случае немедленного (после осведомленности о факте неосновательного обогащения) возмещения стоимости неосновательно приобретенного имущества. Если же приобретатель немедленно после того, как узнает о неосновательности своего обогащения, не возместит его стоимость потерпевшему, он берет на себя риск последующего изменения стоимости имущества, так как будет обязан возместить потерпевшему убытки, которые он понесет в связи с изменением цены имущества. Причем в законодательстве говорится о «последующих изменениях стоимости». Думаю, что речь идет о любых происшедших после момента приобретения имущества изменениях, в том числе вызванных инфляцией (ст. 1104 ГК РФ). Постановлением от 2 июля 2008 г. N КГ-А40/4323-08 по делу N А40-61653/06-28-257 ФАС Московского округа удовлетворил требования истца о взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения в виде рыночной стоимости утраченного имущества, сославшись на пункт 1 ст. 1105 ГК РФ. Суд отметил: рыночная стоимость утраченного имущества на дату его приобретения ответчиком не может превышать сумму, за которую это имущество было приобретено истцом. В Постановлении ФАС Северо-Западного округа от 29 марта 2005 г. по делу N А05-7027/04-3 указано: если приобретатель неосновательно приобретенного имущества не возместил его стоимость потерпевшему немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения, он должен возместить также убытки, вызванные последующим изменением стоимости данного имущества. Данный вид убытков подлежит взысканию в случае, когда приобретатель, зная о неосновательности своего обогащения, т. е. действуя недобросовестно, немедленно не возместил его стоимость. Признавая требования обоснованными, суд исходил из того, что неисполнение приобретателем обязанности по немедленному возврату неосновательно приобретенного имущества является основанием для возмещения потерпевшему потерь, вызванных последующим изменением стоимости данного имущества. Удорожание выбывшего из владения потерпевшего имущества свидетельствует о понесенных им потерях. Требование о взыскании убытков, вызванных удорожанием имущества, не тождественно иску о взыскании первоначального неосновательного обогащения: оно имеет самостоятельное правовое основание — удорожание стоимости неосновательно приобретенного имущества и предмет — возмещение убытков (см. Постановления ФАС Северо-Западного округа от 21 октября 2003 г. по делу N А13-7158/02-20, Президиума ВАС РФ от 10 января 2001 г. N 7309/99 по делу N А41-К1-5377/98). Возникает вопрос: за какой период определять размер последующего удорожания стоимости имущества? В Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 23 октября 2009 г. по делу N А15-68/2009 рассмотрена ситуация, когда суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции об отказе в иске о взыскании неосновательного обогащения и убытков, указал, что положения статьи 1105 ГК РФ об обязанности приобретателя возместить убытки, вызванные последующим изменением стоимости неосновательно приобретенного имущества, подлежат применению в данном деле, поскольку решение суда первой инстанции ответчиком не исполнено, а стоимость имущества вновь увеличилась. Кассационная инстанция, отменяя постановление апелляционной инстанции, указала: право на возмещение убытков, предоставленное потерпевшему указанной нормой, реализовано истцом при обращении в суд и прекратилось с принятием решения, имеющего преюдициальное значение по рассматриваемому делу, трансформировавшись в право взыскателя на принудительное исполнение судебного акта, регламентируемое процессуальным законодательством и законодательством об исполнительном производстве. Обязанность приобретателя по возмещению стоимости неосновательно приобретенного имущества с вынесением судебного акта о взыскании стоимости имущества и убытков, вызванных последующим изменением его стоимости, также прекратилась, поскольку возникла обязанность исполнить вступивший в законную силу судебный акт. Согласно пункту 2 ст. 1104 ГК РФ приобретатель отвечает перед потерпевшим за всякие, в том числе случайные, недостачу или ухудшение неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, происшедшие после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность. Недобросовестный приобретатель отвечает за всякую (и случайную) гибель вещи. Если владелец добросовестный, на него риск не переходит. Поэтому при случайной гибели вещи он не обязан компенсировать ее стоимость. Ответственность за невозврат неосновательно приобретенного имущества (п. 2 ст. 1104 ГК РФ) применяется с момента наступления факта его осведомленности о препятствиях к совершению сделки. Вопрос о природе ответственности, предусмотренной пунктом 2 ст. 1104, пунктом 1 ст. 1105 ГК РФ, решается в литературе неоднозначно. Ю. Толстой считает природу убытков, о которых речь идет в указанной выше норме, как, впрочем, и ответственности по пункту 2 ст. 1104, деликтной . ——————————— Толстой Ю. К. Проблема соотношения требований о защите гражданских прав // Правоведение. 1999. N 2. С. 139.

Н. Агафонова рассматривает норму указанного пункта как частный случай, когда кондикционное обязательство предстает не в качестве меры защиты, а в качестве меры ответственности . ——————————— Гражданское право. Часть вторая / Под ред. А. Г. Калпина. М., 1999. С. 536.

Д. Тузов полагает, что по своей природе ответственность по пункту 2 ст. 1104 не является ни договорной, ни деликтной, а представляет собой особый вид внедоговорной ответственности — ответственность недобросовестного получателя, известную институтам виндикации и кондикции . ——————————— Тузов Д. О. Реституция в гражданском праве: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Томск, 1999. С. 17 — 18.

По мнению М. Телюкиной, компенсация потерь кредитора в стоимости имущества может быть расценена как особая мера ответственности приобретателя, не исполнившего (немедленно и добровольно) свою обязанность в кондикционном обязательстве . ——————————— Телюкина М. В. Кондикционные обязательства (теория и практика неосновательного обогащения) // Законодательство. 2002. N 3.

Думается, убытки, о которых речь идет в пункте 1 ст. 1105, как, впрочем, и ответственность, предусмотренная пунктом 2 ст. 1104 ГК РФ, непосредственно неосновательным обогащением по смыслу пункта 1 ст. 1102 («неосновательно приобретенное или сбереженное имущество») не выступает. На мой взгляд, это своего рода ответственность за то, что приобретатель не возвратил полученное немедленно после того, как узнал о неосновательности своего обогащения. Но регулируется данная ответственность специальными нормами главы 60 ГК РФ «Обязательства вследствие неосновательного обогащения». Для практики важно разграничение обязательств из неосновательного обогащения и деликтных обязательств. О. Иоффе считал, что кондикционные и деликтные обязательства должны разграничиваться по принципу наличия вины, которая обязательна для квалификации обязательства как деликтного . ——————————— Иоффе О. С. Обязательственное право. М., 1975. С. 866 — 868.

Ю. Толстой полагает: разграничение деликта и кондикции следует проводить по критерию образования на стороне правонарушителя имущественной выгоды (так, при уничтожении имущества потерпевшего мы имеем дело с деликтом, а при похищении его возникают и деликт и неосновательное обогащение) . ——————————— Толстой Ю. К. Обязательства из неосновательного приобретения или сбережения имущества (юридическая природа и сфера действия) // Вестник ЛГУ. 1973. N 5. С. 139 — 140.

В. Рясенцев предлагал использовать в качестве критерия наличие в действиях обогатившегося правонарушения, без чего невозможен деликт . ——————————— Рясенцев В. А. Обязательства из так называемого неосновательного обогащения в советском гражданском праве // Ученые записки МГУ. Труды юридического факультета. 1949. Вып. 144. Кн. 3. С. 91.

Ю. Бозиева указывает: если умаление имущественного блага осуществлено в форме похищения, иного неосновательного присвоения имущества правонарушителем, то в результате этого правонарушитель причиняет потерпевшему убытки и одновременно неосновательно обогащается. Обогащение «правонарушителя» за счет другого лица (потерпевшего) путем умаления имущественного блага последнего в форме причинения убытков — это пограничный случай для институтов, регламентирующих обязательства из причинения вреда и обязательства из неосновательного обогащения . ——————————— Бозиева Ю. Г. Кондикционные обязательства в системе гражданско-правовых обязательств: Дис. . канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. С. 16 — 17.

Попытка разграничения требований из неосновательного обогащения и требований из причинения вреда была отражена в актах ВАС РФ. Согласно пункту 2 Обзора практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 11 января 2000 г. N 49) требование из неосновательного обогащения может быть заявлено и в случае причинения вреда. То есть если в результате причинения внедоговорного вреда правонарушитель за счет потерпевшего приобрел какое-либо имущество либо неправомерно сберег свое, речь должна идти наряду с деликтным обязательством о возникновении обязательства из неосновательного обогащения. Таким образом, обязательство по возмещению убытков может появиться как наряду с обязательством из неосновательного обогащения, так и иметь самостоятельное значение. При этом возникают следующие вопросы. 1. Каков предмет доказывания по требованию о взыскании денежного долга в форме неосновательного обогащения и убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества? В Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 20 мая 2010 г. по делу N А31-6503/2009 указано: для возникновения обязательства из неосновательного обогащения истец должен доказать совокупность следующих обстоятельств: — возрастание или сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя; — убытки на стороне потерпевшего; — убытки потерпевшего как источники обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего); — отсутствие надлежащего правового основания для наступления указанных имущественных последствий. В Постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 11 декабря 2008 г. N А19-4891/08-47-Ф02-6189/08 по делу N А19-4891/08-47 отмечено, что «истец по требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение, должен доказать: — факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца; — отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; — размер неосновательного обогащения. Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (п. 2 ст. 1105 ГК РФ). При этом по аналогии закона может быть использовано правило пункта 3 ст. 424 Кодекса о применении цены, которая при сравнимых обстоятельствах взимается за аналогичные товары, работы, услуги. В Постановлении ФАС Центрального округа от 16 августа 2010 г. по делу N А14-428/2010/22/5 сказано: суд первой инстанции, установив факт невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное, руководствуясь пунктом 1 ст. 1105 ГК РФ, правомерно обязал ответчика возместить истцу действительную стоимость ангара, определенную исходя из потребительской ценности имущества для приобретателя по правилам пункта 3 ст. 424 ГК РФ, поскольку истец не представил доказательства, свидетельствующие об ином размере действительной стоимости спорного ангара. Постановлением ФАС Восточно-Сибирского округа от 19 февраля 2008 г. N А74-748/07-Ф02-323/08 по делу N А74-748/07 предмет доказывания определен арбитражным судом в соответствии с частью 2 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом положений статей 209, 214, 294, 299, 1102, 1105 ГК РФ: установление факта приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца, отсутствие правовых оснований для получения имущества ответчиком, невозможность возвратить приобретенное в натуре, размер неосновательного обогащения, а также наличие убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества. 2. Применяется ли к требованиям о взыскании таких убытков общий срок исковой давности? ФАС Волго-Вятского округа в «Обобщении практики рассмотрения споров, связанных с неосновательным обогащением» указал: заявленное истцом требование о возмещении убытков, связанных с последующим изменением стоимости нефти, удовлетворено быть не может, так как заявитель обратился с иском почти через три года с момента составления акта передачи нефти и не доказал суду, что им принимались меры, направленные к предотвращению этих убытков или уменьшению их размера. 3. Как упущенная выгода применяется к категории убытков по статье 1105 ГК РФ? Согласно Постановлению ФАС Западно-Сибирского округа от 25 октября 2007 г. N Ф04-8079/2006(37879-А75-13), Ф04-8079/2006(39596-А75-13) по делу N А75-2209/2007 суд не принял во внимание расчет истца, в котором стоимость здания оценивалась с учетом ставки рефинансирования, так как этот показатель не может быть применен при определении стоимости недвижимого имущества. Отказывая во взыскании убытков в виде неполученных доходов, суд сослался на их недоказанность, поскольку в деле отсутствовали данные о размере затрат на содержание здания и коммунальных услуг за указанный период, сведения о стоимости аналогичного здания. 4. Необходимо ли доказывать помимо факта изменения стоимости имущества основные элементы убытков: противоправность, причинную связь, вред и т. д.? В Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 7 июня 2000 г. N Ф08-1273/2000 по делу N А32-14635/99-19/431 указано: в части возмещения убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества, необходимо доказать разницу между стоимостью имущества на момент приобретения и стоимостью имущества на момент рассмотрения дела судом. В Постановлении ФАС Московского округа от 26 января 2005 г. N КГ-А40/12920-04 говорится: из смысла пункта 1 ст. 1105 ГК РФ следует, что возмещению подлежат убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, а не разница в цене на продукцию, вызванная последующим изменением ее стоимости. Истцом не доказано, что из-за несвоевременной оплаты ответчиком стоимости неосновательно полученного товара ему пришлось приобрести или будет приобретен такой же товар по возросшей стоимости, что причинит определенные убытки. Итак, взыскание убытков, вызванных последующим изменением стоимости неосновательно приобретенного имущества, представляет собой ответственность должника. Для взыскания убытков требуется наличие состава ответственности — противоправность, вред, причинная связь и т. д. Необходимо также доказать специальные условия ответственности — разницу между стоимостью имущества на момент обращения взыскания и действительную стоимость на момент приобретения имущества, то есть последующее изменение стоимости неосновательно приобретенного имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения. При отсутствии неосновательно приобретенного имущества невозможно взыскание убытков, вызванных удорожанием, последующим изменением стоимости неосновательно приобретенного имущества.

Бозиева Ю. Г. Кондикционные обязательства в системе гражданско-правовых обязательств: Дис. . канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. Гражданское право. Часть вторая / Под ред. А. Г. Калпина. М., 1999. Иоффе О. С. Обязательственное право. М., 1975. Рясенцев В. А. Обязательства из так называемого неосновательного обогащения в советском гражданском праве // Ученые записки МГУ. Труды юридического факультета. Вып. 144. Кн. 3. М., 1949. Телюкина М. В. Кондикционные обязательства (теория и практика неосновательного обогащения) // Законодательство. 2002. N 3. Толстой Ю. К. Обязательства из неосновательного приобретения или сбережения имущества (юридическая природа и сфера действия) // Вестник ЛГУ. 1973. N 5. Толстой Ю. К. Проблема соотношения требований о защите гражданских прав // Правоведение. 1999. N 2. Тузов Д. О. Реституция в гражданском праве: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Томск, 1999.

Неосновательное обогащение это убытки

Ptizzza Пишет:
——————————————————-
> судебная практика говорит:
> В случае, если у лица, требующего возврата
> неосновательного обогащения, отсутствуют
> имущественные потери или у ответчика по такому
> иску нет имущественных выгод
, такое требование
> удовлетворению не подлежит (N Ф08-2090/2006).
> как вообще доказываются эти имущественные потери и
> имущественные выгоды?
> предположим, если исполнитель при оказании услуг
> никаких расходов не нес, и дополнительный объем
> услуг, полученный заказчиком абсолютно не затратен
> ни в плане налогов, ни в плане каких-то
> коммунальных платежей, ни в плане упущенной
> выгоды?
> с арендой пример может быть не очень уместен.

в вашем случае выгода как раз есть; ответчик пользуется сверх того, что ему предоставлено по договору

Роман — а с чего вы такой вывод сделали?
вопрос не в этом, вопрос в том, как платить и по какой цене.
Пока что Вы ни одной ссылки на НПА не привели.

iustus — тоже считаете, что НО? что-то у меня с этим «сбережением» голова кругом идет. Договор-то был. sm16:

Ptizzza Пишет:
——————————————————-
> Роман — а с чего вы такой вывод сделали?
> вопрос не в этом, вопрос в том, как платить и по
> какой цене.
> Пока что Вы ни одной ссылки на НПА не привели.
>
> iustus — тоже считаете, что НО? что-то у меня с
> этим «сбережением» голова кругом идет. Договор-то
> был. sm16:

договор был на 5. На остальные 5 договора не было. И вообще непонятно, что у вас за договор. Опишите ситуацию подробнее и достоверено. А именно: пароли, явки, имена, номера телефонов, адреса, фото 🙂

Роман — какой вы злой, это что-то)))
опять же, я не спрашивала — взыщут или не взыщут, смотрите сабж.
и по моему, я сказала — вопрос не в этом, вопрос в том, как платить и по какой цене.
iustus — губа не дура :friends: я вроде написала, что вам не понятно? колокейшн))

Тема эта?
ситуация — заключен договор об оказании услуг. Исполнялся, оплачивался в соответствии с условиями, в наличии акты об оказанных услугах, счета и тд. Во время срока действия исполнитель проводит инвентаризацию и обнаруживает, что заказчик пользуется не заявленным объемом, а большим (услуги достаточно специфичные, по аналогии — если, например, арендуется площадь в 5 кв. м, а по факту используется 10). Исполнитель предъявляет претензии в виде возмещения неосновательного обогащения в сумме оплаты услуг по тарифам, по факту ссылается на ст. 15 ГК РФ.
Будет ли тут НО или при наличии договора можно говорить только об ущербе?

Или эта?
вопрос не в этом, вопрос в том, как платить и по какой цене.

тема эта:
Будет ли тут НО или при наличии договора можно говорить только об ущербе?
вопрос — как платить и по какой цене напрямую относится к квалификации предмета требований, или Вы и об этом хотите поспорить?

все остальное — в ее развитие.
извините, но общение на тематическом форуме в стиле «сам дурак» не очень этично
особенно, когда нужен реальный совет

Неосновательное обогащение это убытки

Ситуация — договор подряда на ремонтные работы, подрядчик взял аванс к работам не приступил, заказчик отказался от исполнения договора и потребовал возврата аванса.

Пока подготовил иск о взыскании убытков.

Как вы считаете в данном случае будут убытки или неосновательное обогащение?

Аванс взяли работу не сделали, аванс не вернули.. вот и убытки . Претензию подрядчику направляли, новый срок выполнения работ назначали, сейчас повторной претензией отказались от исполнения договора. вот в суд подаем за возвратом 50% аванса. А работы другой подрядчик сделает.
Просто по практике из СПС вроде как возможны оба варианта.. но я склоняюсь к убыткам.

Руководствуюсь в основном :
ст. 715 Гражданского кодекса РФ:
«2. Если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.
3. Если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.»

Статья 717. Отказ заказчика от исполнения договора подряда
Если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

вы просите вернуть деньги, уплаченные по договору. это не убытки, это не неосновательное обогащение. это цена договора (часть ее).

Спасибо! такой вариант тоже находил:

Вывод из судебной практики: При отказе заказчика от договора сумма неосвоенного аванса может быть взыскана без квалификации ее в качестве неосновательного обогащения или убытков.

Примечание: В ряде случаев суды взыскивают с подрядчика неосвоенную сумму аванса без какой-либо мотивировки или выносят решение о взыскании неосвоенной суммы аванса, указывая при этом на то, что определение правовой природы взыскиваемых денежных средств в данном случае не имеет значения.

Тогда буду основывать свой иск на 715, 717 ГК отказ от договора подряда. а ст. 393 ГК (убытки) из обоснований уберу.. в крайнем случае если судья поправит предмет иска сменю.

Возврат предоплаты: контрагент получил деньги, но не исполнил встречные обязательства
Если продавец, который получил предоплату, не передает товар в установленный срок, покупатель может потребовать передачи товара или возврата предоплаты (п. 3 ст. 487 ГК РФ). Но на предоплату нельзя начислять проценты по статье 395 ГК РФ, если товар или работа вам необходимы и вы хотите продолжать договорные отношения.

Если договор расторгнут и предоплата возвращается, то проценты по статье 395 ГК РФ будут начисляться с момента получения возвращаемой суммы (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.14 № 35).

Начислить проценты можно только в случае расторжения договора. Если покупателю еще нужен товар и прекращать договорные отношения он не собирается, значит, он не нуждается в возвращении предоплаты. В этом случае нет неправомерного удержания предоплаты со стороны продавца, поэтому требовать нужно только исполнения в натуре и неустойку за просрочку поставки (постановление Президиума ВАС РФ от 28.05.13 по делу № А40-46140/12-112-426).

Если контрагент получил предоплату, но не исполняет встречные обязательства, полученные суммы будут рассматриваться как неосновательное обогащение. Это относится как к договорам, которые признаны недействительными (постановление Президиума ВАС РФ от 17.04.02 по делу № А76-5254/2001-7-276, апелляционное определение ВС Республики Марий Эл от 15.03.16 по делу № 33–428/2016), так и к действительным договорам, которые не были расторгнуты (п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров…»).

Убытки и неосновательное обогащение в налоговой сфере (по материалам судебной практики)

Убытки и неосновательное обогащение объективно имеют место в налоговом праве, однако должным образом не регулируются в НК РФ. Сами институты «убытки» и «неосновательное обогащение» являются гражданско-правовыми. При этом ст. 2 ГК РФ запрещает применение гражданского закона к налоговым отношениям по аналогии. В статье исследуются положения НК РФ и материалы судебной практики по вопросу взыскания убытков и неосновательного обогащения в налоговой сфере. Сделан вывод, что пробелы в регулировании убытков и неосновательного обогащения, существующие в НК РФ, затрудняют вынесение справедливых решений по налоговым спорам. Но при этом разрешать применение гражданского закона в налоговых спорах по аналогии нецелесообразно. Предлагается восполнять пробелы в НК РФ путем законотворчества. Разработан проект новой статьи НК РФ, которая позволяет применять институт убытков и неосновательного обогащения к налоговым отношениям при необоснованном возврате налога из бюджета.

Имущественные отношения в налоговом праве

Налоговые отношения имеют властную и имущественную составляющую, причем имущественная их сторона в последнее время привлекает все больше внимания. Имущественная составляющая налоговых отношений заключается в том, что их объектом выступает имущественное благо в форме налога, по поводу присвоения которого у государства существует интерес и на уплате которого старается сэкономить налогоплательщик.

Конфликтность этих отношений, их юридическая централизация и наличие в них публичного интереса требуют регулирования имущественных отношений в налоговом праве с учетом особенностей публично-правового режима.

Тем не менее налоговое право, которое образовалось относительно недавно (в конце XIX века), на данный момент еще не в состоянии самостоятельно урегулировать все имущественные отношения в налоговой сфере. В связи с этим некоторые аспекты имущественных отношений налоговое право регулирует с заимствованием гражданско-правовых институтов, ибо гражданское право имеет развитый инструментарий регулирования имущественных отношений.

Заимствование производится путем включения в текст НК РФ отсылок к гражданскому законодательству или трансформированных гражданско-правовых норм. Первый способ иллюстрирует правовое регулирование залога и поручительства в налоговых отношениях (ст. ст. 73, 74 НК РФ), второй — регулирование банковской гарантии (ст. 74.1 НК РФ).

В отдельных случаях налоговый законодатель на основе гражданско-правовых институтов разрабатывает собственные правовые конструкции для регулирования имущественных отношений, примером чего служат пеня (ст. 75 НК РФ), отсрочка и рассрочка уплаты налога (ст. 61 НК РФ), зачет и возврат налогов (ст. ст. 78, 79 НК РФ).

Юридико-технические способы использования налоговым правом гражданско-правовых конструкций и сопутствующие этому правовые проблемы претендуют на самостоятельное исследование. Интересно, что проблематика использования частноправовых институтов в налоговом праве интересует ученых не только в России, но и за рубежом.

Как бы то ни было, использование гражданско-правовых конструкций облегчает работу налогового законодателя. Однако, даже несмотря на возможность заимствования, еще не все имущественные отношения должным образом урегулированы в НК РФ.
Судебная практика по налоговым спорам вскрыла серьезные пробелы в регулировании убытков и неосновательного обогащения в налоговой сфере.

Убытки в налоговой сфере

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (ч. 2 ст. 15 ГК РФ).

В налоговой сфере могут возникать убытки двух видов:

  1. убытки частных субъектов налогового права (налогоплательщиков, плательщиков сборов, налоговых агентов) в результате неправомерных действий налоговых органов, например незаконного взыскания налога или незаконного наложения ареста на счет;
  2. убытки государства в результате необоснованного выбытия имущества из казны в рамках налоговых отношений.

Налоговое законодательство регулирует только первый вид убытков. В статьях 35 и 103 НК РФ указано, что такие убытки возмещаются по правилам гражданского законодательства.

Второй вид убытков, как показывает практика, также имеет место в налоговой сфере, однако НК РФ не содержит правил для разрешения соответствующих споров.

Рассмотрим дело, по которому вынесено Постановление Президиума ВАС РФ от 19 января 2010 г. N 11747/09. Оно до сих пор не потеряло своей актуальности, поскольку ситуация в законодательстве не изменилась, а подобный спор может возникнуть вновь.

Суть дела заключалась в том, что в результате неправомерных действий банка возврат из бюджета суммы НДС был произведен дважды, в результате чего государство понесло имущественные потери и Суд квалифицировал их в качестве убытков.

При первом возврате деньги были зачислены банком на счет, не принадлежащий налогоплательщику, и сняты со счета неустановленными лицами. Налогоплательщик, не получив денежных средств, через суд обязал налоговую инспекцию перечислить ему сумму налога, что привело к дополнительным расходам государства.

Высший Арбитражный Суд указал, что расходы государства, превышающие установленный налоговым законодательством размер, не регулируются налоговым законодательством и являются убытками Российской Федерации, а соответствующий спор является гражданско-правовым и в деле должны применяться нормы ст. ст. 15 и 1069 ГК РФ.

По нашему мнению, решение о взыскании убытков в пользу Российской Федерации является справедливым, однако в плоскости правового обоснования решения существуют проблемы.

По своей правовой природе рассмотренный спор является финансово-правовым, т.к. государство понесло имущественные потери в рамках отношений по возврату налога. Отношения при возврате налога между государством и банком имеют финансово-правовую природу, поскольку являются властными. Государство выступает здесь не просто собственником, но и властным субъектом, управляющим фондом финансовых ресурсов, властно решающим вопросы о возврате или невозврате налога, а при нарушении порядка этого возврата — имеющим интерес по восстановлению целостности публичного денежного фонда (публичный интерес) и стремящимся защитить этот фонд от незаконных имущественных изъятий. Банк в этих отношениях исполняет волю государства.

Можно провести аналогию с отношениями по уплате налога, которые, по сути, являются симметричными и отличаются лишь направлением движения денежных средств. В этих отношениях доминирует финансово-правовая составляющая, о чем свидетельствует, например, установление в ст. 133 НК РФ налоговой ответственности банка за неисполнение обязанности по перечислению налога в бюджет.

Отсутствие в НК РФ должного регулирования отношений по возврату налога и по вопросу восполнения имущественных потерь государства вследствие неправомерных действий банка в этих отношениях — не что иное, как пробел в налоговом законодательстве.

Восполнить этот пробел с помощью аналогии налогового закона невозможно ввиду отсутствия в налоговом законодательстве подходящих норм, поэтому в приведенном выше деле для справедливого разрешения спора необходимо было применить гражданско-правовой институт, регулирующий сходные имущественные отношения, и этим институтом выступил институт возмещения убытков.

Тем временем ч. 3 ст. 2 ГК РФ запрещает применять гражданское законодательство к властным отношениям без специального указания закона. Соблюдение этого запрета лишило бы Суд возможности разрешить спор по существу. Чтобы обойти указанный запрет, Суду пришлось рассмотреть данный спор как гражданско-правовой вопреки налогово-правовой природе отношений.

Неосновательное обогащение налогоплательщика при ошибочном возврате налогов из бюджета

Такое явление, как неосновательное обогащение, встречается в налоговой сфере объективно в следующих ситуациях:

  • в механизме косвенного налогообложения;
  • при уклонении от налоговой обязанности;
  • при ошибочном возврате налогов из бюджета.

При этом в налоговом законодательстве ни соответствующий правовой институт, ни даже понятие не используются. Тем не менее разрешить некоторые категории споров, не прибегая к институту неосновательного обогащения, практически невозможно. Рассматривая дела первых двух категорий, суды довольно часто применяют нормы главы 60 ГК РФ о неосновательном обогащении.

Согласно ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ. Применение норм ГК РФ обосновывается гражданско-правовым характером соответствующих отношений (например отношений по уплате НДС покупателем продавцу).

Однако в третьей категории споров — при ошибочном возврате налогов из бюджета — такое обоснование невозможно, ввиду чего нормы ГК РФ суды не применяют, а споры остаются, по сути, неразрешенными.

В качестве примера рассмотрим дело, по которому вынесено Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 30.01.2013.

Налоговый орган перечислил налогоплательщику денежную сумму в качестве возврата НДС, однако предприниматель в тот период не являлся плательщиком НДС и, соответственно, не имел права на применение вычетов. Налоговый орган попытался взыскать ошибочно перечисленную налогоплательщику сумму как неосновательное обогащение налогоплательщика, однако суд указал, что гражданское законодательство неприменимо к ситуации в силу ст. 2 ГК РФ, поскольку «возникшие имущественные отношения основаны на властном подчинении». Суд указал, что эти отношения должны регулироваться налоговым законодательством, но на основании того, что НК РФ подходящих правил не содержит, суд отказал в защите имущественного права государства.

Отношения в данном споре действительно были основаны на власти и подчинении, но это не исключало того объективного факта, что в этих отношениях имело место получение налогоплательщиком неосновательного обогащения за счет казны.

По нашему мнению, приведенное судебное решение является несправедливым. Оно иллюстрирует, с одной стороны, пробельность налогового законодательства, а с другой стороны, пагубность формального подхода при выборе правовых институтов для регулирования имущественных отношений.

Анализ проблемы и пути решения

Два приведенных выше судебных спора хотя и были решены судами по-разному, иллюстрируют одну и ту же правовую проблему — наличие в налоговом законодательстве пробела правового регулирования в вопросе восстановления имущественного положения государства при необоснованном возврате налога из бюджета по вине третьих лиц или по случайности.

В первую очередь возникает вопрос: нужно ли разрешать применение гражданского законодательства по аналогии к налоговым отношениям при наличии пробела в НК РФ?

С одной стороны, в НК РФ невозможно предусмотреть все имущественно-правовые ситуации в налоговой сфере, и в случае возникновения нестандартной ситуации при наличии пробела аналогия гражданского закона позволила бы суду вынести справедливое решение.

С другой стороны, если разрешить применение гражданского законодательства к налоговым отношениям, то в налоговую практику хлынет поток частноправовых конструкций, что может затруднить реализацию целей налогово-правового регулирования. К тому же границы самого гражданского права окажутся размытыми. Нецелесообразно регулировать все имущественные отношения гражданским правом без учета их отраслевых и экономических особенностей.

Таким образом, не следует разрешать применение гражданского законодательства к налоговым отношениям по аналогии, а необходимо вести работу по восполнению пробелов налогового законодательства. Эффективность этой работы может быть повышена с помощью метода отсылок.

Пробел в налоговом законодательстве по вопросу необоснованного возврата налога из бюджета должен быть восполнен. Эта задача решается путем заимствования в НК РФ гражданско-правовых институтов неосновательного обогащения и возмещения убытков.

Институт неосновательного обогащения должен использоваться для восстановления имущественного положения при излишнем возврате налогов по случайности или по ошибке налогового органа, а институт возмещения убытков — при наличии вины частных субъектов налогового права.

Причина использования двух гражданско-правовых институтов и разделения их сфер применения заключается в самом содержании соответствующих институтов: убытки возникают при нарушении права (что буквально следует из ч. 2 ст. 15 ГК РФ), а неосновательное обогащение — просто при получении имущества без правовых на то оснований (ст. 1102 ГК РФ).

Предлагается дополнить Налоговый кодекс статьей 79.1 следующего содержания:

«Статья 79.1. Превышающий необходимую сумму возврат сумм налога, сбора, пеней и штрафа из бюджета

  1. Если налогоплательщику был произведен возврат налога из бюджета в размере, превышающем необходимую сумму, и данное событие не является последствием его неправомерных действий, то перечисленная денежная сумма в части превышения над подлежащей возврату суммой налога рассматривается в качестве неосновательного обогащения налогоплательщика и подлежит возврату в бюджет по соответствующим правилам гражданского законодательства.
  2. Если в результате неправомерных действий налогоплательщика, налогового агента или банка был произведен возврат налога из бюджета в размере, превышающем необходимую сумму, то в части такого превышения сумма налога рассматривается в качестве убытков казны и подлежит возврату в бюджет по соответствующим правилам гражданского законодательства».

Но восполнение пробелов путем правотворчества — это процесс длительный, и на текущем этапе необходимо разработать рекомендации судам по разрешению пробельных имущественных споров в налоговой сфере.

Как уже указывалось, применять к налоговым отношениям гражданское законодательство по аналогии недопустимо в силу запрета ч. 3 ст. 2 ГК РФ. Но в данной норме запрещается именно аналогия закона, а другой вид аналогии — аналогия права — всегда остается в распоряжении суда. Аналогия права применяется при невозможности использования аналогии закона и подразумевает определение прав и обязанностей участников налоговых отношений исходя из общих начал и смысла законодательства.

В приведенном выше споре об излишнем возврате налога по ошибке налогового органа суд вполне мог бы обязать налогоплательщика вернуть неосновательно полученную сумму в бюджет, опираясь на общеправовые принципы и ст. 8 Конституции РФ о равной защите всех форм собственности.

Другой вариант — попытаться обосновать частноправовой характер спорных имущественных отношений и применить к ним положения ГК РФ (как было сделано в рассмотренном выше споре о «двойном» возврате налога из бюджета по вине банка, в результате чего были взысканы убытки в пользу Российской Федерации). Но в таком случае рассмотрение спорных отношений как частных будет носить фиктивный характер.

В целом же приходится констатировать, что налоговое законодательство отстает от развития имущественных отношений, поэтому необходим постоянный мониторинг судебной практики и интенсивная законотворческая работа по его результатам.

Смолицкая Е.Е. Убытки и неосновательное обогащение в налоговой сфере (по материалам судебной практики) // Актуальные проблемы российского права. 2015. N 11. С. 125 — 130.