Статус подозреваемого после отмены меры пресечения

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

Смирнов А.В. Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. СПб.: Питер, 2003. 1008 с.

Статья 110. Отмена или изменение меры пресечения

1. Мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса.

2. Отмена или изменение меры пресечения производится по постановлению дознавателя, следователя, прокурора или судьи либо по определению суда.

3. Мера пресечения, избранная в ходе досудебного производства прокурором, а также следователем, дознавателем по его письменному указанию, может быть отменена или изменена только с согласия прокурора.

4. Мера пресечения, избранная на основании судебного решения, может быть отменена или изменена только судом.

1. Основаниями отмены меры пресечения являются:

А) Признание незаконным или необоснованным первоначального решения об избрании меры пресечения. Как правило это происходит при рассмотрении соответствующих жалоб вышестоящей инстанцией. Например, решение об избрании меры пресечения вынесено лицом, подлежащим отводу. Отмена меры пресечения по этому основанию обосновывает право обвиняемого (подозреваемого) на возмещение причиненного вреда этой мерой пресечения (ч. 3 ст. 133 УПК).

Б) Отпадение необходимости в ее применении. Это может быть связано с достижением целей меры пресечения (надлежащего поведения обвиняемого или подозреваемого), отпадением оснований (ст. 97 УПК) или мотивов (ст. 99 УПК) ее применения. Например, обвиняемый заболел тяжкой болезнью и нет оснований опасаться процессуальных нарушений с его стороны.

В) Отпадение общих условий для применения меры пресечения. Мера пресечения отменяется при:

— Прекращении уголовного дела и уголовного преследования конкретного лица (ст. 213, 239 УПК);

— Постановлении оправдательного приговора или приговора, не связанного с назначением наказания (ст. 306, 311 УПК);

— Обращении обвинительного приговора к исполнению (ч. 4 ст. 390, ст. 393 УПК);

— Приостановлении уголовного дела (кроме меры пресечения в отношении скрывшегося обвиняемого). См. комментарий к ст. 210, 238 УПК;

— Наличии оснований для прекращения дела по нереабилитирующим основаниям (в связи с: актом амнистии или помилования, истечением срока давности, деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим, применением принудительных мер воспитательного воздействия), когда обвиняемый возражает против прекращения дела и производство по нему продолжается (см. определение Конституционного Суда РФ от 21.12.00 № 296-О).

Г) Отпадение специальных условий для применения конкретных мер пресечения:

— Истечение 10 суточного срока применения меры пресечения в отношении подозреваемого, когда ему не было предъявлено обвинение (ст. 100 УПК);

— Отказ обвиняемого, поручителей, залогодателей от своих обязательств при применении психолого-принудительных мер пресечения (ст. 102-106 УПК);

— Прекращение статуса военнослужащего при наблюдении командования воинской части (ст. 104 УПК);

— Достижение совершеннолетия при присмотре за несовершеннолетним обвиняемым (ст. 105 УПК);

— Истечение срока содержания под стражей (и, как представляется, под домашним арестом – см. комментарий к ст. 107, 109 УПК);

— Превышение времени содержания под стражей (домашним арестом, в медицинском или психиатрическом стационаре) срока реально возможного наказания (ст. 109 УПК).

2. Мера пресечения изменяется на более строгую при появлении дополнительных обстоятельств, более точно устанавливающих: а) возможность совершения обвиняемым (подозреваемым) процессуального нарушения; б) неспособность прежней меры пресечения обеспечить надлежащее поведение обвиняемого или подозреваемого (ст. 97, 99 УПК). Например, когда обвиняемый нарушает условия ранее избранной меры пресечения. Так, согласно ч. 2 ст. 238 УПК суд обязательно избирает заключение под стражу в отношении скрывшегося обвиняемого, не содержащегося под стражей.

Мера пресечения может быть изменена на более строгую для необходимости исполнения приговора, когда реально возможное наказание существенно отягощается (предъявление более тяжкого обвинения, вынесение приговора с назначением наказания в виде реального лишения свободы на длительный срок).

3. Мера пресечения изменяется на более мягкую при наличии общих оснований, условий и мотивов для ее избрания (ст. 97, 99 УПК), когда прежняя более строгая мера пресечения отменяется в связи: а) с отменой вышестоящей инстанцией; б) с отпадением необходимости в применении; в) с отпадением специальных условий. Например, вместо заключения под стражу избирается подписка о невыезде в связи с истечением срока содержания под стражей.

4. Решение об отмене или изменении меры пресечения оформляется мотивированным постановлением дознавателя, следователя, прокурора, судьи или определением суда по делам находящимся в их производстве.

Кроме того, прокурор дополнительно вправе отменить или изменить меру пресечения при утверждении обвинительного заключения или обвинительного акта (ст. 221, 226 УПК), при рассмотрении соответствующей жалобы (ст. 124 УПК) или дать указание следователю и дознавателю об отмене или изменении меры пресечения. Однако при несогласии следователя с указанием или решением прокурора об отмене или изменении меры пресечения избранной следователем, последний вправе представить дело вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений (п. 4 ч. 3 ст. 38 УПК).

Кроме как по находящимся в своем производстве делам, суд вправе отменить меру пресечения при рассмотрении жалобы заинтересованных лиц в порядке ст. 125 УПК, в апелляционном и кассационном порядке. Суд отменяет заключение под стражу и домашний арест по ходатайству органов уголовного преследования в порядке ст. 108 УПК.

5. Следователь и дознаватель могут отменить или изменить меру пресечения, избранную прокурором или по его письменному указанию, только при согласии прокурора. Это правило не распространяется на отмену меры пресечения в связи отпадением общих или специальных оснований для ее применения. Например, при прекращении дела отменяется любая мера пресечения.

С учетом изменений в части 3 комментируемой статьи, внесенных Законом РФ от 29.05.02 г. № 58-ФЗ, следует сделать вывод о том, что для отмены меры пресечения, избранной по судебному решению, следователь и дознаватель должны предварительно получить согласие прокурора, если данные меры пресечения избирались самим прокурором или по его письменному указанию.

6. Мера пресечения, избранная по судебному решению, может быть отменена или изменена только судом. Эту норму следует ограничительно толковать с учетом следующих обстоятельств.

А) В судебном производстве суд отменяет или изменяет меру пресечения по делу, находящемуся в его производстве. Мера пресечения, избранная мировым судьей, по соответствующей жалобе может быть отменена в апелляционном порядке. Иные меры пресечения могут быть отменены в кассационном порядке.

Б) В стадии предварительного расследования суд избирает домашний арест и заключение под стражу, которые отменяются или изменяются в порядке, предусмотренном ст. 108 УПК. Представляется, что данные меры пресечения могут быть отменены и без судебного решения при: прекращении уголовного дела и уголовного преследования конкретного лица (ст. 213, 239 УПК); приостановлении уголовного дела в отношении не скрывшегося обвиняемого; истечении 10 суточного срока в отношении подозреваемого без предъявления ему обвинения (ст. 100 УПК); отпадении специальных условий применения заключения под стражу и домашнего ареста (см. комментарий к ст. 108 УПК). Например, прекращение уголовного преследования в части (ч. 2 ст. 175 УПК) повлекло переквалификацию действий обвиняемого на менее тяжкое преступление, за которое не предусмотрено наказание в виде лишения свободы. Это исключает возможность применения заключения под стражу.

В) Без судебного решения прекращается исполнение меры пресечения в связи с истечением срока содержания под стражей, установленного ст. 109 УПК. Решение об освобождении обвиняемого принимает начальник места содержания под стражей или следователь, дознаватель, прокурор (ч. 2 ст. 10 УПК). См. комментарий к ч. 4 ст. 109 УПК.

Г) Инициатива суда в избрании, изменении и отмене меры пресечения должна быть ограничена требованием стороны обвинения (ч. 10 ст. 108; ч. 4 ст. 110; ч. 3 ст. 237; ст. 255 УПК). Представляется, что суд обязан удовлетворить ходатайство следователя (дознавателя, прокурора, государственного или частного обвинителя) об отмене или смягчении меры пресечения. Иначе суд превратится в орган уголовного преследования в нарушение принципа состязательности (ст. 15 УПК). Тем более, что обвинитель вправе прекратить уголовное преследование в части или отказаться от части обвинения. Такое обязательное для суда решение может повлечь отмену меры пресечения. См. комментарий к ч. 10 ст. 108 УПК.

Необходимы поправки в УПК

В недавней публикации на сайте «Новой адвокатской газеты» уважаемый адвокат из Санкт-Петербурга Константин Кузьминых обозначил актуальную проблему имеющейся в уголовно-правовом законодательстве правовой неопределенности. Проблема эта актуальна прежде всего потому, что приведенные ситуации на практике происходят с завидной долей регулярности.

Суть проблемы такова: следователь по уголовному делу, возбужденному по факту совершения преступления, задержал в порядке ст. 91 УПК РФ лицо, придав ему в соответствии с ч. 1 ст. 46 УПК РФ процессуальный статус подозреваемого, налагающий большое количество ограничений и одновременно наделяющий широким кругом прав. Однако в дальнейшем подозреваемый был освобожден из изолятора временного содержания, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, но, вопреки требованиям ч. 1 ст. 100 УПК РФ, обвинение ему в течение 10 суток с момента избрания меры пресечения предъявлено не было.

Возможна также ситуация, когда придание статуса подозреваемого осуществляется путем избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении без задержания в порядке ст. 91 УПК РФ. В таком случае следователи также редко предъявляют обвинение в течение 10 суток с момента избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, и, более того, постановление об отмене меры пресечения следователем в подавляющем большинстве случаев не выносится.

В подобных ситуациях всегда возникает вопрос, который уголовно-процессуальным законодательством не урегулирован: в каком процессуальном статусе находится лицо, в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, по истечении 10 суток с момента, когда ему должно было быть предъявлено обвинение. В УПК РФ нет ответа на данный вопрос. В связи с этим уважаемый Константин Кузьминых задается вопросом: что же делать защитнику такого подозреваемого (или бывшего подозреваемого) в рассматриваемых ситуациях?

При этом автор ставит еще один резонный вопрос: должен ли в подобных случаях адвокат осуществлять защиту, если соглашение у него заключено именно на защиту подозреваемого (обвиняемого) по уголовному делу, а в обсуждаемом случае лицо указанного статуса как бы лишается, поскольку обвинение ему своевременно предъявлено не было? В таком ракурсе обозначенную проблему я не рассматривал, поскольку, на мой взгляд, у адвоката, в том числе и работающего по назначению, не должен возникать вопрос, осуществлять ему защиту или нет. Полагаю, с учетом того что защита прав и законных интересов доверителя является установленной законом обязанностью адвоката, а рассматриваемая ситуация связана с нарушением таких прав и законных интересов, адвокат не вправе уклониться от защиты под предлогом формулировки соглашения об оказании юридической помощи и заложенной в уголовно-процессуальное законодательство правовой неопределенности.

Более того, в подавляющем большинстве случаев через какое-то время – обычно значительно позднее, чем 10 суток – обвинение лицу, которому была избрана мера пресечения, следователь все-таки предъявляет, и это лицо уже на вполне законных основаниях приобретает процессуальный статус обвиняемого.

В этой связи возникают вопросы: каков же был процессуальный статус лица во временном промежутке между сроком, когда ему должно было быть предъявлено обвинение с учетом избранной меры пресечения, и сроком, когда это обвинение было предъявлено в действительности? И что делать в данной ситуации адвокату?

Статьи 46, 91, 92, 100 УПК РФ не дают четкого ответа на эти вопросы, потому нам придется заниматься толкованием.

Итак, придание лицу статуса подозреваемого (возбуждение уголовного дела, задержание, избрание меры пресечения), наравне с предъявлением обвинения (по делам, в которых лицо ранее не являлось подозреваемым), является началом процедуры уголовного преследования. Указанная процедура влечет за собой для лица целый ряд негативных последствий, связанных с ограничением прав и свобод. Основания прекращения уголовного преследования описаны в ст. 27 УПК РФ, и такого основания, как истечение срока для предъявления обвинения, данная норма не знает. Само по себе уголовное преследование прекратиться не может, для этого необходимо принятие соответствующего процессуального решения со стороны следователя (дознавателя). Прекращение уголовного преследования влечет за собой восстановление нарушенных прав лица, которое привлекалось к уголовной ответственности. В ряде случаев лицо, привлекавшееся к уголовной ответственности, получает право на реабилитацию с возможностью взыскать с государства материальную компенсацию за незаконное уголовное преследование.

При истечении предусмотренного ч. 1 ст. 100 УПК РФ срока для предъявления обвинения лицо, в отношении которого ранее избиралась мера пресечения, как бы прекращает свой статус подозреваемого, поскольку уже не отвечает этому статусу с учетом положений ч. 1 ст. 46 УПК РФ. На практике мне ни разу не доводилось сталкиваться с тем, что в отношении данного лица (в том случае, когда обвинение в течение 10 суток предъявлено не было) выносилось постановление о прекращении уголовного преследования и уж тем более разъяснялось право на реабилитацию.

Некоторые следователи считают, что уголовное преследование не прекращалось, продолжая допрашивать лицо в качестве подозреваемого, а некоторые считают, что статус подозреваемого отпал как бы сам собой и допрашивают лицо в статусе свидетеля (в большей степени как раз о такой ситуации рассуждает в своем тексте уважаемый Константин Кузьминых, недоумевая, что же делать в этом случае адвокату).

На самом деле и та и другая ситуация влекут за собой нарушение прав и законных интересов доверителя. В первом случае лицо продолжает оставаться подозреваемым, уже не являясь в силу ст. 46, 100 УПК РФ таковым, то есть уголовное преследование в отношении него должно быть прекращено. А во втором случае лицо как бы лишается статуса подозреваемого, но уголовное преследование в отношении него не прекращается, право на реабилитацию ему не разъясняется, и, более того, рассматриваемая ситуация влечет еще одно серьезное умаление прав лица: как свидетель (по мнению следователя) оно уже не обладает широким кругом прав, гарантированных подозреваемому, в том числе на ознакомление с постановлениями о назначении экспертиз и заключениями экспертиз, уведомление о продлении процессуальных сроков и т.п. В этом случае доверитель со своим адвокатом к моменту предъявления обвинения не знают и не могут знать, что происходит по делу, не могут с учетом статуса свидетеля своевременно реагировать на возникающие по делу процессуальные ситуации, полноценно оспаривая действия следователя, связанные со сбором доказательств (согласитесь, не зная, назначена ли экспертиза, сложно ходатайствовать о постановке дополнительных вопросов, заявлять отвод эксперту и т.п.).

Таким образом, правильный алгоритм действий следователя в ситуации, когда он по каким-то причинам не предъявил подозреваемому обвинение в течение 10 суток с момента избрания меры пресечения, должен, по моему мнению, заключаться в отмене по истечении 10 суток постановления об избрании меры пресечения, вынесении постановления о прекращении уголовного преследования.

Адвокат в этой ситуации, защищая права и законные интересы своего доверителя, должен подвигнуть правовыми способами следователя к тому, чтобы тот придерживался именно указанного порядка процессуальных действий. Инструментарий для такого «подвижничества» всем адвокатам известен: ходатайства, жалобы в порядке ст. 124–125 УПК РФ.

Казалось бы, все просто. Однако и здесь имеется один нюанс. С большой долей вероятности на практике результатом таких действий будет лишь скорое предъявление подзащитному обвинения, то есть ухудшение для него правовой ситуации по делу. Поэтому в подобных случаях, связанных с нарушением или потенциальным нарушением прав доверителя, я рекомендовал бы руководствоваться принципом «не навреди», тщательно продумав, как, когда и какие процессуальные нарушения обозначать на стадии предварительного следствия. Возможно, в какой-то ситуации целесообразнее будет подождать, когда следователь накопит критическую массу процессуальных нарушений, и в результате данная критическая масса станет возможным основанием для исключения определенного доказательства или прекращения уголовного преследования. Каждый случай уголовной защиты индивидуален, и любой шаг с обжалованием действий и решений следователя, заявлением о процессуальных нарушениях должен быть тщательно выверен, взвешен и спланирован.

Например, в ситуации, когда доверитель являлся подозреваемым, срок предъявления обвинения истек, и его продолжают допрашивать в качестве свидетеля, возможен такой порядок защиты: заявляются ходатайства об ознакомлении с постановлениями о назначении экспертиз, уведомлении о продлении процессуальных сроков; следователь в их удовлетворении отказывает со ссылками на то, что у свидетеля не имеется таких прав; в дальнейшем по окончании выполнения требований ст. 217 УПК РФ прокурору или уже в ходе судебного разбирательства заявляется ходатайство об исключении заключений экспертиз из числа доказательств со ссылками на то, что в период их проведения (до назначения экспертиз) уголовное преследование в отношении доверителя не прекращалось, право на реабилитацию не разъяснялось, однако лишь по вине следователя он утратил гарантированный ст. 46 УПК РФ широкий круг прав, что не позволило ему своевременно реализовать данные права, в том числе в части судебных экспертиз. Скептики могут сказать, что, мол, никто доказательства недопустимыми не признает, прокуроры жалобы не читают, а суд во всем соглашается с обвинением. На это могу лишь ответить, что разочарование от негативной практики нарушения прав не может быть оправданием для бездействия адвоката, поскольку бездействие в процессе защиты – это путь к бессилию, лени и деградации, то есть очевидно неадвокатский путь.

Возможен и обратный алгоритм действий при осуществлении адвокатской защиты, связанный с незамедлительным заявлением следователю ходатайства о прекращении уголовного преследования в отношении подзащитного со ссылками на то, что он прекратил являться подозреваемым, и последующим обжалованием вероятного ответа следователя прокурору и руководителю следственного органа. Вместе с тем для выработки полноценной тактики защиты в конкретной ситуации необходимо знать большое количество нюансов, в том числе связанных с процессуальными целями, которые преследует доверитель.

В завершение скажу, что разделяю мнение Константина Кузьминых о наличии в уголовно-процессуальном законодательстве правовой неопределенности относительно обозначенной проблемы. Способом преодоления существующей правовой неопределенности может быть внесение изменений в положения ст. 46, 100 УПК РФ, в которых было бы оговорено, что в случае непредъявления обвинения в течение 10 суток с момента избрания меры пресечения уголовное преследование в отношении подозреваемого подлежит прекращению по основаниям п. 1–2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Что касается действий адвоката в такой ситуации, то, на мой взгляд, они никак не могут быть связаны с отказом от защиты лица, чьи права и законные интересы нарушаются, по одному лишь основанию разного со следователем толкования УПК РФ, наличия правовой неопределенности или определенной формулировки соглашения. Действия адвоката должны быть прежде всего направлены на защиту доверителя, а тактика защиты должна определяться, исходя из индивидуальных обстоятельств уголовного дела и может выражаться как в незамедлительном обжаловании выявленных процессуальных нарушений, так и в умолчании о данных нарушениях для их обозначения в наиболее выгодный для доверителя момент. Какой тактики защиты придерживаться в том или ином случае, решать вам совместно с доверителем, исходя из индивидуальных особенностей уголовного дела, а мне остается лишь пожелать вам успехов в нелегком деле уголовной защиты.

Незавидный статус

В следственной практике встречаются ситуации, когда следователь в порядке ст. 91–92 УПК РФ задерживает лицо, в отношении которого уголовное дело не возбуждалось и не расследуется. К истечению 48-часового срока задержания у такого лица следователь может еще отобрать подписку о невыезде, таким образом избирая в отношении него меру пресечения, и затем выдать повестку о явке в следственный орган, например, через две недели или через месяц. Между тем в течение 10 суток с момента фактического задержания обвинение может не предъявляться, но в период задержания такого лица в порядке ст. 91–92 УПК РФ адвокат может уже заключить соглашение о его защите по уголовному делу в стадии предварительного следствия – при этом оказание любых иных видов юридической помощи по уголовному делу предмет соглашения может не содержать.

Возникает вопрос: следует ли считать такое соглашение исполненным с даты вынесения следователем постановления об освобождении защищаемого лица, если следователь не отобрал у него подписку о невыезде (т.е. не избрал меру пресечения), и по истечении 10 суток с момента фактического задержания, если подписка о невыезде отбиралась, но требования ст. 172 УПК РФ не выполнены?

Другой вопрос, относящийся в том числе к адвокатам по назначению следователя: имеются ли в такой ситуации основания ст. 49 УПК РФ для участия адвоката в следственных действиях, проводимых с таким лицом как с подозреваемым, через месяц или через квартал после задержания?

Отсутствие предельного срока наделения лица статусом подозреваемого
Буквальное содержание ч. 1 ст. 46 УПК РФ предполагает для лиц, в отношении которых уголовное дело не возбуждено и не расследуется, возможность приобрести процессуальный статус подозреваемого только при задержании в порядке ст. 91–92 УПК РФ или в случае применения к ним меры пресечения в соответствии со ст. 100 УПК РФ – т.е. не более чем на 48 часов или на 10 суток, соответственно.

В Постановлении № 11-П от 27 июня 2000 г. по жалобе В.И. Маслова Конституционный Суд РФ дал разъяснения про фактический и процедурный статус подозреваемого по уголовному делу, пояснив, что до оформления протокола задержания лицо, если в отношении него фактически применены меры процессуального принуждения, уже обладает правом на защиту. Но об окончании процессуального статуса подозреваемого КС РФ разъяснений не дал, пояснив в отдельных определениях лишь то, что отсутствие в УПК РФ предельного срока наделения лица статусом подозреваемого само по себе не нарушает его конституционных прав (см., например, п. 2.1 Определения № 467-О от 21 декабря 2004 г. по жалобе П.Ф. Пятницука).

Однако возникновение у лица таких прав полезно при задержании или в начале применения к нему иных принудительных мер, но сохранение этих прав, а значит, и их источника – процессуального статуса подозреваемого, в последующем несет мало позитивного, так как наряду с правами возникает вероятность применения к подозреваемому ограничений – например, ст. 114, 115 УПК РФ или ограничения права на выезд из Российской Федерации (п. 3 ст. 15 Федерального закона № 114-ФЗ от 15 августа 1996 г.), не говоря об иных возможных негативных последствиях такого статуса.

И, несмотря на неоднократные разъяснения Конституционного Суда РФ о том, что меры принуждения к лицу, в отношении которого уголовное дело не возбуждалось, применяться не должны, следователи такие ограничения иной раз применяют. Причем из опубликованных результатов опросов следователей и прокуроров видно, что среди них распространено мнение о том, что для задержанного в порядке ст. 91–92 УПК РФ лица, в отношении которого уголовное дело не возбуждалось, процессуальный статус подозреваемого в последующем сохраняется.

Участие адвоката в качестве защитника лица, незаконно наделенного статусом подозреваемого
Исходя из изложенного, вопрос участия адвоката в следственных и иных процессуальных действиях в качестве защитника лица, необоснованно наделенного процессуальным статусом «подозреваемый», является отнюдь не праздным, так как адвокат, добросовестно осуществляя защиту от подозрения, на самом деле может ухудшать положение защищаемого лица, своим участием подтверждая якобы законность продолжения уголовного преследования.

Исходя из вышеприведенного постановления КС РФ, адвокат в качестве защитника на основании ст. 49 УПК РФ уместен с момента фактического задержания и фактического применения к лицу иных мер, ограничивающих его права как заподозренного в преступлении. Причем на это прямо указывают п. (3), (5), (6) ч. 3 ст. 49 УПК РФ о моменте, с которого защитник участвует в уголовном деле.

Но когда такое участие заканчивается и перестает быть уместным?

Несет ли в обсуждаемой ситуации адвокат обязанность являться для защиты подозреваемого в следственный орган месяцами или годами, т.е. пока уголовное дело расследуется (ведь следователь может принять решение о необходимости дополнительного допроса «подозреваемого» не через месяц, а через год)?

Правильно ли будет, если адвокат, заключивший соглашение на защиту, в рассматриваемой ситуации через месяц-другой сдаст в адвокатское образование отчет о полном исполнении соглашения и по вызову следователя через месяц или через год для участия в допросе подзащитного в качестве подозреваемого явиться откажется, указав, что новое соглашение на защиту с данным лицом не заключалось?

Наконец, нужно ли при заключении соглашения о защите задержанного указать, что в случае, если в отношении защищаемого лица по истечении 48 часов мера пресечения не будет избрана или если по истечении 10 суток с момента задержания лицу не будет предъявлено обвинение, поручение о защите следует считать исполненным? Будет ли данное условие соглашения соответствовать УПК РФ, т.е. не будет ли оно противоречить закону?

Вопрос этот не столь очевиден, если исходить из п. (5) ч. 3 ст. 49 УПК РФ, согласно которому защитник участвует в деле с момента начала совершения процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления, а также учесть п. (55) ст. 5 УПК РФ о том, что уголовное преследование – это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения не только обвиняемого, но и подозреваемого в совершении преступления.

Тот же допрос подозреваемого, в соответствии с п. (32) ст. 5 УПК РФ, является процессуальным действием, а следовательно, и элементом процессуальной деятельности стороны обвинения. Это не говоря о тех ситуациях, когда через месяц-другой после освобождения задерживавшегося в порядке ст. 91–92 УПК РФ подозреваемого следователь выносит постановление о его временном отстранении от должности или суд удовлетворяет ходатайство следователя о наложении ареста на имущество такого лица, убедившись, что в представленных следователем материалах есть протокол задержания в порядке ст. 91–92 УПК РФ и протокол первичного допроса подозреваемого, но не обратив внимания на то, что уголовное дело в отношении этого лица не возбуждалось и не расследуется. Любое из упомянутых процессуальных решений через полгода-год «подозреваемый» принесет адвокату и попросит принять меры к его обжалованию и отмене, опять же в рамках ранее заключенного соглашения о защите, которое адвокат полагал уже давно исполненным.

Когда лицо утрачивает процессуальный статус обвиняемого?
Представляется, что в описанных здесь ситуациях и по истечении 48-часового и 10-суточного сроков лицо утрачивает процессуальный статус подозреваемого во всех отношениях. Истечение этих сроков означает прекращение уголовного преследования такого лица по умолчанию, в связи с чем прекращается и предмет защиты.

Если через месяц-другой следователь, так и не возбудив в отношении лица уголовного дела, запланирует его дополнительный допрос в качестве подозреваемого, то по существу он не продолжит, а возобновит уголовное преследование без законных к тому оснований. Есть мнение, что у назначенного в такой ситуации следователем адвоката нет причин участвовать в допросе лица в качестве подозреваемого, если, исполнив полномочия в соответствии с п. (6) ч. 1 ст. 53 УПК РФ, адвокат установит, что уголовное дело в отношении такого лица не возбуждено и не расследуется, а указанные выше сроки на момент начала допроса истекли.

Однако субъектом производства по делу, как и субъектом процессуального контроля за следователем, адвокат не является, и просто так взять и уйти из следственного органа, оставив следователю постановление об оплате труда, было бы небезупречно.

Полагаем, что в такой ситуации адвокат перед началом следственного действия должен cделать заявление с просьбой разъяснить, в рамках какого положения ст. 49 УПК РФ следователь предлагает ему приступить к защите. На обязанность следователя предоставить такие разъяснения адвокату указывает ч. 1 ст. 11 УПК РФ. Разъяснения эти желательно зафиксировать дословно в протоколе следственного действия, чтобы они получили полную и объективную оценку уполномоченных лиц. Жалоба в порядке ст. 125 УПК РФ на незаконность уголовного преследования лица с учетом п. (32), (55) ст. 5 УПК РФ обязательна. И во избежание лишних временных затрат и необходимости выписывать новый ордер по ст. 125 УПК РФ на основании ч. 2 ст. 125 УПК РФ такая жалоба должна подаваться через следователя, о чем указывается в протоколе следственного действия. Предлагаемому к защите лицу необходимо давать соответствующие разъяснения.

Аналогичные процессуальные меры применительно к действиям адвоката по соглашению будут несколько сложнее. Получив повестку или иное уведомление о явке в следственный орган для осуществления защиты, адвокат вправе обратиться к следователю с ходатайством о предоставлении тех же разъяснений, до получения которых просить отложить следственное действие, чтобы в дальнейшем не стать предметом специальной аналитики по вопросу, имел ли место необоснованный отказ от осуществления защиты по соглашению.

В заключение…
В заключение стоит обратиться к тому, как обсуждаемый вопрос рекомендовал разрешить Модельный УПК для государств – участников СНГ. Часть 5 ст. 96 Кодекса рекомендовала указать, что лицо перестает пребывать в положении подозреваемого с момента освобождения из-под стражи либо с момента отмены избранной в отношении него меры пресечения.

Кроме того, хочется напомнить, что в ст. 52 УПК РСФСР процессуальный статус подозреваемого был предусмотрен только для задержанных по подозрению в совершении преступления и для лиц, в отношении которых применена мера пресечения до предъявления обвинения. То есть длительного и тем более неопределенно долгого сохранения статуса подозреваемого УПК РСФСР не предполагал, а следовательно, не предполагал и неопределенно длительного уголовного преследования лица, в отношении которого достаточных данных о его причастности к преступлению не имеется.

Более демократичный УПК РФ в п. (1) ч. 1 ст. 46 такую возможность допускает, предлагая разрешать возникающие в связи с ней проблемы в порядке ст. 6.1 УПК РФ и гл. 26 КАС РФ, но лишь по истечении четырехлетнего срока предварительного следствия. То есть процессуальный статус подозреваемого является незавидным, что тем более требует от адвоката принять все меры к тому, чтобы такой статус защищаемого лица не пролонгировался без законных к тому оснований.

Приведенные выводы не претендуют на безусловную правильность, а носят дискуссионный характер, чтобы обратить внимание на обсуждаемую процессуальную проблему неопределенности окончания процессуального статуса подозреваемого у лица, в отношении которого уголовное дело не возбуждалось и не расследуется.

Мера пресечения, подозреваемый

Опции темы
Поиск по теме

Мера пресечения, подозреваемый

Доброго времени суток.
Возбуждено уг. дело в отношении лица — подозреваемого. Статья тяжкая. Ему же в порядке ст. 100 УПК избрана мера пресечения — подписка. В подписке прописано в т.ч. — «. по подозрению в совершении. «.
На 11-е сутки предъявляется обвинение. Мера пресечения при этом ни изменяется, ни избирается вновь. По 110-й УПК мера пресечения действует до момента предъявления обвинения.

Вопросы: должна ли вообще в обязательном порядке избираться мера пресечения ? В какой момент после предъявления обвинения должна избираться мера пресечения ? Какая сейчас у этого фигуранта дела мера пресечения ? Если её нет, как определяется в данном случае момент возникновения оснований для её избрания ? И если меры пресечения нет, как будет обеспечиваться участие обвиняемого ? Получается, формально он вообще ничего не обязан.

C чего Вы взяли, что мера пресечения действует до момента предъявления обвинения?

1) она уже избрана
2) как следователь посчитает нужным
3) подписка и осталась
4) если «козлить» начнет, все условия в 97-й расписаны
5) есть
6) нет

C чего Вы взяли, что мера пресечения действует до момента предъявления обвинения?

1) она уже избрана
2) как следователь посчитает нужным
3) подписка и осталась
4) если «козлить» начнет, все условия в 97-й расписаны
5) есть
6) нет

Мнения разделились у многих, поэтому вопросы.

С чего взято, что подписка подозреваемому до предъявления обвинения:
1. Подписка подозреваемому, она в соответствии с ч. 1 ст. 100 УПК РФ отменяется немедленно в случае, если обвинение не предъявлено в срок не позднее 10-ти суток с момента применения меры. мера применена 31-го числа, обвинение предъявлено 10-го. 11-е сутки, если формально.
2. При избрании меры (подписка) следователь сам озвучил, что мера — до предъявления обвинения, т.е 10 суток. текст подписки стандартный, там же прописано, что пассажир обязуется . т.д. т.п. при производстве по делу по подозрению его в содеянном. Подозреваемый и обвиняемый как бы разные статусы по УПК.
Далее — мнение, что подписка подозреваемому до момента предъявления обвинения,- не только моё. Скажем, комментарий к УПК 8-е издание, Юрайт, 2012, под редакцией Лебедева, стр. 353, пункт 4 комментария к ст. 100 — «Срок действия меры пресечения, избранной в отношении подозреваемого, исчисляется со дня её применения до момента предъявления обвинения.» — дословно.
3. ч. 1 ст. 97 УПК — указанные субъекты вправе избрать меру пресечения. Т.е. не обязаны. Про точные сроки и момент избрания вообще нет ничего, нигде.

Отсюда вопросы. Что будет, если начнёт козлить, понятно.
Основной смысл вопроса в том, что подозреваемый и обвиняемый — разные статусы. И обстоятельства и порядок избрания меры тому и другому тоже отличаются.
Для примера — подозреваемый по делу допрошен, дал показания. Предъявили обвинение — отказался показания давать, сразу же. Очные ставки с его участием уже не проводятся.

Подписка и осталась — конкретно почему ? На основании какой нормы ? У него подписка была — как подозреваемому. Теперь обвинение предъявлено. Свои доводы я изложил.

Мнения разделились у многих, поэтому вопросы.

С чего взято, что подписка подозреваемому до предъявления обвинения:
1. Подписка подозреваемому, она в соответствии с ч. 1 ст. 100 УПК РФ отменяется немедленно в случае, если обвинение не предъявлено в срок не позднее 10-ти суток с момента применения меры. мера применена 31-го числа, обвинение предъявлено 10-го. 11-е сутки, если формально.
2. При избрании меры (подписка) следователь сам озвучил, что мера — до предъявления обвинения, т.е 10 суток. текст подписки стандартный, там же прописано, что пассажир обязуется . т.д. т.п. при производстве по делу по подозрению его в содеянном. Подозреваемый и обвиняемый как бы разные статусы по УПК.
Далее — мнение, что подписка подозреваемому до момента предъявления обвинения,- не только моё. Скажем, комментарий к УПК 8-е издание, Юрайт, 2012, под редакцией Лебедева, стр. 353, пункт 4 комментария к ст. 100 — «Срок действия меры пресечения, избранной в отношении подозреваемого, исчисляется со дня её применения до момента предъявления обвинения.» — дословно.
3. ч. 1 ст. 97 УПК — указанные субъекты вправе избрать меру пресечения. Т.е. не обязаны. Про точные сроки и момент избрания вообще нет ничего, нигде.

Отсюда вопросы. Что будет, если начнёт козлить, понятно.
Основной смысл вопроса в том, что подозреваемый и обвиняемый — разные статусы. И обстоятельства и порядок избрания меры тому и другому тоже отличаются.
Для примера — подозреваемый по делу допрошен, дал показания. Предъявили обвинение — отказался показания давать, сразу же. Очные ставки с его участием уже не проводятся.

Подписка и осталась — конкретно почему ? На основании какой нормы ? У него подписка была — как подозреваемому. Теперь обвинение предъявлено. Свои доводы я изложил.

Мп может избирать первично следователь.
затем все изменения меры происходят через суд.

Для сведения потерпевших, желающих непременно заключить под стражу
«подписка о невыезде» -обвиняемый пребывает на свободе и пребывание не засчитывается в срок наказания.
«домашний арест»-свобода ограничена и в срок зачет идет.

по 111.1 чтобы имеющую постоянную регистрацию впервые привлекаемый попал под арест надо
доказать влияние на свидетелей,потерпевших, препятствование следствию.
примерно себя ведущий обвиняемый вряд ли уедет на «арест». Зато легко уйдет под «домашний арест». Где тут лучше потерпевшим.

1)
Статья 128. Исчисление срока
1. Сроки, предусмотренные настоящим Кодексом, исчисляются часами, сутками, месяцами. При исчислении сроков месяцами не принимаются во внимание тот час и те сутки, которыми начинается течение срока, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. При исчислении сроков заключения под стражу, домашнего ареста и нахождения в медицинском или психиатрическом стационаре в них включается и нерабочее время.
2. Срок, исчисляемый сутками, истекает в 24 часа последних суток. Срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца, а если этот месяц не имеет соответствующего числа, то срок оканчивается в последние сутки этого месяца. Если окончание срока приходится на нерабочий день, то последним днем срока считается первый следующий за ним рабочий день , за исключением случаев исчисления сроков при задержании, содержании под стражей, домашнем аресте и нахождении в медицинском или психиатрическом стационаре.

Да, Вы правильно посчитали по суткам, 9-го в 24 часа 10 суток заканчиваются, но если речь про эту осень, то 9-е число ноября выпадало на воскресенье, таким образом 10-е сутки заканчиваются в 24 часа 10-го числа.

2) Исходя из анализа норм ст.ст. 100 и 110 УПК. Отменяется если обвинение не предъявляется в 10 (30) дневный срок и отменяется/изменяется по необходимости уполномоченным лицом.

3) По памяти было решение Конституционного суда, но там касалось исключительно стражи и ареста.

4) Злодей сразу после предъявления обвинения допрашивается в качестве обвиняемого, пусть хоть на 51-ю садиться. Потом если письменно попросит проведут очные ставки, в чем проблема? Не могу понять ход Ваших мыслей.

5) статусы хоть и разные, фигура одна. Статус подозреваемого полностью охватывается статусом обвиняемого, поэтому никаких фундаментальных нарушений при сохранении МП после предъявления обвинения для злодея не наступает, если следователь в соответствии со ст. 97, 100 избирает МП. Даже больше прав у него наступает. 100-я статья по сути только ограничивает срок предъявления обвинения подозреваемому с МП.

Что касается приведенного Вами примера, не видя документов трудно разобраться. Как понимаю разные меры пресечения у него по разным угделам, не соединенным в одно производство? Надо смотреть законность выделения дела в новое производство. Много разных нюансов может там быть, но судя как Вы описали, что-то они «мутят».

Да, по срокам по 128 сходится, выходные не засчитал. Дело даже не в этом: подписка подозреваемому автоматом не продляется, нет такого в законе. К примеру: подозреваемому (там, где возможно предъявление обвинения) избирается стража — на какой срок ? В пределах ст. 100. Далее предъявляется обвинение — новая стража, на период предварительного следствия (первоначального этапа). Подозреваемому по 100-й сразу 2 месяца стражи не дадут. В чём отличие ситуации с другой мерой, не стражной ? Не дают по 100-й меру за пределами указанных в ней сроков, если возможно предъявление обвинения.

Ход мыслей по очным — то, что возможно с подозреваемым, невозможно автоматом с обвиняемым. Если подозреваемый дал показания, а затем как обвиняемый отказался, то он не является «ранее допрошенным» в смысле ставок, хотя его как человека допрос и показания в деле есть.

Вопрос мой тот же: где именно в законе прописано автоматическое продление МП, избранной подозреваемому, после предъявления обвинения? Нет такого. Ни прямо, ни с отсылкой. Вот здесь мнения и разные у всех.
110-я вообще не соотносится с 100-й в следующем: в 100-й формулировка «отменяется немедленно», это безусловно, и какого-либо указания на иной порядок в ней нет. В 110-й, во первых, формулировка «отпадает необходимость», а она не отпала, сроки прошли просто, следствие пропустило. Далее — 110-я говорит о том, что отмена производится по постановлению или определению, что по сути является волевым актом, и этим не может быть каким-либо образом обусловлено «немедленное» исполнение, по сути императив.

Напротив, 110-я гласит: «МП изменяется на. » , когда имеются основания, предусмотренные ст.97.
97, ч. 1: «. вправе избрать подозреваемому, обвиняемому одну из МП. «.
Т.е. появился обвиняемый, появились основания, предусмотренные ст. 97, ранее избранная в порядке 100-й МП изменяется в порядке ст. 110. Всё верно.
У меня ситуация — МП ни изменили (менять не на что), ни избрали вновь (на то же самое). При этом следователь при избрании меры сам озвучил, что мера в пределах 10-ти суток.
По смыслу всего, что выше, МП в порядке 100-й утрачивает силу, в том числе и по основаниям 110-й, поскольку появились «основания, предусмотренные 97-й», т.е. появился обвиняемый. Автоматом ничего не продляется.

Ещё есть несколько соображений, вечером допишу, сейчас уходить надо.

К тем, кто упоминает потерпевшего: потерпевший сейчас не интересует. Вообще.