Определение официального документа в ук рф

ПОЗИЦИИ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТНОСИТЕЛЬНО КВАЛИФИКАЦИИ СЛУЖЕБНОГО ПОДЛОГА

Один из вопросов, которому уделено внимание в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», — квалификация служебного подлога (п. 35). Принятию данного Постановления предшествовало обсуждение его проекта на научно-практической конференции «Актуальные вопросы квалификации преступлений коррупционной направленности», состоявшейся в Верховном Суде Российской Федерации 28 марта 2013 г., а также на страницах юридической печати. Пленум Верховного Суда Российской Федерации сформулировал положения по ряду спорных вопросов установления признаков состава служебного подлога. Однако остались вопросы, на которые в Постановлении или нет ответа, или разъяснения недостаточно конкретизированы.

1. Наибольшие проблемы в теории и на практике при установлении признаков состава преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ, вызывает вопрос о предмете служебного подлога. Именно с него Пленум Верховного Суда Российской Федерации и начал свои разъяснения, посвященные квалификации служебного подлога.

Согласно диспозиции ст. 292 УК РФ предметом служебного подлога является официальный документ.

В теории уголовного права под документом обычно понимают носитель информации с реквизитами. Носитель информации чаще всего является бумажным. В то же время современный документооборот все больше становится электронным. Отсюда и необходимость признания документами и электронных носителей информации. К реквизитам документа принято относить источник документа, дату составления, печать (штамп) и т. п. Содержание документа составляет та информация, о которой в нем идет речь. Документ, как правило, имеет определенную форму.

В соответствии с названным Постановлением «предметом преступления, предусмотренного статьей 292 УК РФ, является официальный документ, удостоверяющий факты, влекущие юридические последствия в виде предоставления или лишения прав, возложения или освобождения от обязанностей, изменения объема прав и обязанностей. К таким документам следует относить, в частности, листки временной нетрудоспособности, медицинские книжки, экзаменационные ведомости, зачетные книжки, справки о заработной плате, протоколы комиссий по осуществлению закупок, свидетельства о регистрации автомобиля».

Пленум Верховного Суда Российской Федерации выделяет следующие признаки документа как предмета служебного подлога: 1) официальность документа; 2) удостоверяющее значение документа; 3) факты, которые он удостоверяет, влекут юридические последствия в виде предоставления или лишения прав, возложения или освобождения от обязанностей, изменения объема прав и обязанностей.

Признак официальности документа в Постановлении не определяется. В теории уголовного права он является дискуссионным. Бесспорно отнесение к официальным документов, которые исходят от государственных и муниципальных органов, государственных и муниципальных учреждений, государственных корпораций, Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск и воинских формирований Российской Федерации.

Споры возникают в отношении документов, имеющих иное происхождение, но вместе с тем попадающих в документооборот государственных и муниципальных органов, государственных и муниципальных учреждений, государственных корпораций, Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск и воинских формирований Российской Федерации.

Правильным видится подход, в соответствии с которым официальным признается документ, за которым государство в лице государственных органов или органов местного самоуправления в установленном законом или иным нормативным актом порядке признает юридическое значение.

Если такой документ попадает в документооборот государственных и муниципальных органов и учреждений, то он может быть при наличии иных признаков предметом служебного подлога. Ведь общественная опасность служебного подлога связана прежде всего с тем, что возможно использование «юридической силы» поддельного документа. Такая возможность возникает и в том случае, когда подделываются документы, исходящие от граждан, коммерческих организаций, при их попадании в официальный документооборот.

При обсуждении проекта Постановления предлагалось в определении официального документа указать, что он подпадает под действие системы регистрации, строгой отчетности и контроля за обращением(1). Это предложение представляется оправданным.

Второй признак официального документа, выделяемый Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, — наличие удостоверяющей силы. Не имеют удостоверяющей силы документы информационного характера, в которых могут излагаться факты, но этим документом они не удостоверяются. Информационные документы могут иметь статус официальных, но не признаются предметом служебного подлога.

Президиум Свердловского областного суда отметил, что по смыслу ст. 292 УК РФ предметом служебного подлога являются лишь официальные документы, т. е. такие, которые удостоверяют события или факты, имеющие юридическое значение и влекущие соответствующие юридические последствия, либо предоставляют права, возлагают обязанности или освобождают от них.

Статистические карточки являются формой первичного учета выявленных преступлений и лиц, их совершивших, и служат целям контроля за своевременностью поступления первичной учетной документации, подбора отдельных сведений о преступности, результатах расследования по делу и иных справочных сведений.

Статистические карточки форм 1.1-99, 2-2000 носят информационный характер и как документы первичного учета преступлений применяются только для решения ведомственных задач. Указанные статистические карточки как не устанавливающие каких-либо юридических фактов и не влекущие правовых последствий нельзя признать официальными документами.

По изложенным мотивам выводы суда о признании этих карточек официальными документами и о наличии в действиях С. состава преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ, являются ошибочными(2).

На практике постоянно возникают споры относительно возможности признания предметом служебного подлога отчетов, которые составляются в государственных и муниципальных органах, государственных и муниципальных учреждениях и используются для оценки эффективности их работы, а также при планировании работы и распределении средств на будущее. Ключевым при отнесении этих документов к предмету служебного подлога является именно их удостоверяющая сила. Если отчет обладает таковой, то он может быть предметом служебного подлога (например, бухгалтерский отчет). Если же отчет носит исключительно информационный характер, а удостоверяющее значение имеют документы, на основании которых он составлен, то его нельзя признавать предметом служебного подлога. В то же время следует отметить, что вопрос о наличии удостоверяющей силы документа не всегда очевиден.

Наконец, третий признак — документ удостоверяет факты, которые влекут юридические последствия в виде предоставления прав или их лишения, возложения обязанностей или освобождения от них, изменения объема прав и обязанностей.

Так, Верховный Суд Российской Федерации указал, что постановления о возбуждении и прекращении уголовного дела удостоверяют такие события и факты, которые имеют юридическое значение и влекут юридические последствия, в связи с чем внесение в эти документы заведомо ложных сведений должностными лицами органов внутренних дел из иной личной заинтересованности, выразившейся в желании улучшения показателей раскрываемости преступлений, является служебным

подлогом, ответственность за совершение которого предусмотрена ст. 292 УК РФ(1).

В теории уголовного права вопрос об обязательности этого признака является дискуссионным. В диспозиции ст. 292 УК РФ о нем не упоминается. Тогда как в другом составе, предусмотренном в ст. 327 УК РФ, где предметом также указан официальный документ, данный признак назван. Толкование уголовного закона Пленумом исключает из числа официальных документов, которые могут признаваться предметом служебного подлога, протоколы допросов, протоколы судебного заседания и т. п. Эти документы сами по себе не предоставляют прав и не освобождают от обязанностей, однако они имеют важное юридическое значение. Их исключение из числа предметов служебного подлога вряд ли соответствует закону(2).

Представляется обоснованным смягчить требования, предъявляемые к предмету служебного подлога. Следует привести не жесткий императив о том, что факты, которые удостоверяются документом, вызывают последствия в виде предоставления прав или освобождения от обязанностей, а отметить возможность этих фактов влиять на наступление последствий в виде предоставления прав или освобождения от обязанностей.

2. Второй вопрос по квалификации служебного подлога, на который обращает внимание Пленум Верховного Суда Российской Федерации, — это действия, образующие объективную сторону преступления.

Согласно ст. 292 УК РФ общественно опасное деяние может быть двух видов: 1) внесение в официальный документ заведомо ложных сведений (интеллектуальный подлог); 2) внесение в документ исправлений, искажающих его действительное содержание (физический, или материальный подлог).

В Постановлении выделяется два вида служебного подлога: 1) отражение и (или) заверение заведомо не соответствующих действительности фактов в уже существующих официальных документах (подчистка, дописка и др.); 2) изготовление нового документа, содержащего заведомо ложные сведения, в том числе с использованием бланка соответствующего документа.

Анализ УК РФ и Постановления показывает, что Пленум Верховного Суда Российской Федерации дал разъяснение, отступив от буквы закона. Во-первых, признал наличие служебного подлога и в случае изготовления нового документа, содержащего заведомо ложные сведения. С этим следует согласиться, поскольку непризнание служебным подлогом изготовления поддельного документа что называется «с нуля» противоречит системному смыслу закона. Данное разъяснение хотя и выходит за рамки грамматического толкования закона, но совпадает с системным смыслом уголовно-правовой нормы. Иное толкование привело бы к абсурду.

И во-вторых, Пленум Верховного Суда Российской Федерации посчитал, что служебный подлог будет иметь место не только в случае внесения в документ заведомо ложных сведений, но и когда заверяется документ с заведомо ложными сведениями. Эту рекомендацию также следует считать обоснованной в силу того, что в результате заверения заведомо ложной информации изготавливается поддельный официальный документ. Опять же толкование, данное в Постановлении, выходит за рамки грамматического смысла закона, но совпадает с его системным смыслом.

3. Последний вопрос по квалификации служебного подлога, получивший разъяснение в Постановлении, связан с определением субъекта преступления. Пленум Верховного Суда Российской Федерации, как и в диспозиции ст. 292 УК РФ, говорит о должностных лицах, а также о государственных служащих и служащих органа местного самоуправления, не являющихся должностными лицами. При этом он отмечает не всех должностных лиц, а только тех, которые наделены полномочиями по удостоверению фактов, отражаемых в документе.Данное разъяснение нуждается в уточнении.

Отвечать за служебный подлог могут только те лица, которые в силу служебных полномочий имеют доступ к официальным документам. Должностное лицо, государственный или муниципальный служащий, не являющийся должностным лицом, не имеющие доступа в силу своих полномочий к официальному документу и

внесшие в него изменения, при наличии иных признаков состава могут отвечать по ст. 327 УК РФ. Так, если государственный служащий, не являющийся должностным лицом, проникает в помещение, где хранятся официальные документы и куда у него нет доступа, тайком вносит в официальный документ изменения, то ответственность для него должна наступить, при наличии иных признаков состава, по ст. 327 УК РФ за подделку официального документа. Это первое уточнение.

Второе уточнение состоит в том, что по ст. 292 УК РФ подлежат ответственности не только те должностные лица, в обязанность которым вменено удостоверение фактов, но и иные должностные лица, которые имеют доступ к официальным документам и при этом не наделены полномочиями по удостоверению соответствующих фактов. Например, составляют документ, но не удостоверяют отражаемые в нем факты.

Если согласно распределению полномочий на государственного или муниципального служащего возложена функция по составлению документа (внесению в него соответствующих сведений), а функция удостоверения фактов, содержащихся в документе, возложена на должностное лицо, то служебный подлог может быть совершен и указанными служащими.

Таким образом, субъектом служебного подлога могут быть должностные лица, государственные или муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами, которые наделены полномочиями по работе с официальными документами (заполнение, выдача официальных документов, хранение, контроль за правильностью их заполнения и т. д.).

Последнее, на что следует обратить внимание при определении круга лиц, подлежащих ответственности за служебный подлог, это вопрос о квалификации действий служащих государственных и муниципальных учреждений. По закону они не относятся к государственным и муниципальным служащим. В силу этого если они не наделены полномочиями должностного лица, то и отвечать по ст. 292 УК РФ не могут. По общему правилу не подлежат ответственности за служебный подлог инспектор отдела кадров образовательного учреждения, медицинская сестра лечебного учреждения, поскольку они не наделены полномочиями должностного лица и не являются государственными и муниципальными служащими.

4. Вопрос, который не нашел отражения в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и даже не обсуждался при подготовке его проекта, но который важен для практики, — это оценка подделки официального документа, когда этот документ не включается в официальный документооборот, и более того, его и не предполагается вводить в официальный документооборот.

На кафедре уголовного права СПбГУ в свое время обсуждался запрос, в котором речь шла об одной из таких ситуаций.

Участковый уполномоченный в целях улучшения статистических показателей своей работы незаконно составил протокол об административном правонарушении, которого в реальности не было. Однако на основании этого протокола административное дело не возбуждалось и к административной ответственности никто не привлекался. Свою «юридическую роль» официального документа протокол не сыграл и не мог сыграть, поскольку возбуждение административного дела не планировалось. Он был нужен только в «информационных» целях.

При таких обстоятельствах изготовление поддельного документа не обладает общественной опасностью, которая связана с наличием реальной угрозы вреда порядку управления. Общественная опасность имеет место только в случае, когда предполагается использовать поддельный документ.

Можно провести аналогию с преступлением, предусмотренным в ст. 186 УК РФ. Ответственность за фальшивомонетничество наступает, если имеют место сбыт поддельных денег или их изготовление, хранение либо перевозка в целях сбыта. То есть когда либо имеет место непосредственно ввод подделок в обращение, либо предполагается это сделать.

Представляется, что, оценивая общественную опасность подделки официального документа, следует учитывать данное обстоятельство. Если изготовление поддельного официального документа не сопровождается его последующим вводом в обращение и исключается возможность его использования, то содеянное нельзя квалифицировать как преступление, предусмотренное ст. 292 УК РФ, в силу

малозначительности. Хотя деяние формально и обладает признаками служебного подлога, тем не менее преступлением его признать нельзя по причине отсутствия общественной опасности.

В связи с изложенным представляется целесообразным дополнить рекомендации Пленума Верховного Суда Российской Федерации по квалификации служебного подлога положением о критерии общественной опасности деяния, предусмотренного ст. 292 УК РФ.

Определение Конституционного Суда РФ от 19 мая 2009 г. N 575-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Морозовского Владимира Евгеньевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, ГА.Жилина, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.В. Мельникова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина В.Е. Морозовского, установил:

1. Гражданин В.Е. Морозовский в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривает конституционность части первой статьи 327 УК Российской Федерации, которая устанавливает ответственность за подделку удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования либо сбыта, а равно за изготовление в тех же целях или сбыт поддельных государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР, штампов, печатей, бланков.

Как следует из представленных материалов, 22 марта 2003 года Преображенский районный суд города Москвы удовлетворил исковые требования В.Е. Морозовского о взыскании суммы долга по займу и о наложении ареста на недостроенный коттедж в качестве обеспечительной меры по иску. Поскольку впоследствии коттедж был исключен из описи арестованного имущества в связи с наличием у третьего лица договора подряда на его строительство (достройку), составленного в простой письменной форме, В.Е. Морозовский, считавший, что договор подряда подделан, обратился в УВД Восточного административного округа города Москвы с заявлением о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью первой статьи 327 УК Российской Федерации, однако постановлением от 31 августа 2004 года, признанным законным и обоснованным прокуратурой города Москвы и Генеральной прокуратурой Российской Федерации, в возбуждении дела было отказано из-за отсутствия состава преступления, а также поскольку указанный договор не относится к официальным документам.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 29 июля 2008 года, оставленным без изменения решением Кассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 9 октября 2008 года, в принятии заявления В.Е. Морозовского об оспаривании статьи 327 УК Российской Федерации, как не подлежащего рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, отказано.

По мнению заявителя, часть первая статьи 327 УК Российской Федерации, указывающая в качестве предмета преступления поддельные официальные документы, противоречит статьям 2, 17, 18 и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку содержащаяся в ней неопределенность влечет ее произвольное толкование в правоприменительной практике и допускает отказ в признании документов, форма и содержание которых установлены Гражданским кодексом Российской Федерации, официальными.

2. По смыслу статей 55 (часть 3), 71 (пункт «о») и 76 Конституции Российской Федерации, ответственность за совершение преступлений и сопряженные с ними ограничения прав и свобод человека и гражданина могут быть установлены только федеральным законом.

Предусмотрев в части третьей статьи 327 «Подделка, изготовление или сбыт документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков» УК Российской Федерации уголовную ответственность за использование заведомо подложных документов, федеральный законодатель — исходя из того, что данная норма направлена на обеспечение порядка управления (глава 32 УК Российской Федерации), в том числе в части, касающейся надлежащего оборота документов, а также учитывая их разнообразие, различное предназначение и множество порождаемых ими последствий, — разделил документы на официальные (часть первая данной статьи) и иные. Общим для всех предусмотренных названной статьей составов преступлений выступает то, что документ, предоставляющий те или иные права или освобождающий от обязанностей, является поддельным (квалифицирующий признак), причем, если документ не обладает данным свойством, он не может быть признан предметом преступления.

Тем самым законодатель наделил правоприменителя правом в каждом конкретном случае оценивать свойства документа и признавать его либо предоставляющим права (освобождающим от обязанностей), либо нет и в зависимости от этого привлекать или не привлекать к ответственности за использование документа как подложного. Поэтому само по себе то, что в Уголовном кодексе Российской Федерации не содержится определение понятия «документ», в том числе для целей его статьи 327, не может расцениваться как неопределенность уголовно-правового запрета и основание для произвольного применения данной статьи.

Кроме того, согласно действующему уголовному законодательству применение уголовного закона по аналогии не допускается (часть вторая статьи 3 УК Российской Федерации). В связи с этим не может быть принято во внимание утверждение заявителя о том, что часть первая статьи 327 УК Российской Федерации предполагает использование при ее применении термина «официальный документ» в том значении, которое ему придано в нормах иной отраслевой принадлежности (например, в содержащихся в статье 1259 ГК Российской Федерации определениях применительно к авторским и смежным правам, в статье 5 Федерального закона от 29 декабря 1994 года N 77-ФЗ «Об обязательном экземпляре документов» и др.).

Таким образом, сложившаяся правоприменительная практика наступление ответственности за подделку официальных документов связывает не с формой, а с содержанием соответствующего документа, а именно с тем, что документ предоставляет права или освобождает от обязанностей, т.е. с установлением юридически значимых фактов, имеющих непосредственное отношение к обстоятельствам конкретного дела. Следовательно, часть первая статьи 327 УК Российской Федерации не предполагает возможность необоснованного отказа в возбуждении уголовного дела либо произвольного привлечения к уголовной ответственности за совершение предусмотренного ею преступления.

Проверка же законности и обоснованности правоприменительных решений по делу заявителя, в том числе с точки зрения наличия оснований для отказа в возбуждении уголовного дела в связи с исключением недостроенного коттеджа из списка арестованного имущества, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, равно как и поставленный заявителем вопрос о необходимости изменения степени формализации признаков того или иного преступления, а также о дополнении оспариваемой нормы определением понятия «официальный документ», — его разрешение требует внесения изменений и дополнений в уголовное законодательство, что не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, а является прерогативой федерального законодателя.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Морозовского Владимира Евгеньевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

ОФИЦИАЛЬНЫЙ ДОКУМЕНТ КАК ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Е. ЛЬВОВА, А. МАКАРОВ

Е. Львова, А. Макаров, адвокаты Московской городской коллегии адвокатов.

Официальные документы являются предметом преступлений, предусмотренных ст. ст. 238, 292, 324, 325, 327 УК РФ. Для правильной квалификации действий по названным статьям необходимо ясно представлять, что же понимается под таким документом. К сожалению, законодательство не дает определения официального документа, применимого для целей уголовного судопроизводства.

Ученые — криминалисты предлагают различные дефиниции. Так, одни полагают, что официальным является документ, за которым государство в установленном законом или иным нормативным актом порядке признает юридическое значение. Он может подтверждать или отрицать событие или факт, относящиеся к прошлому, настоящему или будущему. Официальные документы выдаются государственными или негосударственными органами либо адресуются им. Поэтому официальным является или может стать также засвидетельствованный в нотариальном порядке документ частного (личного) характера: доверенность, расписка, договор. Другие ученые под официальным документом понимают надлежащим образом оформленный материальный носитель информации о наличии либо отсутствии фактов, имеющих юридическое значение. Официальность документа означает, что он имеет все необходимые реквизиты и подписан уполномоченным лицом.

Известны и другие взгляды на рассматриваемое понятие. Неудивительно, что различные суды в одних случаях признают один и тот же документ «официальным», а в других — не считают его таковым.

Следует иметь в виду, что в некоторых законах содержатся определения понятий «документ» и «официальный документ».

Так, в ст. 2 Федерального закона от 20 февраля 1995 г. «Об информации, информатизации и защите информации» под документом понимается зафиксированная на материальном носителе информация с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать.

Статья 8 Закона РФ от 9 июля 1993 г. «Об авторском праве и смежных правах» так очерчивает круг официальных документов: «официальные документы (законы, судебные решения, иные тексты законодательного, административного и судебного характера), а также их официальные переводы».

Согласно ст. 1 Федерального закона от 29 декабря 1994 г. «Об обязательном экземпляре документов» документ — это материальный объект с зафиксированной на нем информацией в виде текста, звукозаписи или изображения, предназначенный для передачи во времени и пространстве в целях хранения и общественного использования, а согласно ст. 5 указанного Закона под официальным документом понимается произведение печати, публикуемое от имени органов законодательной, исполнительной и судебной власти, носящее законодательный, нормативный, директивный или информационный характер.

Однако названные законы определяют понятия «документ» и «официальный документ» применительно к целям указанных законодательных актов, что делает проблематичным их использование при рассмотрении уголовных дел.

На практике встречаются попытки применения вышеприведенных дефиниций по аналогии, что противоречит основам современного цивилизованного уголовного права, а именно — принципу законности, исключающему возможность наступления уголовной ответственности по аналогии (ст. 3 УК). К тому же нормы УК, перечисленные в начале статьи, не являются бланкетными и отсылочными, в связи с чем обращение к иным правовым актам считаем неправомерным.

Итак, сложилась парадоксальная ситуация, когда отсутствует нормативно — правовое закрепление понятия «официальный документ», применимого для отправления уголовного судопроизводства, однако это вовсе не мешает судам выносить обвинительные приговоры по делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 238, 292, 324, 325, 327 УК.

Представляется целесообразным включить в УК (например, в качестве примечания к ст. 324) определение понятия «официальный документ». Ведь ничто не помешало законодателю в примечании к ст. 285 УК дать ряд понятий, в частности, должностных лиц.

Предлагаем сформулировать понятие «официального документа» следующим образом:

«Под официальным документом в статьях настоящей главы и других статьях настоящего Кодекса понимается надлежащим образом оформленный материальный носитель с зафиксированной на нем информацией, исходящей от любых органов и лиц и подтверждающей юридический факт либо исходящей от имени органов, должностных лиц законодательной, исполнительной, судебной власти и местного самоуправления, независимо от ее характера.

Под юридическими фактами понимаются такие фактические обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение, существование, изменение, прекращение прав и обязанностей».

Приведенное определение широко толкует понятие «официального документа», однако такой подход считаем единственно правильным. Если законом с тем или иным фактом связываются правовые последствия, то не имеет значения, на каком материальном носителе закреплена информация об этих обстоятельствах и от каких именно субъектов исходит данный документ (от государственных органов, юридических или частных лиц). Главное — содержание информации и то, что закон придает ей юридическое значение. Например, будет являться подделкой официального документа внесение изменений в компьютерную базу данных ГИБДД, подделка договора от имени физического лица или доверенности на право совершения юридически значимых действий от имени юридического лица и т.д.

Что же касается документов, исходящих от органов и должностных лиц законодательной, исполнительной, судебной власти и местного самоуправления, то они могут и не содержать сведений о юридически значимых фактах. Главная цель уголовно — правовой охраны таких документов — сохранение в обществе абсолютного доверия к документам, исходящим от указанных органов. Например, как нам представляется, следует признать подделкой официального документа неправомерное внесение изменений в информационное письмо органа исполнительной власти, даже если в нем не содержится информации о юридически значимых фактах.

Поскольку процесс внесения изменений в УК может занять длительное время, а существующий пробел отрицательно сказывается на практике рассмотрения судами конкретных уголовных дел, считаем, что его мог бы временно восполнить Верховный Суд РФ, дав соответствующее разъяснение в постановлении Пленума.

ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 29.12.1994 N 77-ФЗ
«ОБ ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ ДОКУМЕНТОВ»
(принят ГД ФС РФ 23.11.1994)

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 20.02.1995 N 24-ФЗ
«ОБ ИНФОРМАЦИИ, ИНФОРМАТИЗАЦИИ И ЗАЩИТЕ ИНФОРМАЦИИ»
(принят ГД ФС РФ 25.01.1995)

«УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 24.05.1996)
Российская юстиция, N 10, 2000

Официальный документ как предмет преступления

Понятие и признаки официального документа

В современном обществе осуществление прав и защита интересов человека, организаций, общества и государства затруднены, а часто невозможны без документального удостоверения юридически значимых фактов и отношений. Важной гарантией нормального осуществления этих прав и интересов становятся нормы об уголовной ответственности за подлог документов. Действующее законодательство предусматривает уголовную ответственность за подделку удостоверений или иных официальных документов, что объясняется, прежде всего, их огромным значением практически во всех сферах жизни общества.

Прямые или косвенные указания на поддельные документы как предмет преступления имеются во многих главах УК РФ: гл.17 (п. «д» ч.2. ст.127 1 ), гл. 19 (ст.140, 142, 142 1 ), гл.22 (ст.170, 185, 185 1 , 186, 187, 195), гл.25 (ст.233, 237), гл.30 (ст.292), гл.31 (ст.303), гл.32 (ст.327 и 327 1 ).

Существует много видов вербальных бумаг, которые учувствуют во взаимоотношениях как между отдельными организациями, так и между организациями и гражданами. Закономерно возникает вопрос: какие из них следует признать объектами подделки как преступного деяния, а какие не обладают для этого достаточной юридической силой? Согласно одному из мнений, провести разграничение между официальными и иными документами на основе различий между субъектами, их издающими, или исходя из содержания документов весьма затруднительно. Однако правильно определить содержание понятий «официальный документ» и «удостоверение» очень важно, так как подделка только этих объектов признается уголовно наказуемым деянием. Об актуальности данной проблемы свидетельствуют статистические данные: в 2009 г. Было зарегистрировано 8605 преступлений, предусмотренных ст.327 УК РФ Сайт МВД. Статистика. [Электронный ресурс]: URL:http:// www.mvd.ru/stats/ 10000148/10000192/ (дата обращения: 7.02.2010)., причем единый судебный подход к рассмотрению подобных дел пока не выработан. Не в последнюю очередь трудности при признании того или иного носителя и информации документом связаны с тем, что законодательное определение понятия «официальный документ» сформулировано недостаточно четко. В результате чего в судебно-следственной практике существуют ошибки, возникающие вследствие неверного понимания природы того или иного документа.

Особенностями официальных документов можно признать следующие: они имеет широкое распространение, доступность практически для любых лиц, служат инструментом регулирования различных управленческих отношений, а значит, и незаконные действия с ними являются средством для достижения разнообразных преступных целей с непредсказуемо тяжкими последствиями.

Общественная опасность подделки официальных документов заключается в нарушении установленного в Российской Федерации порядка документального удостоверения фактов, имеющих юридическое значение, и в причинении вреда общественным отношениям, складывающимся в сфере осуществления управления. Но во многих случаях подделка документов вообще не затрагивает управленческие связи и интересы. Данные преступления на практике причиняют вред самым разнообразным социально-правовым отношениям: гражданско-правовым, административно-правовым, трудовым, финансовым, семейно правовым. Но при этом всегда нарушаются отношения, в той или иной степени упорядоченные нормами права, и это в первую очередь относится к порядку оформления документов.

Термин «документ» в широком смысле понимается как любой материальный носитель с закрепленной информацией на любом языке и любым способом Воробьев Г.Г. Документ: информационный анализ. М., 1973. С. 7..

Ларин М.В. выделяет три компонента, составляющих основу документа:

2. материальный носитель информации;

3. фиксация информации с возможностью ее идентификации через реквизиты. Возможность идентификации зафиксированной информации коренным образом отличает документ от других носителей информации Ларин М.В. Развитие понятия «документ» // Делопроизводство. 2000. № 1. С. 9..

Само слово «документ» происходит от латинского слова «documentum», что означает «свидетельство, доказательство» Словарь иностранных слов / под ред. А.Г. Спиркина. М., 1990. С. 177.. Таким образом, современное понимание документа с точки зрения его содержания сводится к тому, что это деловая бумага, служащая доказательством чего-либо, подтверждающая право на что-нибудь; акт, письменное свидетельство Толковый словарь русского языка / под ред. Д.Н. Ушакова. М., 2000., Т. 1. С. 747..

Однако благодаря техническому прогрессу современные документы могут содержаться и на электронных носителях. Например, АПК РФ в ст.121 и 122 устанавливает возможность направления судебных извещений и копий судебных актов по электронной почте. В соответствии со ст.4 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129 — ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» государственные реестры, в которые вносятся сведения о зарегистрированных субъектах, являются федеральными информационными ресурсами и ведутся, помимо бумажного, и на электронном носителе.

Определение «официальный» (от лат. «officialis», т.е. «правительственный или должностной; с соблюдением всех правил, формальностей») подразумевает, что документ должен быть издан правомочным на то субъектом и содержать определенные реквизиты. Как следует из Федерального закона, от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», реквизиты являются одной из характеристик документа как материального носителя информации и позволяют определить такую информацию или в установленных законодательством Российской Федерации случаях ее материальный носитель. Наличие тех или иных реквизитов, их количество определяются назначением документа и зависят от его содержания. Для одних документов существуют стандартные бланки — чистые листы с частично напечатанным текстом, в которые вносятся соответствующие записи, предоставляющие права или освобождающие от обязанностей (диплом, аттестат и т.п.), для других документов используется обычная бумага, но обязательны определенные подписи, штампы или печати.

Бланк — не заполненная текстом пустая официальная бумага с проставленным на ней штампом, иногда датой, подписью или факсимиле, печатью Уголовное право России. Особенная часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, В.В. Лунева, А.В. Наумова. М., 2005. С. 483..

Оттиск печати обычно ставится на официальном документе рядом с подписью должностного лица для подтверждения правильности каких-либо фактов, имеющих юридическое значение. Штамп — это разновидность печати. Он содержит информацию о наименовании организации, ее месте нахождения.

Сарсенов Н.Г. отмечает, что реквизиты документа являются частью формы или ее элементами. Документ обладает реквизитами и является документом или не обладает реквизитами и не является документом. Реквизиты нужны документу для того чтобы быть им Сарсенов Н.Г. О подделке ценных бумаг // Эксперт-криминалист. 2006. №2. С. 17..

Как следует из ст.1 Федерального закона от 29 декабря 1994 г. № 77-ФЗ «Об обязательном экземпляре документов», документ представляет собой материальный носитель с зафиксированной на нем информацией в виде текста, звукозаписи (фонограммы), изображения или их сочетания, предназначенный для передачи во времени и пространстве в целях общественного использования и хранения.

В ст.5 того же закона раскрыто понятие официальных документов: это документы, принятые органами законодательной, исполнительной и судебной власти, имеющие обязательный, рекомендательный или информационный характер. Таким образом, в категорию официальных документов попадают законы, подзаконные нормативные акты, изданные от имени органов государственной и исполнительной власти, постановления Пленумов Верховного Суда РФ и др. Однако приведенная дефиниция не охватывает многие материальные носители информации. В указанном Федеральном законе имеется уточнение о том, что это понятие применяется «в целях настоящего Федерального закона». Цели Уголовного Кодекса РФ отличны от целей Федерального закона «Об обязательном экземпляре документов». Кроме того, имеется противоречие между УК РФ и упомянутым Федеральным законом в части отнесения удостоверения к числу официальных документов.

В соответствии с Конвенцией, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, от 5 октября 1961 г. В качестве официальных документов рассматриваются:

a) документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, включая документы, исходящие от прокуратуры, секретаря суда или судебного исполнителя;

b) административные документы;

c) нотариальные акты;

d) официальные пометки, такие, как отметки о регистрации; визы, подтверждающие определенную дату; заверения подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса.

Указанная Конвенция также содержит положение о том, что данный термин применяется именно в целях Конвенции.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» использует сходный термин: документированная информация — зафиксированная на материальном носителе путем документирования информация с реквизитами, позволяющими определить такую информацию или в установленных законодательством Российской Федерации случаях ее материальный носитель.

Определение официального документа имеется в ГОСТе Р 51141-98 «Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения», утвержденном постановлением Госстандарта РФ от 27 февраля 1998 г.: «официальный документ: документ, созданный юридическим или физическим лицом, оформленный или удостоверенный в установленном порядке».

Приведенные определения не являются исчерпывающими и полными, поэтому для целей уголовного права напрямую не могут быть применены. Понятие «официальный документ» вряд ли можно отнести бланкетному, так как в УК РФ нет прямого указания на необходимость обращения к какому-либо источнику, а в нормативных правовых актах иных отраслей права понятия документа различны. К тому же применение приведенных выше дефиниций по аналогии противоречит основам современного уголовного права, а именно — принципу законности, исключающему возможность наступления уголовной ответственности по аналогии (ст.3 УК РФ).

Как представляется, основные ориентиры для вычленения группы официальных документов дает уголовный закон, устанавливая ответственность за подделку «удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей» (ст.327 УК РФ).

Таким образом, к официальным относятся только те документы, которые предоставляют права или освобождают от обязанностей. Удостоверения, исходя из данной формулировки, являются официальными документами. Под удостоверением в строгом смысле следует понимать именной документ, удостоверяющий личность, право, статус физического лица, выданный и оформленный соответствующим образом. Обычно документ содержит и сам этот термин — «удостоверение» Гричанин И., Щиголев Ю. Квалификация подделки и использования подложных документов // Российская юстиция. 1997. № 11. С. 37..

Удостоверение как разновидность официального документа не всегда свидетельствует о предоставлении прав или освобождении от обязанностей. Оно может быть документом, удостоверяющим личность, право на определенные действия (например, водительское удостоверение), право на льготы (например, удостоверение ветерана труда) и т.д. При этом в первом случае удостоверение не предоставляет права, не освобождает от обязанностей, хотя этот документ и относится к категории удостоверения. Поэтому следовало бы на законодательном уровне уточнить, является ли предметом преступления, предусмотренного ст.327 УК РФ, любое удостоверение или только удостоверение, предоставляющее права или освобождающее от обязанностей. Буквальное толкование диспозиции этой нормы говорит о том, что предметом преступления может быть только удостоверение, предоставляющее права или освобождающее от обязанностей. Но в таком случае предметом подделки не может быть значительное число документов, являющихся только удостоверением личности. Вряд ли такое положение может быть признано правильным.

Законодатель, связывая наступление уголовной ответственности по ст.327 УК РФ лишь с таким документом, который предоставляет права или освобождает от обязанностей, не учел одно важное обстоятельство. Помимо перечисленного документ может налагать определенные обязанности, например, исполнить решение суда о возмещении материального вреда. Если ответчик вносит в решение суда исправления, уменьшая сумму ущерба, то его действия можно рассматривать как подделку документа. К официальным документам, возлагающим обязанности следует отнести исполнительные документы.

Еще один важный недостаток формулировки официального документа, предусмотренного ст.327 УК РФ состоит в том, что официальные документы не столько предоставляют права или освобождают от обязанностей, сколько фиксируют те или иные обстоятельства, которые выступают в качестве юридических фактов, т.е. составляются с целью подтверждения прав или обязанностей Вершинин А.Л. Юридические документы в нотариальной и судебной практике. М., 1993. С. 5.. Юридическими фактами становятся не любые жизненные обстоятельства, а лишь те, которым законодатель придал юридическое значение Теория государства и права / под ред. А.С. Пиголкина. М., 2003. С. 277.. Подтвердить, удостоверить или легализовать юридический факт в сфере управления можно при предъявлении документа. Иными словами, официальный документ удостоверяет факт или событие, которое имеет юридическое значение и влекут соответствующие юридические последствия.

Неясен в правоведении вопрос о возможности подделки «неписьменного» документа.

Распространение понятия документа на технические записи закономерное и повсеместное явление. Преимущественно используемый в России документооборот на бумажных носителях постепенно изживает себя по причине того, что современные технологии позволяют создавать документы любой сложности. Усложнение имущественных отношений, повлекшее усложнение документации, революция в способах фиксирования человеческой мысли — все это сделало определение понятия документа посредством признака его письменности излишне формальным. Письмо сегодня — лишь один из возможных способов выражения человеческой мысли. При этом следует отметить, что сегодня расширение понятия документа на неписьменные акты вытеснены электронными средствами уже и сейчас в значительной мере. Следовательно, официальный электронный документ, находящийся в обращении нуждается в правовой защите от противоправных действий наряду с письменными документами Рарог А., Букалерова Л. Совершенствование уголовно-правовой охраны не документированной официальной информации от незаконных деяний лиц, использующих должностное или служебное положение // Уголовное право. 2004. № 4. С. 45..

Документ в широком уголовно-правовом смысле может существовать в виде кино-, видео-, магнитофонной, компьютерной записи, зафиксирован с помощью соответствующих носителей информации. Однако официальный документ должен быть доступен его пользователю, распознаваем (расшифрован) идентифицирован.

Юридическая сила хранимого, обрабатываемого и передаваемого и передаваемого с помощью автоматизированных информационных и телекоммуникационных систем документа может подтверждаться электронной цифровой подписью. Причем сила такой подписи признается при наличии в системе программно-технических средств, обеспечивающих идентификацию подписи Щиголев Ю.В. Уголовно-правовая характеристика служебного подлога // Юрист. 1999. № 5/6. С. 48..

Электронная цифровая подпись используется по отношению к машиночитаемым документам на магнитных и бумажных (перфолента) носителях. Для этих документов электронная цифровая подпись является основным реквизитом, выполняющим информационную (сообщает, от кого исходят сведения, содержащиеся в документе) и удостоверительную или защитную (подтверждает подлинность информации и одновременно защищает ее от фальсификации) функции Ткачев А.В. Проблемы реквизитов машинных документов // Вестник Московского университета. 1999. № 2. С. 56..

Примером официального электронного документа может служить Государственная автоматизированная система РФ «Выборы». В процессе ввода в Государственную автоматизированную систему РФ «Выборы» данных документа на бумажном носителе формируется электронный документ, который приобретает юридическую силу после его подписания электронными цифровыми подписями соответствующих должностных лиц. Электронная цифровая подпись в ГАС «Выборы» представляет собой реквизит электронного документа, предназначенный для его защиты от подделки и позволяющий идентифицировать владельца сертификата ключа подписи, а также установить отсутствие искажения информации в электронном документе Турищева Н.Ю. Избирательный документ как предмет совершения преступления // Юридический мир. 2008. № 6. С. 5..

Устинова Т.Д. определяет официальный документ как материальный (бумажный, электронный) носитель юридически значимой информации, наличие которой обуславливает предоставление прав или влечет освобождение от обязанностей, имеющий значение для возникновения, изменения или прекращения определенного правоотношения, обладающий необходимыми реквизитами, исходящий от уполномоченного на его создание лица либо удостоверенный соответствующим лицом в установленном законом порядке.

Стренин А.С. предлагает следующую формулировку официального документа — письменный акт, установленного образца, зафиксированный на материальном носителе, исходящий от государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, а также органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, а также органов управления Вооруженными силами Российской Федерации, других войск и воинских формирований Российской Федерации, использующийся этими органами и учреждениями в своей деятельности и предназначенный для того, чтобы устанавливать права и обязанности, освобождать от них, удостоверять имеющие юридическое значение факты, события и иные обстоятельства Стренин А. Соотношение злоупотребления должностными полномочиями и служебного подлога // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 2002. № 3. С. 126..

По мнению Н. Гаджиева официальным документом является документ, исходящий от учреждений, предприятий и фирм, по форме правильно составленный, имеющий необходимые реквизиты и подписанный соответствующим должностным лицом Гаджиев Н. Выявление и профилактика подлогов // Законность. 1995. № 1. С. 25..

И. Гричанин и Ю. Щиголев считают, что официальный документ — это предмет, имеющий официальный источник происхождения. Он должен исходить от юридического лица, иметь определенную форму, реквизиты и издаваться в соответствии с установленной процедурой. По общему правилу из содержания документа должно быть ясно, кто его оформил (штамп, наименование и необходимые данные организации, данные должностного лица), кому адресуется документ, чем удостоверяется (печать, штамп, оттиск, подпись и т.п.). Важное значение имеет и регистрация документа. Делается это обычно в соответствующих журналах, специальных книгах и т.п. В необходимых случаях в делах остаются копии. Документ составленный частным лицом либо от имени несуществующей организации, не может считаться официальным и не является предметом преступления, предусмотренного ст.327 УК РФ Гричанин И., Щиголев Ю. Квалификация подделки и использования подложных документов. С. 37..

Е. Львова и А. Макаров предлагают включить в УК РФ следующее примечание: «Под официальным документом в статьях настоящей главы и других статьях настоящего Кодексах понимается надлежащим образом оформленный материальный носитель с зафиксированной на нем информацией, исходящей от любых органов и лиц и подтверждающей юридический факт либо исходящей от имени органов, должностных лиц законодательной, исполнительной, судебной власти и местного самоуправления, независимо от ее характера». Если законом с тем или иным фактом связываются правовые последствия, то не имеет значения, на каком материальном носителе закреплена информация об этих обстоятельствах и от каких именно субъектов исходит данный документ. Главное — содержание информации и то, что закон придает ей юридическое значение Львова Е., Макаров А. Официальный документ как предмет преступления // Российская юстиция. 2000. № 10. С. 19..

Клепицкий И.А. определяет официальный документ как «документ, выдаваемый государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, а равно документ, находящийся в делопроизводстве в этих органах или учреждениях (подлог документа, находящегося в делопроизводстве, возможен лишь после его поступления в соответствующую организацию)». Автор считает, что документы отвечать только тем требованиям, которые связаны с их удостоверительным свойством. Документ остается таковым, даже если в некоторых случаях он неправильно оформлен Клепицкий И.А. Документ как предмет подлога в уголовном праве // Государство и право. 1998. № 5. С. 72..

По мнению Клепицкого И.А. нельзя рассматривать в качестве официальных документы коммерческих организаций, так как деятельность их администрации нельзя рассматривать в качестве государственного управления. Администрация предприятия не осуществляет государственной власти, не выдает официальных документов. Если считать официальными документы негосударственных организаций, то какие документы тогда считать неофициальными?

Нельзя считать официальным и документ, адресованный в государственное или муниципальное учреждение. Подлог такого документа в качестве официального возможен лишь с момента его поступления в соответствующую организацию или передачи служащему такой организации, т.е. приобщения его к официальному делопроизводству.

Сложным представляется вопрос об официальности двух видов документов: нотариально удостоверенных и публично-правового характера, выдаваемых частноправовыми организациями. Нотариально удостоверенные документы могут признаваться официальными на том основании, что нотариусы, как государственные так и частные, назначаются на должность органами юстиции и удостоверяя документ, придают ему официальный статус. В ряде случаев, государство, оказывая доверие негосударственным организациям, предоставляет им полномочия удостоверять факты, значимые для возникновения, прекращения или изменения правоотношений публично-правового характера. Коммерческие банки выдают гражданам при покупке иностранной валюты справку, которая является документом, подтверждающим право владельца на вывоз валюты из России. Выданная коммерческой организацией трудовая книжка является основанием для исчисления трудового стажа и начисления пенсии органами социального обеспечения. Справки, предоставленные кооперативными организациями, учитываются при принятии органами местного самоуправления решений по муниципальным жилищным фондом; определенные управленческие полномочия в общественных интересах делегированы профсоюзам, которые издают свои документы. Такие документы могут рассматриваться в качестве официальных, поскольку организация действует здесь в общественных интересах в связи с доверенными ей полномочиями. В этом случае организация выступает в качестве активного участника управленческих отношений в публично-правовой сфере. Подобные документы следует отличать от документов, которые удостоверяют частно-правовые отношения и могут выступать в качестве доказательств в судебном процессе (договоры, расписки).

Устинова Т.Д. также считает, что бумаги, исходящие от частных лиц и содержащие сведения, которые могут служить основанием возникновения или прекращения каких-либо правоотношений, не являются предметом преступления, предусмотренного ст.327 УК РФ. Подделку или их последующее, например, в целях получения имущества, надлежит квалифицировать как мошенничество или приготовление к нему либо по иным статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления, для облегчения совершения которых возможно использование таких предметов Устинова Т.Д., Четвертакова Е.Ю. Документ как предмет подделки // Законодательство. 2008. № 1. С. 80.. Исключение составляют документы частных лиц, удостоверенные в установленном законом порядке. Так, в соответствии со ст.1127 ГК РФ завещание, составленное гражданином, должно быть удостоверено нотариусом либо, в определенных ситуациях, главным врачом лечебного учреждения, командиром воинской части, начальником места лишения свободы и т.д.

Е.А. Логинов полагает, что статус официальных приобретают и документы, исходящие от частных лиц, различных коммерческих и некоммерческих организаций, не относящихся к государственным или муниципальным органам и учреждениям, (расписки, обязательства, справки, договоры и т.п.), если они оказываются в ведении (делопроизводстве) государственных или муниципальных структур Логинов Е.А. Ответственность за должностные преступления. Сыктывкар, 2003. С. 92.. Документы исходящие от граждан и негосударственных организаций, не могут иметь директивный характер, непосредственно изменять правоотношения в сфере государственного управления. Они в некоторых случаях выступают в качестве основания для принятия должностными лицами управленческих решений, но сами по себе прав и обязанностей не порождают Борков В. Актуальные вопросы применения нормы о служебном подлоге // Уголовное право. 2008. № 5. С. 8..

В случае официального заверения, удостоверения какого-либо частного документа (доверенности, заявления, договора, завещания и др.) должностным лицом, нотариусом и иным компетентным органом данный документ должен признаваться официальным, поскольку, во-первых, уже исходит от официального органа, во-вторых, приобретает особый юридический (удостоверительный и т.п.) характер. В настоящее время к официальным документам, которые являются предметом подделки, согласно ст.327 УК РФ следует относить документы, выдаваемые предприятиями и учреждениями независимо от организационно-правовой формы, зарегистрированные в установленном порядке образования юридического лица.

Частного нотариуса, исходя из характера и юридической значимости его действий, следует считать представителем власти. Частный аудитор выступает как независимый эксперт, проверяющий законность финансовой деятельности хозяйствующих субъектов. Хотя деятельность частного аудитора имеет статус предпринимательской, он может проводить проверки по поручению органов государства, поэтому деятельность аудитора обладает, в некоторой степени, признаком публичности Егорова Н. Субъект преступления против интересов службы // Законность. 1998. № 4. С. 5..

С.В. Максимов ограничивает круг официальных документов принадлежностью государственным (муниципальным) органам, учреждениям, организациям, предприятиям Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Особенная часть / под ред. Ю.И. Скуратова. М., 1996. С. 513.. Однако, данное ограничение представляется необоснованным.

Во-первых, в соответствии с законодательством государственные и муниципальные унитарные предприятия являются одним из видов хозяйствующих субъектов, правовой режим создания и функционирования которых с некоторыми изъятиями и особенностями подчиняется общим (для всех юридических лиц) правилам. Во-вторых, государственные органы и органы местного самоуправления вправе выступать полноправными участниками (учредителями) различных субъектов предпринимательской и иной деятельности. В-третьих, негосударственные предприятия и организации, обладая определенной самостоятельностью, вместе с тем органично вплетены в государственную сферу общества, что прежде всего, обеспечивается их государственной регистрацией, законодательным установлением порядка их образования и деятельности, государственным контролем, иными правовыми средствами и гарантиями Щиголев Ю.В. Уголовно-правовой анализ подделки официальных документов и использования подложных документов // Юридический мир. 1999. № 3. С. 36..

Правоудостоверительные функции государство делегирует государственным органам управления, органам местного самоуправления в лице их должностных лиц, в ряде случаев иным юридическим или физическим лицам. Реформирование сферы управления породило новых полномочных производителей официальных документов, не являющихся должностными лицами. Например, дипломы выдают ректоры негосударственных вузов, авиабилеты — частные авиакомпании. При посягательстве на указанные документы ущерб причиняется интересам негосударственных организаций. Общественные отношения в сфере порядка управления могут быть поставлены под угрозу лишь опосредовано, так как управленческие функции выдачи документов государство делегировало указанным субъектам Букалерова Л.А. Проблемы уголовно-правовой ответственности за посягательства на официальный документооборот // Вестник Московского университета. 2006. № 2. С. 60.. Это противоречие на сегодняшний день не учтено законодателем.

Таким образом, узкое понимание документа, как исходящего от государственных органов и органов местного самоуправления, не соответствует характеру существующих экономических и иных общественных отношений.

Нет единого мнения о том, какими признаками должен обладать документ для того, чтобы иметь статус официального.

Басова Т.Б. выделяет следующие признаки официального документа:

1. представляет собой материальный носитель информации;

2. имеет специфическую форму;

3. способен удостоверять факты, имеющие юридическое значение;

4. исходит от компетентного органа, предприятия, учреждения, организации и их должностных лиц Басова Т.Б. Ответственность за служебный подлог по уголовному праву России. Владивосток, 2002. С. 26 — 31..

Клепицкий И.А. считает, что основными признаками официального документа являются:

1. способность выражения человеческой мысли;

2. удостоверяет факты, имеющие юридическое значение.

Признак «подписания и проставления даты» является формализацией признака «способность удостоверения юридически значимых фактов». Поскольку документ может удостоверять факты, не будучи подписанным и без проставления даты — подлог такого документа возможен (например, факт уплаты долга может удостоверяться и распиской без проставления даты) Клепицкий И. А. Документ как предмет подлога в уголовном праве. С. 70. .

Шнитенков А.В. в качестве основных признаков официального документа называет следующие:

1. такой документ должен предоставлять права или освобождать от обязанностей;

2. он должен быть выдан государственными органами власти и управления, органами местного самоуправления либо другими организациями;

3. он должен удостоверять юридически значимые факты и события;

4. должен быть надлежаще оформленным Шнитенков А.В. Поддельная справка о заработной плате как предмет преступления // Российская юстиция. 2008. № 11. С. 26..

Таким образом, для того, чтобы признать документ официальным, необходимо установить его соответствие указанным требованиям.

Шнитенков А.В. называет справку с места работы о доходах разновидностью официального документа т.к. данная справка удостоверяет и она предоставляет право получения кредита, а ее наличие является одним из обязательных условий для заключения соответствующего договора. Противоположная точка зрения по этому поводу высказана С. Астаховым: применительно к справкам о зарплате, права предоставляют справки, предъявляемые заинтересованным лицом с целью получения какого-либо пособия. Если предъявление данной справки обуславливает выдачу пособия, то статус справки как официального документа, предоставляющего права, сомнений не вызывает. Предъявление банку справки о зарплате не наделяет заемщика правом требовать от банка выдачу кредита, поскольку данная справка не налагает на банк какие-либо обязанности. А, следовательно, за данное деяние не должна наступать уголовная ответственность Астахов С. «Липовая» справка — это документ // ЭЖ-Юрист. 2007. № 31. С. 2..

Гончаров Д. считает, что для отграничения официальных документов от неофициальных необходимо выяснить вид приобретаемого по документу права, а также цель, которую преследуют лица, совершающие подделку документа. В тех случаях, когда документ подделывается и затем используется с корыстной целью, должна наступать ответственность за хищение, если же цель иная, то лицо должно нести ответственность за подделку официального документа. В первом случае таким документом может быть кассовый чек, не являющийся официальным документом, во втором — диплом об образовании Гончаров Д.Ю. Официальные документы: проблемы квалификации по Уголовному кодексу РФ // Право и экономика. 2000. № 12. С. 44.. Однако нельзя однозначно утверждать о возможности разделить документы таким образом, чтобы к официальным относились те, использование которых не преследует корыстной цели. Цель изготовления поддельного документа все же необходимо учитывать. В судебной практике встречаются примеры изготовления соответствующих предметов для собственного удовлетворения, для демонстрации своего мастерства и умения. В таких случаях вред общественным отношениям, охраняемым уголовным правом не причиняется.

О.В. Чесноков считает, что для признания документа официальным требуется, чтобы он удовлетворял требованиям нормативных актов (Федеральных законов, указов Президента РФ, постановлений Правительства РФ, ведомственных нормативных актов в виде приказов, инструкций и т.п.). Соответствие документа требованиям нормативных актов как по форме, так и по содержанию придает документу официальное значение, что отличает его от каких-либо личных записей Чесноков О.В. Официальный документ как предмет служебного подлога // Общество и право. 2009. № 2. С. 8. .

ГК РФ предусмотрены различные виды договоров. Следовательно, любой договор, предусмотренный, например, Гражданским кодексом, является официальным документом. Но Кодекс предоставляет также право на заключение договоров, не упомянутых законом или иными правовыми актами (п.2 ст.421 ГК РФ). Поэтому можно сделать вывод о том, что и эти договоры все-таки изначально предусмотрены Федеральным законом. К тому же было бы странно считать договоры, упомянутые законом или иными правовыми актами, имеющими статус официального документа, а иные договоры — такого статуса не имеющими Кравчинский Л. Подделка документов — новый спутник дел о налоговых преступлениях // Новое Законодательство и юридическая практика. 2009. № 2. С. 2..

Г.Ф. Поленов отмечает, что уголовно-правовое значение не имеет подлог тех документов, которые безразличны для права, поскольку они не нарушают общественных отношений, поставленных под охрану уголовным законом Поленов Г.Ф. Ответственность за похищение, подделку документов и их использование. М., 1980. С. 23..

По мнению Пикурова Н.И., Букалеровой Л.А. официальный документ должен обладать следующими обязательными признаками:

1. удостоверяет факты, имеющие юридическое значение;

2. создан уполномоченными государством юридическими или физическими лицами;

3. имеет установленную законом форму;

4. подпадает под действие системы регистрации, строгой отчетности и контроля за обращением Пикуров Н.И., Букалерова Л.А. Подлог и другие преступные посягательства на официальный документооборот. Волгоград, 2001. С. 99..

А.В. Бриллиантов считает, что в основу понятия официальный документ должны быть положены следующие признаки: удостоверение личности, юридически значимых фактов, предоставление личности, юридически значимых фактов, предоставление прав или освобождение от обязанностей. В этой связи к документам, за подделку или изготовление которых должна наступать уголовная ответственность, следует отнести паспорт, военный билет, документы об образовании: аттестаты, дипломы, удостоверения, свидетельства. Ряд из них относится к документам, удостоверяющим личность, другие не являются удостоверениями личности, а устанавливают факт наличия у субъекта определенных признаков, свойств, третьи — непосредственно могут свидетельствовать о наличии у лица определенных прав или об освобождении от обязанностей. Второй критерий, который, по мнению А.В. Бриллиантова, должен быть использован при определении официального документа, — наличие организации, обладающей правом на выдачу документа. При этом форма собственности, послужившая основой создания организации, не должна иметь правового значения Бриллиантов А.В. О содержании понятия «официальный документ» // Журнал Российского права. 2003. № 2. С. 68..

Для исправления сложившейся ситуации необходимо дать законодательное определение официального документа или формулирование их перечня. Наличие конкретного перечня официальных документов безусловно приведет к их однозначной оценке правоприменительными органами. Но представляется, что эта задача практически невыполнима, т.к. невозможно заранее предусмотреть все документы, которые могут стать предметами подделки.

Устинова Т.Д. предлагает изложить диспозицию ст.327 УК РФ в новой редакции, определив существо официального документа как «содержащего сведения, наличие которых связано с предоставлением прав или возложением обязанностей либо освобождением от их исполнения».

Клепицкий И.А. предлагает способ разрешить многие сложные вопросы, связанные с предметом поделки документов — изменить закон и распространить ответственность за подделку на все виды документов (в том числе и на «неофициальные»), определив документ, например, как средство удостоверения юридически значимых фактов и отношений, включая информацию на технических носителях, а также учетный или отчетный документ, если составление или хранение учетного или отчетного документа является юридической обязанностью.

Другое направление совершенствования закона — отказ от разделения документов на виды и использование при определении предмета преступления только юридически значимых признаков документа. Это позволит, наряду с другими позитивными моментами, избежать излишнего усложнения законодательной терминологии.

Таким образом, официальный документ можно определить как зафиксированную на материальном носителе информацию в виде текста и (или) изображения общеобязательным способом (способами), предусматривающим определенные реквизиты, позволяющие ее идентифицировать. Данная информация имеет юридическое значение, исходит от государственных органов, органов местного самоуправления или от иных физических или юридических лиц, действующих по полномочию названных органов.